Чтение онлайн

— Было так легко подставить отца. Он идиот. И он заслужил то, что с ним случилось. За то, что бросил меня. За то, что прятал тебя.

Он откинулся на табуретке, скрестив руки на широкой груди.

— А потом я встретил тебя. Там, в детдоме. Помнишь? Я посмотрел на тебя и придумал Игру. Идеальную игру. Как только ты сказала мне, чего желаешь, я всё продумал. Я сделал тебя звездой журналистики. Я вылепил твою карьеру. Я нашел тебе мужика, который будет тебя защищать. Только упрямая же ты лисенок, упорно отказывалась идти к нему по моим следам! Я тебя к нему — ты от него!

— Почему Ильдар? — вырвалось у меня. — Почему из всех миллиардеров Москвы ты выбрал именно Валиева?

Брат философски пожал плечами.

— Да понравился он мне. Я тогда только в Москву приехал. Мелкий был, щуплый. Напали на меня в подворотне уроды какие-то, хотели деньги отжать. А он с другом своим, с Дамиром, мимо проходили. Заступились за меня. Раскидали этих гопников. В больницу меня отвезли, денег дали, на работу потом в кафешку при универе устроили.

Он усмехнулся своим воспоминаниям.

— Я сначала вообще на Дамира внимание обратил, для тебя. Но тот непробиваемый был, как танк. А вот Ильдар… Ильдар другое дело. Огонь. А как ты ему коленом пробила в Смоленске! Маленькая да удаленькая. Боже, ты мой кумир, лисенок!

У меня мороз пошел по коже. Он всё это время наблюдал за нами, как за реалити-шоу.

— В общем, к чему я это всё, — он вдруг хлопнул ладонями по коленям и решительно поднялся. — Игра окончена. Я выполнил все твои желания. Ты успешна. У тебя хороший, безопасный мужик, который порвет за тебя любого.

Он возвышался надо мной, огромный, темный, безумный.

— И теперь ты убьешь меня?

— О, Господи, нет! Ты что?! — он искренне, до глубины души возмутился, всплеснув руками. — Я никого не трогал с тех пор, как отца посадили! Да я и не выходил отсюда уже пятнадцать лет.

Он обвел рукой комнату, заставленную куклами.

— Ну… чтобы не поддаваться соблазну. Бесят меня эти их жалостливые взгляды на улице. Убивать хочется. А так — сижу себе здесь. Серверы ломаю. Наблюдаю за тобой. Радуюсь.

— И что дальше? — я не верила ни единому его слову. Маньяки не останавливаются.

— Да ничего. Я с тобой познакомился, поговорил лично. Сбылась мечта. И теперь я, как обычно, исчезну. Навсегда.

— Куда? — голос предательски дрогнул.

Он улыбнулся.

Поднял огромный палец и указал в бетонный потолок. А затем, театрально нахмурившись, перевел палец вниз, к полу.

— Хотя, наверное, меня ждет ад. Не хочу в рай. В аду веселее.

Он шагнул ко мне. Я инстинктивно вжалась в спинку стула, но он лишь достал из кармана складной нож.

— А ты… ты сейчас, только пообещай, ладно? Пообещай, что драться не будешь. Я тебя развяжу, и ты выйдешь в эту дверь. И побежишь. Не оглядываясь. Ладно?

Киваю.

— Ладно, лисенок?

— Да. Да.

Лезвие ножа скользнуло по толстым веревкам. Раз. Два. Мои руки и ноги обрели свободу. Кожу нещадно саднило, но я не обращала на это внимания.

Брат отошел в сторону, уступая мне путь к тяжелой железной двери в конце комнаты.

— Рад был познакомиться, Вика.

Я подорвалась со стула, едва не упав на онемевших ногах, бросилась к двери, навалилась на тяжелую ручку и вывалилась наружу.

Яркий, слепящий дневной свет ударил по глазам. Морозный воздух обжег легкие.

Я заморгала, пытаясь сфокусироваться.

Это был дом.

Старый, заброшенный частный дом где-то на окраине. Вокруг — пустырь и голые деревья.

Я сделала шаг. Потом второй.

«И побежишь. Не оглядываясь».

Я рванула вперед, проваливаясь ботинками в стылую, подмерзшую грязь. Я бежала так, как не бегала никогда в жизни. Легкие горели, сердце билось где-то в горле.

Десять метров. Двадцать. Тридцать.

А затем за моей спиной раздался оглушительный, чудовищный грохот.

Ударная волна ударила меня в спину с такой силой, что меня оторвало от земли.

Я пролетела несколько метров вперед и рухнула лицом в грязную траву, больно ударившись плечом.

В ушах стоял непрерывный, высокий звон.

Я перевернулась на спину, тяжело хватая ртом воздух, и посмотрела туда, откуда только что выбежала.

Дома больше не было.

На его месте в серое небо поднимался гигантский, ревущий столб оранжевого пламени и черного дыма.

В нос бил тошнотворный, едкий запах спирта, йода и дешевой больничной хлорки. В ушах всё еще стоял фантомный, пульсирующий звон от взрыва, а тело казалось одним сплошным, саднящим куском боли.

Я сидела на жесткой дерматиновой кушетке в приемном покое какой-то ближайшей подмосковной больницы, куда меня привезла скорая.

Моя правая рука, которую дежурный травматолог с адским хрустом и моими нецензурными комментариями недавно вправил на место, теперь покоилась в тугой косыночной повязке.

Надо мной колдовал молодой, смертельно уставший хирург, методично стягивая края рассеченной кожи на моем лбу.

— Эй, можно аккуратнее? Мне это лицо еще нужно, — прошипела я сквозь стиснутые зубы, дернувшись от очередного стежка.

— Сидите смирно, девушка. Скажите спасибо, что вам вообще есть на что швы накладывать. Вас взрывной волной так приложило, что вы родились даже не в рубашке, а в танковой броне.

Я закрыла глаза.

Внутри было пусто. Как в выгоревшей дотла комнате. Мой брат мертв. Человек, который всю жизнь дергал за ниточки моей судьбы, просто стер себя с лица земли вместе с этой жуткой коллекцией фарфоровых кукол.

Игра действительно была окончена.

И финал у нее оказался из пепла и крови.

Вдруг за дверью, в больничном коридоре, раздался шум.

Глухой, тяжелый топот. Звук чего то падующего, металического. И голос. Низкий, вибрирующий от животной, неконтролируемой ярости рык, от которого по спине пробежали мурашки.

— Мужчина, да нельзя туда! Вызовите охрану! — истерично закричала какая-то медсестра.

Мое Темнейшество прибыло.

Я даже не успела открыть рот, как дверь в процедурную не просто открылась — она едва не слетела с петель, с грохотом ударившись о стену так, что с потолка посыпалась белая крошка.