Чтение онлайн

— А что взамен?

— Ничего особенного, просто продолжайте то, что начали, только на более высоком уровне. Цель у нас одна — очистить Белоруссию от всякой швали.

— А дальше?

— А дальше я говорить не уполномочен. Главное при встрече с министром. Сейчас решайте в принципе, да или нет.

— Прямо сейчас?

— К сожалению по техническим причинам прямо сейчас.

— Почему по техническим?

— А Вы в окошко взгляните.

Сергей отвесил штору. Уже светало. Возле подъезда стояли три джипа.

— Это наша команда, — Лев Максимович указал на джипы, — там наготове ещё пять ребят.

— Наготове против кого?

— Не против, а за, за Вас, любезный Сергей Сергеевич. Вон видите, у соседнего дома два микроавтобуса, так это гоп-команда из Минского КГБ по Вашу душу. Мы прибыли раньше на каких-то двадцать минут, так что всем нам повезло. Благо везде у нас глаза и уши есть. Так Вы согласны? Или мы пойдём, а патроны Ваши отдадим, как обещали.

— Нет, нет. То есть да, конечно согласен, вместе убиваем Каяловича. Согласен полностью, — отрапортовал Кирута, украдкой всматриваясь в микроавтобусы.

— Вы переволновались Сергей Сергеевич, не убиваем, а устраняем. Ну что ж, Ваш ответ принят.

Лев Максимович сжал губы в сдержанной, но искренней полуулыбке и громко хлопнул в ладоши, как в цирке. На хлопок в комнату вбежали вышибалы.

— Едем вместе, — скомандовал командир тройки.

Вышибалы кивнули и пулей вылетели из квартиры. После коротких сборов Кирута вышел на площадку и стал спускаться к джипам. На каждом пролёте лестницы его встречали всё новые охранники, которые пристраивались за Сергеем и впереди него. Наружу Сергей Сергеевич вышел уже в плотном кольце телохранителей. После отъезда джипов, Минские микроавтобусы, постояв немного в растерянности, взяли курс на Беларусь.

— Куда мы едем, Лев Максимович? — спросил Сергей.

— В безопасное место.

Через полчаса машины въехали в подземный гараж шикарного комплекса зданий в центре Москвы. Лев Максимович пригласил Сергея Сергеевича следовать за ним. По пути, на каждом втором коридоре их встречали свирепые автоматчики в чёрной униформе.

— Не хрена себе, рейхстаг, — подумал Кирута и вслух спросил, — это госструктура или частное агентство?

— Два в одном, — не оборачиваясь ответил Лев Максимович.

— А куда идём?

— В безопасное место.

— В бомбоубежище?

Лев Максимович обернулся и дружески хлопнул Сергея по плечу.

— Чувство юмора в нашем деле лучший помощник! Я вот люблю больше чёрный юмор. А Вы? Чёрный или обычный? — поинтересовался представитель министра.

— Два в одном.

Лев Максимович ещё больше повеселел, достал ключ, подошел к одной из дверей, открыл её и пригласил Сергея войти в комнату. Это было небольшое уютное помещение квартирного типа, с кухней и санузлом.

— Располагайтесь, Сергей Сергеевич, отдыхайте сегодня весь день, завтра встретитесь с министром.

— А какой будет разговор, к чему готовиться?

— Не надо ни к чему готовиться, министр всегда разговаривает просто и коротко, — ответил Лев Максимович и удалился.

Как только дверь захлопнулась, Кирута улёгся на шикарную кровать и наконец по-настоящему крепко уснул.

Снился родной посёлок городского типа. С полей веяло прохладой и навозом. Слышна музыка. Это из клуба, там танцы. Хочется пойти на танцы, очень хочется, но нельзя, могут побить, побьют ни за что, ворвется толпа молодых колхозников с соседнего посёлка и начнут дубасить всех, кто под руку попадётся. Сергей Сергеевич не любил такие драки, уж лучше перестрелка, штурм с гранатой в руке, отшлифованный приклад снайперской винтовки, ласкающий шершавую щёку. Молодые драчливые колхозники не любили оружия, не любили тактики и стратегии, коротких перебежек, их стихия вырванные из забора штакетины с торчащими ржавыми гвоздями, им подавай бесшабашную пьяную драку, с такими Каяловича не свалишь. Поэтому и вымерли молодые драчуны, предварительно превратившись в спитую биомассу. Вымерли подчистую, если бы Сергей Сергеевич вовремя не переехал в городской посёлок побольше, типа Минска, сдох бы за компанию и не видел бы этого сна. И теперь, простое, но сильное желание грохнуть президента приподымает Кируту не только над родным городским посёлком, но и над соседним, что за полем. Вдруг с поля перестало вонять, из-за холма встало солнце, вместо картофельной ботвы — коротко стриженная травка, радикал достаёт клюшку для гольфа, целиться по белому шарику, удар, шар улетает в сторону посёлка. Взрыв. Менты выросли как из под земли. С метами разговор короткий, хватило двух шаров. Ещё менты, много милиции, поле в дыму, посёлки в руинах. Радикал опять в крови и в стекле, ранен в голову, Сергей Сергеевич выхватил у него клюшку, менты наседают, присмотрелся, это не менты, это молодые драчливые колхозники в ментовской форме, все с железными ржавыми дубинками. Вдруг к спине прижался чепэшник, предложил вместо клюшки косу, Сергей схватил косу, она сверкнула в последнем луче солнца, менты с диким воплем отступили. Размахнулся, начал прокос, брызги крови оросили его белую рубашку, жители посёлков взобрались на берёзы и с ужасом наблюдали за смертельным сенокосом. За Кирутой по прокосу полз окровавленный радикал.

Сергей Сергеевич открыл глаза. Уютная комната, за окном шум вечерней Москвы. Ночь прошла уже в спокойных снах.

Лев Максимович пришел рано утром. Вместе с ним отправились на встречу с министром, кабинет которого был тремя этажами выше. В так называемом министре Кирута сразу узнал могущественного олигарха, одного из тех, кто пришёл на смену первой романтическо-криминальной волне владельцев сказочных богатств. Олигарх был из бывших генералов ФСБ, хотя бывших там не бывает, и одновременно числился главой парламентской комиссии по финансовой политике.

— Вы, Сергей, отдаёте отчёт своим действиям? — спросил олигарх.

— Вполне, — ответил Кирута.

— Это хорошо. Мои люди начали Вам оказывать помощь, правда?

— Правда, Лев Максимович, например.

— Не только Лев Максимович. Главным Вашим помощником будет политтехнолог. Все главные вопросы с ним и будете решать, уже сегодня познакомитесь. Его слово — это моё слово.

— Понятно, его — Ваше, понятно.

— Не новость, конечно, что Каялович перешёл все рамки приличия и в политике, и в бизнесе, и в чисто человеческих отношениях. Это касается и меня, и Вас.

— Нас в особенности, — подчеркнул Кирута.

— Да бросьте Вы — в особенности. Знали бы всю информацию, вот тогда поняли бы, кого в особенности.

— Может быть.

— Не может быть, а точно. Для этого нам как раз и надо плотно посотрудничать. Вы получите почти всё, чего Вам не хватало, в замен нужно только одно — уничтожить Каяловича.

— В политическом смысле, — уточнил Кирута.

— Во всех смыслах, во всех возможных смыслах, — олигарх слегка приподнял указательный палец.

— А как насчёт степени независимости?

— Чьей и от кого?

— Беларуси от России.

— Это решиться не здесь и не сейчас. А у Вас лично будет большая степень независимости и условия.

— Особые условия?

— Нет, особых условий не будет, обычный режим экстренной смены нелегального руководителя. У меня просто личная просьба, новая власть должна обеспечить справедливую приватизацию трёх вещей: первой кнопки белорусского телевидения, нефте-газопроводов и рудники калийных солей.

— Действительно справедливая просьба. А кто должен всё это купить, какая фирма.

— Купит тот, кто окажется в нужное время в нужном месте.

— А более подробно?

— Боле подробно, Сергей Сергеевич, обсудим, когда покончим с Каяловичем.

На прощание, олигарх подал Сергею руку и пожелал удачи. Раздумывать было нечего, пускай подавиться своими калийными удобрениями вместе с нефтепроводами, пусть и пару городов замшелых забирает, лишь бы Каяловича помог турнуть. Было бы за что страдать, их нефть — нате и трубы, хотят корчить свои рожи по телику — ради бога, Каялович все равно страшнее, тем более есть еще вторая кнопка и третью припаять не сложно.