Чтение онлайн

Никакого смысла. Очередная абракадабра.

Я засунула записку во второй пакет, стянула перчатки и бросилась к телефону. Пальцы летали по экрану, отыскивая в контактах номер.

«Леха — УгРо».

Алексей был моим старым приятелем еще со времен работы «в поле». Опер до мозга костей, циничный, уставший, но один из немногих, кто знал всю мою историю от и до.

Гудки шли долго. Наконец, на том конце раздался хриплый, прокуренный бас:

— Лисицына? Какими судьбами? Решила променять свои пиар-миллиарды обратно на наши трупы и подворотни?

— Лех, привет, — мой голос звучал пугающе сухо и по-деловому. Мозг полностью переключился в режим расследования, блокируя эмоции. — У меня для тебя есть подарок.

— Какой еще подарок с утра пораньше?

— Фарфоровый. И записка.

В трубке повисла тяжелая пауза. Леха знал про кукол. Он сам несколько раз пытался пробить отправителя, но всё всегда обрывалось на левых курьерах и мертвых почтовых ящиках.

— Вик, ты ничего не путаешь? — голос Алексея мгновенно подобрался, потеряв всю расслабленность. — Какая кукла? Твой день рождения уже был. Ты же мне сама звонила два месяца назад, мы эту дрянь в архив приобщили.

— Вот и я о том же, Лех. График сбился. Пришла сегодня. С доставкой прямо до двери моей новой, черт возьми, засекреченной служебной квартиры.

Снова тишина. Я почти слышала, как скрипят шестеренки в голове опера.

— Трогала?

— Обижаешь. Я в резиновых перчатках всё по зип-пакетам расфасовала.

Леха тяжело, со свистом выдохнул в трубку.

— Лисицына, я с тебя иногда хуею, честное слово. За тобой, судя по всему, следит какой-то конченый психопат, который фанатеет от твоего папаши-маньяка. Он знает твой новый адрес. Он ломает свой собственный многолетний паттерн. А ты мне об этом докладываешь таким тоном, будто у тебя счетчик за воду барахлит. У тебя инстинкт самосохранения вообще есть?!

— Леш, давай без лекций, а? — я устало потерла переносицу. — Вот ты мне, как следователь с пятнадцатилетним стажем, ответь на один простой вопрос. Что ты сделаешь, если я сейчас приеду и напишу официальное заявление?

На том конце провода повисла густая, очень красноречивая тишина.

— Ну же, Алексей, не молчи, — горько усмехнулась я. — Давай я озвучу за тебя. Я напишу заявление: «Уважаемая полиция, кто-то прислал мне игрушку и бумажку с циферками». Ни крови. Ни прямых угроз. Ни состава преступления. Что ты сделаешь?

— Вик… ты же знаешь систему.

— Знаю. Ты положишь это заявление в ящик. И оно будет там лежать, пока меня не найдут на какой-нибудь автобусной остановке с причесанными волосами в бархатном платье. Так ведь? Потому что юридически мне ничего не угрожает.

Леха тихо, грязно выругался.

— Не каркай, Бешеная.

— Я не каркаю. Я констатирую факты.

— Привози, — сдался опер. — Привози всё сюда. Отдадим в криминалистику, пусть еще раз проверят на потожировые, слюну, волокна. Посмотрим камеры с твоего элитного ЖК, пробьем курьера. Но…

— Но там ничего не будет, как и всегда, — закончила за него. — Я знаю, Лех. Через час буду у тебя.

Я сбросила вызов, бросила телефон на стол рядом с запакованной куклой и оперлась руками о столешницу.

Взгляд упал на записку в прозрачном пакете.

V-8-2-L-0-9-X

Что ты хочешь мне сказать, урод? Что означает этот сбой?

Ну здравствуй, уютненький.

Как всегда, ваша Бешеная в эфире, и сегодня у нас выпуск под кодовым названием «Я — сказочная идиотка».

Вкратце о моих детективных буднях: куклу и ту самую записку с шифром я честно отвезла в УгРо к Лехе. Криминалисты покрутили ее со всех сторон, просветили ультрафиолетом, подышали на нее, сняли записи с камер моего «элитного и абсолютно безопасного» ЖК… И, как мы с вами и ожидали, ни-че-го. Ни отпечатков, ни ДНК, ни даже завалящей перхоти маньяка. Курьер оказался левым студентом, которому сунули наличку и коробку в слепой зоне метрополитена. Дело глухарь, кладем в папочку, ждем, когда за мной придут с топором. Классика.

Но если бы поехавший фанат маньяка был моей единственной проблемой! Переходим к главной рубрике. К Его Темнейшеству.

Ребята… я облажалась.

Скажите, я дура? О да, мои хорошие, я знаю. Полная, беспросветная, клиническая дура с дипломом. Я включила свою любимую защитную броню ровно тогда, когда нужно было просто заткнуться, выдохнуть и признать очевидное. Я назвала всё, что между нами произошло, тупой физиологией. «Снятием стресса». Обесценила всё так виртуозно, что сама от себя в шоке.

И ведь я пожалела. Клянусь своим кактусом Валерием, как только за ним закрылась дверь, я пожалела так, что на стенку лезть захотелось. Я очень, очень хотела всё исправить. Прийти, сказать: «Окей, босс, меня тоже кроет, давай поговорим нормально».

Но Ильдар не был бы Валиевым, если бы всё было так просто. Знаете, что сделал этот мстительный татарский принц?

Он перевел меня в прямое подчинение Тагирову. Официальным корпоративным приказом. Снял с себя кураторство над моим отделом и… свалил в отпуск.

Блеск. Занавес.

Коллеги в офисе сейчас шепчутся по углам, крестятся и пьют валерьянку литрами, потому что Ильдар Тимурович не был в отпуске НИ-КОГ-ДА. Вообще. С момента основания холдинга. А тут просто взял, отрезал меня от себя бюрократической стеной и исчез с радаров.

Думаете, это из-за меня? Я вот до сих пор не верю, что таким пустяком можно было настолько сильно обидеть его бронированное эго. Или, может быть… это был не пустяк?

Я нажала кнопку «Опубликовать».

Откинулась на спинку своего огромного кожаного кресла, подтянула колени к подбородку и уставилась в монитор.

Страница обновилась. Уведомления звякнули почти мгновенно — моя крошечная, закрытая аудитория из прошлой жизни всегда реагировала на посты со скоростью голодных пираний. Я открыла комментарии.

Anonim_88: Ну ты и дура, Вика. Реально дура.

CatWoman: Да как можно было продинамить ТАКОГО мужика?! Стоп… Вика, ты что, с ним ПЕРЕСПАЛА?! Аааа! Жду подробностей в личку!

Правдоруб: Классическая Бешеная. Сначала стреляем, потом смотрим, кого убили. Сочувствую, мать. Маньяк с куклами напрягает больше, чем твой обиженный босс.