Чтение онлайн

— Оно действительно есть, — согласился Вилсон. — Моё спокойствие. Я стараюсь реагировать на вещи проще, но это длительная работа над собой. Вот пару десятков лет назад я был полной своей противоположностью. Не такой тихий, не такой спокойный и невозмутимый. Но иногда человек понимает, что ему важно взрослеть и меняться.

— И вы в какой-то момент пришли к этому, да? Это случилось само по себе?

— Сразу после того, как я случайно и по неосторожности устроил пожар, который сжёг порт. Вот сразу тогда я это и понял.

— Вы что? — ошарашенно переспросила Мия.

— Донельзя увлекался фокусами. Фокусами, что завязаны на огне. Например, поджечь шляпу и надеть её на голову было проще простого. Но халатность взяла верх, я просчитался на пару секунд, и шляпа загорелась у меня на голове. Я испугался и отшвырнул её в сторону. Пока я тушил свою, уже на тот момент лысину, загорелись ящики с серой. Я… умел, скажем, выбирать места для своих выступлений, как понимаешь.

— А потом?

— Потом меня объявили в государственный розыск. Уже, конечно, не ищут, тем не менее… Это я к чему? Мне нужно было стать взрослее, потому что вспыльчивость и халатность многое рушили в моей жизни. Дело не только в случае с фокусом, а в целом. И не скажу, что это те черты, без которых я перестал быть собой. Просто вырос и успокоился, вот и всё. Поэтому, может, тому Вилсону как раз наоборот не пошло бы курение трубки. Мало ли, поджёг бы ещё чего-нибудь. Смотри, такое тебе не нужно?

Он указал на магазинчик, до отвала набитый женской одеждой. Некоторые вещи местной моды сложно было отнести исключительно к женскому полу, но, судя по привычным платьям и флайо нежных цветов, становилось понятно, что мужского здесь ничего нет. Пышная леди любезно поприветствовала их и дала время осмотреться.

— Глэдис мне… мне…

Из-за шума приходилось на время замолкать. Мимо промчалась четыре хохочущих ребёнка, которым очень захотелось побегать именно вокруг них с Вилсоном. На ребятню накричала молодая девушка, но только двинулась в их сторону, дети радостно закричали и убежали.

— Глэдис мне уже купила одежду.

— Так возьми ещё, больше будет.

Эти слова немного смутили, но она решила пробежаться взглядом по ассортименту. Тут и правда продавались притягательные одеяния, в основном, конечно, из-за цветов. Она словила себя на мысли, что ей нравится жёлтый цвет почти всех оттенков. И тот, что мягкий песочный, и тот, что насыщенный, приближающийся к закату, и даже лимонный — эти оттенки притягивали сильнее других. Взгляд остановился сначала на одной, а потом на другой вещи, что привлекали внимание. Только Мия захотела подобрать слова, как Вилсон перебил.

— Вот те перчатки и платье на эту девочку, — сказал он и тут же уточнил: — Может, ещё что-то?

— Нет-нет! Этого хватит, правда, — заверила Мия. — Спасибо большое.

Вилсон кивнул, отсчитал нужную сумму и положил её на специальный поднос. Здесь же он купил корзинку и сложил туда вещи, после чего они вышли из лавки.

— Спасибо, — снова произнесла она.

— Я заметил, что ты очень стесняешься таких жестов. Я сейчас не про себя, а про всех жителей замка.

— Потому что это и правда неловко. То есть… Знаете, иногда кажется, что принимать подарки куда сложнее, чем дарить их.

Вилсон закинул корзинку с гибкой ручкой на плечо и отрицательно замотал головой.

— Чепуха, мы ведь не на последние деньги это делаем. Ты, как и каждый из нас, ровно на столько же заслуживаешь иметь что-то, что тебе нравится. Без фанатизма, но я не вижу ничего ужасного в паре закусок, вещей и всём прочем. Ребятам, как и мне, хочется сделать тебе приятно, поэтому пусть тебя это так не сковывает.

— Просто я подумала, что… Вы ведь откуда-то берёте деньги? Разве кто-то из замка где-то работает?

— Ну конечно, — искренне удивился Вилсон. — Ты не до конца понимаешь, как работает Орторус, верно? Ты мне скажи, кто этот пустоголовый, который подумал, что кроме аромата и письменности тебе ничего не нужно объяснять? Фрида?

Мию аж покоробило от услышанного. Этому человеку никак, ни при каких обстоятельствах не шло слово “пустоголовый”, будто она была девчонкой какой-то. Лучше бы оскорбили саму Мию — звучало бы грубо, но куда естественней. Стало неприятно, но неприязнь эту захотелось скрыть, а не проявлять.

— Раньше мне этот вопрос даже не приходил в голову, поэтому просто расскажите, пожалуйста. Может, знаете, пока вы не упомянули об этом, тема казалась мне слишком личной, чтобы взять и спросить.

— Глупости какие, — сухо возразил собеседник. — На деле всё проще некуда. Орторус время от времени помогает другим решить всевозможные… Казусы, которые происходят в разных частях Эмиронии. Ни в коем случае не личностные вроде мести и чей-то вражды, а более специфичные. Виоландо — это удивительный мир. Удивительный, молодой и нестабильный. И оттого выгодный для нас, ведь в этом мире иногда случаются странные для многих вещи. А обычные люди не знают, что делать со странными вещами, понимаешь? Вот за подобным Орторус и следит, ведь есть ситуации, с которыми носителям справиться куда легче, чем остальным. А иначе куда время от времени улетают наши ребята?

— Задания, да?

— Они самые.

— Какие, например?

Вилсону не пришлось долго думать.

— Одно из последних — моё любимое. В небольшом городке на севере, даже севернее, чем Мейярф, произошёл один из этих случаев — над этим городком погасла Терсида. Причём только выходишь за стены города, и всё — день, но внутри постоянная ночь, сколько ни просыпайся. Терсиду было видно, может, даже и лучи доходили, но и днём и ночью сплошной мрак. Вот часто даже такие случаи, труднорешаемые.

— И вы справились? — охнула Мия. — Как можно такое решить? Что, неужели получилось?

— Конечно. Выслушали жителей, подумали хорошенько, отчаялись, а потом решили. Сам-то я на такие задания не езжу — у меня другие обязанности. Но наши ребята смогли вернуть городку свет, а это уже многого стоит. Как думаешь, много горожане готовы заплатить, чтобы вернуть естественный ход вещей?

— Очень много. Феноменально много, думаю.

— Скажем так, достаточно, чтобы мы сейчас не задумывались о покупке перчаток, платья и марципана, — цокнул тот. — А есть ещё один пример. Давнишний, но сразу приходит в голову. В одной деревушке один дуралей вырывал себе все зубы, которые мог. Сначала это был один человек, потом второй, третий и так далее. Звучит смешно, согласен. Ну, зубы и зубы, тут это их личные проблемы. Но выяснилось, что все эти люди не просто вырывали их, а бросали в одно озеро существу, которое питалось костями рыб. А когда кости кончились, оно начало очаровывать проходящих мимо зевак. Представляешь, гадёныш как-то чувствовал зубы и заставлял отдавать их, потому что был голодным. Вся проблема оказалась в озере, на самом его дне.

— Знаете, это уже какая-то…

— Какая-то глупость?

— Нет, мистика!

— Брось, никакой мистики. Стоит только разобраться.

— Значит, это наш конёк — уметь разбираться в таких делах. Это же очень интересно.

— Интересно, — охотно согласился Вилсон и указал пальцем на один из прилавков: — А вот что ещё интереснее. Ну наконец-то. Я думал, что ещё пару десятков ларьков придётся пройти. Подойдём.

Большую часть времени они шли в стороне от этой шеренги людей. Сейчас, когда они протискивались поближе к лавке, даже людей обойти по-человечески не получалось. Только она влево — и незнакомец влево ненароком, только в другую сторону — тот точно так же. Шум для половины восьмого утра стоял очень даже ничего. Повседневный Стеокс с такой сумбурностью и ажиотажем ну никак не ассоциировался.