Чтение онлайн

— Не нравится. Как тебе такой вариант? Ты спрашиваешь, а я оставляю за собой право не отвечать, если не хочу.

— Справедливо. Ты знал?

— Нет, конечно.

— Даже самую капельку? Даже оглядываясь назад, когда ты уже узнал?

Он повернул голову, перекатившись затылком по спинке дивана, и посмотрел на меня сощуренными глазами.

— Знаешь, зачем я заявился на твою лекцию по психологии?

До меня дошло, и мои глаза широко распахнулись.

— Ох.

— Ага, «ох». Я не понимаю, как я прожил с мужчиной двадцать лет и понятия не имел, кто он. Он не выдавал никаких признаков, поверь мне. Я сотни раз оценивал и переоценивал каждый аспект своей жизни. Он был любящим, забавным, добрым. Он не был эмоционально мертвым внутри, отстраненным или лишенным сопереживания, как это типично бывает с социопатами. Морган хорошо скрывал эту часть себя, и я чувствую себя полным идиотом, потому что меня обманули.

— Ты не идиот. Ты такая же жертва, как и люди, которых он убил.

Джейсон усмехнулся, но это был печальный звук.

— Ты говоришь, как мой доктор. «Ты жертва, Джейсон. Не вини себя, Джейсон». И да, я в полном раздрае из-за этого, как ты наверняка заметил.

— Я бы больше тревожился, если бы ты не был в раздрае.

Еще один резкий смешок, в котором не прозвучало юмора. Джейсон со стоном оттолкнулся от дивана и побрел на кухню, скрывшись из моего поля зрения. Я вскочил и последовал за ним.

Его кухня была ничуть не гламурнее гостиной. Бытовая техника выглядела так, будто была старше меня. Шкафчики покосились, щеголяли кучей сколов и царапин, горчично-желтая краска взбугрилась и местами отваливалась. Кафель был тусклым, со сколами и трещинками.

Джейсон засунул голову в холодильник. Его задница, обтянутая тесными джинсами, была выставлена на всеобщее обозрение. Не пялиться было невозможно. Когда он захлопнул холодильник и резко развернулся, я вскинул взгляд к его лицу. Если он и заметил, что я пялился, то ничего не сказал.

Подойдя к шкафчику, он подвинул к себе буханку нарезного хлеба, выудил два ломтика и затолкал их в тостер.

— Это твой ужин?

Он пожал плечами, достав из шкафчика банку арахисового масла и открутив крышку.

— В эти выходные я не купил продуктов, так что, видимо, это мой ужин. Хочешь поделюсь?

— Нет, спасибо. Я перехватил кусок пиццы по дороге сюда.

Джейсон вытащил из ящика нож, взял с полки тарелку и бросил их перед тостером, где они зазвенели о столешницу шкафчика.

Момент казался хрупким. Джейсон был напряжен, и я боялся, что одно неверное движение заставит его взорваться от злости или разрыдаться. Я не был уверен, что именно случится.

Когда он пробормотал «нахер это все» и схватил полупустую бутылку виски из морозильника, я ринулся вперед, рискуя, чтобы спасти его от бОльших проблем.

Он прислонился бедрами к столешнице шкафчика и откручивал крышку, когда я забрал бутылку из его рук, поставил ее вне пределов досягаемости и вторгся в его личное пространство, чтоб он не сумел увернуться и забрать ее обратно.

Он мог бы оттолкнуть меня и взять бутылку, если бы захотел. Я не готов был вступать в рукопашную с мужчиной, которого толком не знал.

Я поднял руки, когда он помрачнел.

— Слушай, я много лет работал с алкоголем. Я вижу, что он делает с людьми. И нет, я не против алкоголя или типа того. Я люблю выпить с друзьями. Время от времени мне нравится тусоваться. Черт, да когда я путешествую, нет ничего лучше, чем попробовать что-то добротное с каким-нибудь парнем по имени Бьорн, который едва говорит по-английски, а потом позволить ему оттрахать меня по полной, зная, что утром я едва его вспомню, — я усмехнулся.

— Это опасно, — прорычал Джейсон.

— И это тоже. Я имею в виду, что сильные эмоции и алкоголь — это плохое сочетание. Я это видел. Знаю, ты думаешь, что это помогает почувствовать себя лучше, но в итоге тебе становится только хуже.

Его тосты выскочили из тостера, но он не забрал их. Его взгляд сосредоточился на бутылке, которую я оставил на дальнем шкафчике, но его разум витал где-то далеко. Нас разделяло меньше полуметра. Его грудь поднималась и опускалась. Его лицо выдавало то, что он готов сорваться.

— Ты не понимаешь, — прошептал он.

— Да. Ты прав. Не понимаю. Но я знаю, что это не поможет тебе почувствовать себя лучше, — я показал на бутылку.

Он не пытался ее схватить. Печаль на его лице усилилась, глубокие линии на лбу отмечали суровые испытания его жизни. Джейсон стоял там как статуя, уйдя в себя, потерявшись где-то в бездне. Он находился прямо передо мной, но казался недосягаемым.

— Это нечестно, — слова были едва различимыми.

— Знаю. Нечестно, — я дотронулся до его руки, вытаскивая его из тьмы.

Он поморгал несколько раз, затем всмотрелся в мое лицо, забыв про тосты.

— Ты не можешь никому рассказать. Я приехал сюда, чтобы сбежать от этого. Пожалуйста.

Я скользнул ладонью вниз по его руке, пока не нашел его пальцы, затем крепко сжал их, чтобы приободрить.

— Я никому не скажу.

Он покачал головой, глядя на наши соединенные руки, затем сдал назад.

— Скайлар...

Я шагнул вперед, прижав палец к его губам.

— Я могу сохранить секрет. Я правда знаю, как временами заткнуться. Клянусь.

Он убрал мой палец со своих губ, но не выпустил мою ладонь.

— Ты теперь будешь шантажировать меня или типа того? Использовать это против меня и угрожать рассказать всем, если я не соглашусь на... большее.

Я снова прижал палец к его губам.

— Заткнись, — я не мог подавить улыбку, вызванную его комментарием. — Ты такой дурак. На случай, если это не видно невооруженным глазом, я всерьез запал на тебя с того первого дня, как ты вошел в класс несколько недель назад. Задолго до того, как я что-либо узнал о тебе. Шантаж не в моем вкусе.

Его брови сошлись вместе, когда он нахмурился. Я убрал палец от его рта и легонько провел костяшками пальцев по колючей щетине на его лице. Он не отодвинулся.

— Мы не можем сделать это, — его голос сорвался. — Тебе лучше уйти.

— Я не уверен, что тебе сейчас стоит быть одному.

Он глянул на бутылку, и я знал, что если покину его, то его решением проблемы будет напиться.

— Я просто не хочу больше думать, — пробормотал он. — Я просто хочу, чтобы все это ушло на пять минут и оставило меня в покое. Я хочу, чтобы это прекратилось.