Чтение онлайн

Сова хитро улыбнулась, склонив голову набок.

— Ну, мы ещё посмотрим, кто из нас прав, а кто нет, — сказала она, не скрывая лёгкого веселья в голосе.

Я вздохнул. Было видно, что она уверена в своей версии, но и я сомневался в ней.

Семён в этот момент вдруг погрузился в раздумья. Он стоял, глядя в землю, словно пытался разложить всё по полочкам в своей голове.

— Если всё в этой системе взаимосвязано… — медленно начал он, — и если Генда действительно является ключевым соединителем, то… нам нужно его найти. Получается, без него мы не сможем двигаться дальше.

— Может, он и не человек вовсе, — произнёс я, бросая взгляд на друзей.

В этот момент нас перебила Сова.

— Человек, закон, сущность, да какая разница? — махнула она рукой, будто ей это не казалось важным. — Нам нужно воспользоваться памятником, чтобы попасть в первоначальный лагерь. Именно там, если всё пойдёт по плану, мы и найдём вашего Генду. По крайней мере, я на это надеюсь.

Первым делом, я собрал всё необходимое. Еду, воду, медикаменты, да и ещё пару вещей, которые могли бы понадобиться. Сначала меня немного смутило, сколько всего нужно взять, но потом я понял, что это не излишество, а реальная необходимость. Мы ведь не знали, как долго все это продлится. Зачем ограничиваться, если можно быть готовым ко всему?

Как только я закончил собирать припасы, я принял решение перетащить всё в бункер. Место было безопасное, и если вдруг что-то пойдет не так, там можно будет переждать. Я уже не раз находился в таких условиях, и бункер стал для меня чем-то вроде убежища. Место, где можно было укрыться от всего, что происходит вокруг. Это был наш запасной вариант, и я не хотел, чтобы он оказался лишним. Лучше лишний раз быть подготовленным, чем потом жалеть.

Пока я занимался переносом, все вокруг как будто замирало. Понимание того, что это не просто обычная подготовка, а важнейшее дело, которое может определить наш успех или провал, сильно давило на меня. Мы были на грани, и я чувствовал, как эта напряженность нарастает.

Когда все было на своих местах, и мы наконец закончили с подготовкой, мы собрались и обсудили возможные варианты развития событий. Какие могли бы быть риски, какие аномалии нас могут поджидать, и как действовать в разных ситуациях. Каждый из нас высказывал свои предположения, и с каждым словом становилось ясно, что нам нужно быть максимально осторожными.

Но чем больше мы обсуждали, тем увереннее становилось, что мы всё обдумали. Мы были готовы. На каждую возможную опасность у нас был план, и каждый знал, что делать в случае чего. Мы отлично подготовились, и теперь оставалось только одно — действовать.

Я медленно тащил тяжёлую бензопилу, которую нашёл в кладовой. Она лежала в старом сарае на отшибе лагеря, среди метёл, топоров, граблей и прочих инструментов. Когда-то это место использовалось для хранения вещей, необходимых для работы по благоустройству лагеря, но теперь… Теперь оно стало для меня чем-то вроде арсенала. Если вдруг всё пойдёт наперекосяк, если лагерь попытается нас остановить, а может, даже если на нас нападёт толпа зомби — пусть у меня будет против них козырь. Не хочу повторять ошибок прошлого.

На секунду у меня мелькнула мысль собрать броню, хоть из подручных материалов, но здравый смысл быстро взял верх. В таких условиях она только помешает. Манёвренность важнее.

— Знаешь, мне кажется, что это лишнее, — сказала девушка, наблюдая за тем, как я волоку за собой тяжёлую "Дружбу".

— Лишним не будет, — буркнул я, — если бы у меня была возможность подготовиться ещё лучше, я бы ею воспользовался.

Семён, в отличие от нас, был спокоен, как удав. Он искоса поглядывал то на бензопилу, то на меня. В его взгляде читалось сомнение, но он ничего не сказал.

— Все готовы? — раздался голос Совы.

Мы молча кивнули.

Теперь пришло время действовать по плану. Первым делом нам нужно было перегрузить лагерь.

Для этого требовался хаос. Важно было выбрать момент, когда все пионеры окажутся в одном месте, чтобы воздействие было максимальным. Мы решили дождаться дискотеки — единственного вечера, когда большая часть обитателей лагеря собиралась на площади. Это был идеальный шанс.

Когда наступил этот вечер, мы начали.

Семён взял на себя поджоги. Он методично поджигал дома, заборы, любые деревянные конструкции, создавая как можно больше очагов возгорания. Огонь — мощный символ разрушения, и он идеально подходил для перегрузки системы.

Сова в это время находилась на площади, она должна была снести памятник. По нашему предположению, он был важной частью структуры лагеря, возможно, его фундаментом. Именно поэтому я заранее подготовил для неё взрывчатку — пришлось изрядно потрудиться, чтобы добыть необходимые материалы, но у нас не было права на ошибку.

Моя роль была не менее важной. Я должен был вызвать у пионеров когнитивный диссонанс, посеять в их головах сомнения. Я начал бредить, громко выкрикивая, что этот лагерь ненастоящий, что всё это лишь искусственная конструкция, что они заперты в месте, которого не существует. Я говорил так, чтобы меня слышали все, чтобы каждый хоть на мгновение усомнился в реальности происходящего.

Я сделал шаг вперёд, встал в центр площади и громко заговорил:

— Вы не понимаете! Это место — тюрьма. Возможно, вы считаете меня сумасшедшим, но это не так. Вы действительно уверены, что этот лагерь настоящий? Тогда ответьте мне на несколько простых вопросов. Какой сейчас год? В какой области находится лагерь? Ну или хотя бы… кто такой Генда?

Я указал рукой на постамент.

Толпа молчала. В воздухе повисла тяжёлая тишина. Они даже не пытались думать, будто мои слова не доходили до их сознания. Куклы. Все они были просто куклами, запрограммированными на выполнение определённой роли. Не важно, что я им говорю — хоть убейся, им всё равно.

Я сжал кулаки, в груди закипала злость.

— Ну? Кто такой Генда?! — повторил я громче.

Ответа не последовало.

— То-то и оно… Не знаете.

Вдруг из толпы раздался насмешливый голос:

— Ты дурак? Как это можно не знать?

Я ухмыльнулся и развёл руками.

— А я, может, из лесу вышел, всю жизнь там жил. Вот теперь хочу узнать. Так что рассказывайте мне о великом товарище Генде, — сказал я с наигранной надеждой.

Но в ответ раздалось лишь тихое, полное презрения:

— Дурак.

В этот момент пионеры заметили пламя. Паника начала охватывать толпу, кто-то начал кричать, указывая на огонь, разрастающийся за пределами площади. Их разум, до этого находившийся в оцепенении, наконец-то начал реагировать. Я воспользовался моментом и перевёл взгляд на Сову.

Она тоже смотрела на меня, готовая действовать. Я едва заметно кивнул.

В следующее мгновение раздался взрыв.

Гулкий, сотрясающий воздух и землю.

Постамент вздрогнул. Каменные ноги памятника треснули, и он начал крениться. На площади послышались крики. Люди бросились врассыпную. Я не сводил взгляда с памятника, пока тот с грохотом не рухнул на асфальт, разлетаясь на несколько частей.