Чтение онлайн

–  Ты будешь гейшей через три года?

Будучи японкой, Марико, должно быть, почувствовала мое недоумение, вызванное ее словами, поэтому пояснила:

–  Мне нужно многому научиться, прежде чем я стану гейшей.

Я склонилась ближе к ней, и она не отстранилась.

–  Расскажи мне, Марико-сан. Я хочу знать все об обучении гейши.

Девушка объяснила, что майко должна быть одновременно и наблюдательницей, и ученицей, так как слова не обладают таким воздействием, как говорящий взгляд или наклон головы.

–  Гейша должна уметь правильно открывать дверь, - продолжала Марико, - кланяться, опускаться на колени, петь, танцевать, обладать необоримой притягательностью, но главной задачей ее является беседовать с мужчинами, шутить и вести себя так, чтобы не показать им, насколько она на самом деле умна.

–  Как же она это делает?
– с вызовом спросила я.

Без тени смущения моя собеседница пояснила:

–  Гейша знает много способов доставить мужчине удовольствие, Кэтлин-сан. Она прижимается к нему всем телом и говорит что-то возмутительное, затем позволяет его руке скользнуть за отворот своего кимоно и касаться обнаженных грудей, в то время как сама она наливает ему сакэ.

Я знала, что рот мой раскрыт, а глаза широко распахнуты, но ничего не могла с этим поделать. Я не ожидала услышать ничего подобного.

–  Чем еще занимается гейша?
– спросила я.

–  Она должна овладеть артистическими умениями - например, составления икебаны и проведения чайной церемонии, - ни секунды не колеблясь, ответила Марико.
– Окасан говорит, что эти умения - самое драгоценное сокровище в жизни гейши.

–  Более драгоценное даже, чем любовь?
– горестно воскликнула я, не в силах сдержаться. Мой образ гейши как прекрасной волшебной принцессы таял в воздухе, точно дымок воскуряемых благовоний.

–  Да, Кэтлин-сан. Окасан говорит, что гейша не влюбляется в мужчин. Это они влюбляются в ее артистичность.

В душе моей зашевелилось дурное предчувствие, но все же я не удержалась от вопроса:

–  Как тебе кажется, смогу ли я стать гейшей?

–  Это будет очень трудно, Кэтлин-сан. Окасан очень строга с нами.

–  Она не может оказаться хуже учительниц в миссионерской школе, - возразила я, вспоминая нудных классных дам, которые носили накладные подушечки, зрительно увеличивающие бедра, и шерстяные шиньоны в прическах.

–  Окасан говорит, что чем строже твои учителя, тем больше ты сможешь выучить и тем лучшей гейшей в итоге сделаешься и…

Марико замялась.

–  И что?
– спросила я, побуждая ее закончить мысль.

–  Тебе нужно следовать нашему распорядку и… правилам.

–  Правила?
– Я скорчила гримасу, потому что подчинение правилам всегда давалось мне с большим трудом, ведь у меня не было матери, которая направляла бы мои шаги.
– Что еще за правила?

Немного подумав, Марико разразилась тирадой, от которой у меня голова пошла кругом:

–  Гейша должна просыпаться по утрам не позднее десяти часов, заправлять постель, убирать в комнате, омывать свое тело, обращая особое внимание на зубы и драгоценную щелочку между…

–  На что?– Мне никогда прежде не приходилось слышать этого слова, поэтому оно шокировало меня, по и возбудило мой интерес к подчинению правилам чайного дома.

–  Ну, ты знаешь… на ту, что внизу.– Она указала себе между ног. Я кивнула, и она продолжила: - Следить, чтобы прическа была должным образом закреплена…

Я ахнула, заинтригованная этим требованием, а Марико все говорила, не переводя дыхания:

–  Ухаживать за волосами, возносить молитвы богам, кланяться окасан и своим сестрам-гейшам, завтракать побегами и корнями бамбука…

–  И это все, что вы получаете на завтрак?
– осмелилась я спросить.

Поколебавшись немного, Марико качнула головой. Я улыбнулась. Итак, она просто поддразнивала меня. Ее игривое настроение удивило меня. Я подумала, что с ней жизнь в доме гейш будет веселой.

Между тем моя собеседница продолжала:

–  Гейше нужно тщательно следить за тем, чтобы краска для лица не забилась под ногти или не попала на мочки ушей. Волосы у нее всегда должны быть чистыми и без запаха, так как это считается позором, а еще она должна мыться в общественной бане до трех часов. Кроме того, ей нельзя фамильярничать со слугой мужского пола, который носит за ней лютню, чтобы у людей не сформировалось ложное представление о характере их отношений.

–  Боюсь, своим поведением я уже произвела ложное впечатление на вашу окасан, - произнесла я, поднимаясь на ноги. Движения мои были порывисты и не слишком грациозны. Научусь ли я когда-нибудь походке как у гейш?
– И та девушка, Юки-сан, она тоже меня невзлюбила.
– Я скатала свои отрезанные волосы в комок и перевязала его лентой от своего кимоно. Теперь у меня не было пояса, чтобы удерживать его полы запахнутыми и скрыть наготу, но еще более я ощущала свою обнаженность оттого, что лишилась волос.

–  Юки-сан не желает тебе зла, - отозвалась Марико, очень удивив меня этим замечанием.

–  Как ты можешь так говорить? Посмотри только, что она сделала с моими волосами!
– Я подняла выше свои отрезанные пряди, не понимая, отчего Марико вздумалось защищать мою обидчицу.

–  Она очень напугана, Кэтлин-сан. Если она не станет гейшей, то не сможет возвратить долг.

–  Долг?

–  Родители продали ее одному человеку, который покупает маленьких девочек за большие деньги. Она должна заработать эту сумму, став гейшей.

–  Это не оправдывает того, как она поступила со мной, Марико-сан, - перебила я девушку.

Марико склонила голову:

–  Все верно, Кэтлин-сан, но, если она не станет гейшей и не найдет себе покровителя, желающего помочь ее продвижению в карьере, ее отправят в район Шимабара в качестве проститутки.

–  И что с ней там будет?
– осмелилась я спросить.

–  Ее посадят в клетку из бамбука, заставят выкрасить зубы черным, сбрить волосы между ног и ублажать многих мужчин за одну ночь.

–  Ты в этом уверена?
– произнесла я, откладывая узелок с моими отрезанными волосами в сторону.

Марико кивнула:

–  Да, так и есть. И мы не должны допустить, чтобы с ней это случилось, хотя в чайном доме имеются люди, обо всем доносящие окасан.
– Я ни секунды не сомневалась, что она имеет в виду служанку Аи.
– Юки-сан окажется в большой беде, когда окасан узнает о том, что она сегодня натворила.

–  Что я могу сделать?

–  Пойди к окасан и скажи, что принимаешь извинения Юки-сан.