Чтение онлайн

Сфенос тяжело вздохнул. Ему тоже стало страшно. Он боялся не прошедшего уже нападения, а безрадостного будущего. Как изменится его жизнь, если с ним останется человеческий ребенок? Девчонка слабая, маленькая, её нужно кормить и греть. Других хлопот с ней тоже будет предостаточно…

Орк отдышался и стал спокойно обдумывать произошедшее. Ребенок. Зачем ему такая обуза, когда он не знал, что одному-то вообще делать дальше? Но как с ней поступить? Он мог оставить её здесь. Самый простой вариант. Просто дождаться темноты и оставить её в том гнезде, где они ночевали. И тогда она погибнет. Наверняка.

От этой мысли внутри орка поднялась волна горечи. Душа бурно протестовала. Сфен сопротивлялся недолго и почти сразу отбросил этот вариант.

– Еда, – принял он решение. – Нам нужна еда.

Где можно добыть ее зимой? Только в поселениях.

Убегая, он выскочил на другую сторону села, и теперь перед ним раскинулся незнакомый лес. В чашу уходили две просеки, словно специально обсаженные высокими липами. Сейчас дороги были занесены снегом, но летом ими пользовались.

– Поищем место поприветливей, – объявил Сфенос своей попутчице и поднялся с пенька.

Снег на дороге, прогретой солнцем, слежался, и идти по нему было легко. Орк за весь день остановился только два раза, чтобы перевести дух и оправиться. К вечеру он разглядел между голых ветвей темные строения. Не поселение. Сторожка или маленький хутор. Заборов не было. Только пара маленьких домишек, окруженных низкими сарайчиками и лесом.

Теперь стучать в двери Сфенс не стал – спрятался за густым малинником и принялся терпеливо выжидать. За час, что он морозил ноги, никакого движения так и не заметил. Уже наступила ночь, а окошки так и остались темными. Сфенос решился. Для верности обошел хутор по кругу – никаких следов, кроме собственных, не нашел.

– Дома нежилые, – уверено сообщил девочке, выглядывавшей из-за ворота.

– Мне страшно. Может, нам уйти отсюда?

Малышка высунулась из своего укрытия только по глаза. Так было тепло и все видно.

– Если там кто-то и есть, – Сфенос сжал кулак, – то мы его одолеем.

В таком домике много народу не спрячется. Даже если и сидят там люди, Сфен останется здесь. Больше в этой глуши идти некуда. В лесу ночью они просто замерзнут. И еда…

Порожки заскрипели под ногами, удивляясь весу орка. Деревянная не крашеная дверь была не заперта. Сфенос приоткрыл её наполовину и прислушался.

– Фу, воняет!

Как же девчонка чувствительная к запахам.

– Воняет – это хорошо.

– Почему?

– Это значит, – Сфен хотел сказать «все умерли», но не стал пугать девчонку, – что тут никто не живет.

– Мы будем здесь ночевать? – спросила девочка, больше высовываясь из шкуры.

– Если повезет, то останемся здесь зимовать, – устало ответил Сфен. Переход его вымотал, и больше всего орку хотелось погреться у горячей печки. – Есть кто в доме? – на всякий случай крикнул он и, не дожидаясь ответа, переступил порог.

Внутри было темнее, чем на улице, но на столе нашелся огарок свечи. Он был не длиннее мизинца и намертво вплавился в глиняный черепок.

Сфенос вытащил ребенка из-за пазухи и опустил на стул.

– Посиди здесь.

Чиркнув огнивом, он зажег фитилек, и в помещении задрожал свет. Комната в доме была одна, но дальний угол отгораживала засаленная шторка. Сфенос отодвинул полог и заглянул. Там пряталась кровать… и хозяин дома, умерший как минимум неделю назад. Пожилой мужчина походил на засушенную мумию и лежал, мирно сложив на груди руки. Орк накинул на него одеяло и вместе с постельным бельем и матрасом закатал в рулон, как скатывают ковры.

– Прости, друг, но кровать тебе больше не понадобится.

Забросив сверток на плечо, он вынес его на улицу и спрятал в одном из сараев. Вернулся оттуда в дом с охапкой дров.

– Сейчас будем греться.

Домик в лесу, как оказалось, принадлежал пасечнику. Он жил тут один. Других людей – ни живых, ни мертвых – орк не нашел. В одном из сараев его встретили радостным визгом две свиньи, чуть живые от голода. В другом хранились инструменты пасечника и несколько бидончиков с потемневшим медом. В домике, к радости Бёрк и Сфеноса, обнаружился подпол с запасом продуктов: в деревянных ящиках грудилась картошка, морковь и репа, на аккуратных полочках были расставлены бочонки с квашеной капустой, огурцами и грибами. Почивший хозяин мужиком был запасливым, провианта с лихвой хватило бы ему прожить до тепла. Для взрослого изголодавшегося орка и растущей девочки этого было маловато, но они радовались находке как бесценному сокровищу.

Отоспавшись, оглядевшись и хорошо подумав, орк решил оставаться на пасеке, пока не закончится еда. Спешить ему было не к кому, а впереди маячили самые промозглые месяцы года. О незваных гостях Сфен не переживал: пасечник, судя по всему, еще по осени сбыл весь мед, и к нему еще долго никто не заявится. Тем более в разгар Красного мора, когда люди без лютой необходимости не высовывают носа дальше собственных ворот.

***

Прошел месяц, другой… Зима отступала. Ночи становились короче, а раздумья орка длиннее.

Сфенос постоянно размышлял об их будущим. Теперь он уже не отделял от себя девочку и успел прикипеть к ней всей душой. Орк складывал разные варианты, крутил и так, и этак, но картинка не складывалась. Не вязалась судьба мелкой с Людожитом. Мир людей больно пнул больного детеныша под зад, вытолкнул в холодное никуда и захлопнул за ней двери. Дорога теперь орку и девочке оставалась только одна – на ту сторону Багровой реки. Там в «проклятую» никто камней кидать не станет… разве что оборотень встретится…

– Да откуда им там взяться? – спорил орк сам с собой. – Небось, выдохли уже все.

Он грустно посмотрел на девочку, копавшуюся возле печки. Она старательно связывала из лоскутов подобие фигурки. Жалко, конечно, что не орчонок. Хотя очень похожа – вредная, настырная и эти неровности на коже ну точно орочьи бородавки. Только окрас… Вот если бы кожа у неё была зеленой, она бы с легкостью сошла за его родного детеныша.

В один из дней от нечего делать орк перебирал лежавшее в сундуке имущество пасечника. В основном там хранилось какое-то барахло, но были и семена в заботливо подписанных сверточках, и немного круп для похлебки. Развязав очередной маленький узелок, орк увидел зеленый порошок. Понюхал, лизнул.

– Изумрудная водоросль! – опознал субстанцию Сфенос.

Довольно редкая вещь, очень любимая у баб всех рас. Охочий до заработка народ собирал её по заводям рек. Длинные стебли сушили, потом растирали в порошок. Если отрез ткани или готовую одёжку проварить в её настое, она приобретала приятный травянистый цвет. Покрашенная таким манером ткань не линяла и не выгорала на солнце. Орчихи страшно любили такую одежду, и у каждой был припрятан узелок с порошком.

А вот люди пользовались ею с опаской: если испачкать кожу, то оттереться будет большой проблемой.