Чтение онлайн

— Мастер! Состояние пациента ухудшается слишком стремительно…

Луций сплюнул сквозь зубы, прямо на дорогой мирийский ковер, подхватил полы халата, и развернулся к двери.

— В лабораторию!

«Состояние пациента ухудшается слишком стремительно» — это фразу за последние два дня слышать он просто устал. Какого демона, прости Великий, состояние этого мелкого недобитка, такое стабильное до этого — прогресс был налицо — стало вдруг ухудшаться?

Что ему не хватало или наступил откат? Луций не знал, а те, кто знать должен — только разводили руками. Ни одного нормального целителя на всё поместье.

Господину Зиккерту стало плохо. Точнее тому, что осталось от того, что было господином Зиккертом.

И Глава сегодня просто не готов услышать ещё один отказ. Луций знал, что ничего не расстраивает сира Кастуса так, как его планы, которые идут не туда. А смерть мистера Зи сейчас — это не туда, это не было запланировано.

Иначе зачем держать в поместье этого недобитка? Только с одной целью — проводить испытания. И никого не волновало, выживет ли Зи на самом деле или нет — он был идеальным кандидатом. Просто идеальным. Потому что молчал.

Когда они достигли лаборатории — на поворотах зеленая мантия целителя постоянно мелькала впереди — сир уже ждал. Управляющий контур стабилизатора привычно светился голубыми огнями.

Кастус смотрел в сторону — на стену. Ровную и пустую стену, на которой плясали тени от светляка.

— Ву, — Луций вытащил свиток из рукава и отдал.

— Отключай.

Луций оглянулся — говорить можно было свободно — трое целителей, юный Зи, погруженный в глубокий сон, и охрана у двери — все принесли дополнительную клятву. Условия которой, как решение Главы, он счел слишком… суровыми. Смерть — за разглашение информации, любому из детей — Наследнику, Данду или Вайю. Знать не должен никто.

— Каст… Глава… — поправился он.

— Отключай. Стабилизатор.

— Можно найти другое решение, — выпалил он раньше, чем успел передумать. Лучше смерть, чем так. Приговор целителей был однозначным — сир Люциан Хэсау потеряет не один круг, и не два… а практически всю силу, если прервать процесс. Шанс на то, что Хэсау очнется и так был ничтожным, но отключить — это лишить шансов. Он, Луций, предпочел бы не выходить из магической комы вообще, чем очнуться и узнать, что стал бесполезным. Что вместо восьмого круга у него второй, и это на всю жизнь. До конца жизни. Зачем она, такая жизнь?

Он бы предпочел умереть.

Умом он понимал мотивы Главы — нужно думать о Клане, но он никогда не был настолько изворотлив. Усиление клана Хэсау не нужно никому — не сейчас, особенно, когда строительство арки идет полным ходом.

Трое братьев — это сила, с которой стоит считаться, и лишить Хэсау стратега, подающего надежды аналитика, это только на руку Блау. Грань была тонкой — ослабить достаточно, чтобы не могли диктовать условия и оставить достаточно сильными, чтобы было что противопоставить остальным.

Но даже так, он не понимал, зачем ослаблять Хэсау и менять понятного, уже изученного родича на Ашту. Чем потенциальный менталист в отставке может быть полезен клану? Точнее чем полезен настолько, что Глава принял однозначное решение — сделал выбор в пользу Ашту.

Им нужен Зиккерт, чтобы проводить испытания. Если Зиккерта можно вернуть — клану будет, что предложить Ашту. Решение проблемы. Луций видел предварительные расчеты — проклятие можно снять, ввести в клан, использовать магическую кому, проблема была в том, чтобы сохранить силу источника. Получится с Зиккертом — может получиться с Ашту, но… что-то пошло не так…»состояние пациента ухудшается слишком стремительно». А им нужно время, чтобы найти решение.

— Если девочка узнает… — попытался он снова.

— Не узнает, — отрезал Кастус и наконец развернулся к нему, глядя прямо в глаза. — Отключай, Луций, или ты хочешь, чтобы я отдал прямой приказ.

Возился он недолго — когда вытаскивали юного Зи — тот очнулся сам, отключение уже проводили, но Вайю усилила резервную линию, и ему пришлось обходить контур. Он старался не смотреть, но мирное лицо спящего сира Люциана притягивало взгляд. Безмятежностью. И спокойствием.

Силу на управляющий контур он подал, позорно зажмурившись — пальцы дрожали, периметр вспыхнул и загудел, отключая фокусы поочередно.

С негромким щелчком артефакты на крышке открылись. Стабилизатор прекратил свою работу.

Кастус выдохнул. И прошагал вперед — Луцию пришлось подвинуться. Склонился над крышкой и долго изучал лицо сира Хэсау.

— В расчете, — произнес Глава почти беззвучно, так тихо, что он решил — показалось. — Следить за показателями. Менять объекты местами в случае снижения жизненной активности. Оба, — Кастус подчеркнул это слово, — нужны мне живыми. Смены распределите сами. Чтобы каждое мгновение дня и ночи здесь присутствовал целитель.

Все синхронно кивнули.

— Утром отправишь Вайю стандартный вестник, — бросил ему сир. — «Состояние сира Хэсау стабильно. Показатели без изменений».

Луций уныло кивнул. Ощущение внутри было таким паршивым, что хотелось напиться. Податься на кухню к Маги, опустошить запасы и… одно дело, если лицом к лицу. Одно дело, если война или круг. И совсем другое… вот так, своими собственными руками.

Рядом вспыхивали и разворачивались в воздухе диаграммы — целители принялись за работу — и он старательно отводил взгляд в сторону. Сир Люциан ему нравился, был веселым, и чем то напоминал сира Юстиния. И всегда — всегда — обращался к нему, «грязному» — уважительно.

— В кабинет, — бросил ему Глава и развернулся на каблуках.

«Девочка не простит» — обреченно подумал Луций. Юный Дандалион был закрытым, но — понятным. Наследник сможет понять нужды клана, а Вайю… он вздохнул, повторяя про себя слова клятвы. Это — успокаивало.

Вайю никогда не узнает. Она просто не сможет узнать. Что стабилизатор отключил её Наставник.

Я — зевала.

Хотелось в купальни и переодеться с прогулки — чтобы успеть до завтрака, но Леди Тир выстроила нас в одну линию, как легионеров, прямо в большой гостиной первого яруса, и прохаживалась вдоль ряда туда-сюда.

— Вы — истинные леди, сиры, должны быть достойны той чести, которую возложили на вас…

Монотонный голос леди Тир убаюкивал, и спать хотелось ещё сильнее. Утренняя прогулка не помогла — мы сделали два круга, но голова была тяжелой — придется выпить «бодрящего». Нужно сказать Иссихару, чтобы ночные свидания были короче, иначе за декаду я превращусь в умертвие.

Аллари не радовали — в ответ на мою просьбу о встрече пришел «отказ», и как я не пыталась добиться причин — аларийцы молчали. Перетягивать одеяло на себя их любимая стратегия, так же, как утаивать информацию.