Чтение онлайн

– Это потому, что он не проявлял ко мне интереса.

Верити опешила:

– А теперь проявил?

Подбородок внезапно закололо в том месте, где к нему прикасались пальцы Гидеона. Она до сих пор слышала страсть в каждом звуке звуке своего имени, произнесенного им.

Возможно ли такое?

Если это не так, то он холодный, расчетливый соблазнитель.

– Я не знаю. – Руна закрыла дверь и посмотрела на подругу. – Но он появился у меня сегодня вечером и подарил это. – Она вытащила из прически шелковую розу, поморщившись, когда вырвала несколько волосков, и протянула подруге. – Как-то так получилось, что после этого все кандидаты из твоего списка показались недостойными. Пришлось импровизировать.

Губы Верити превратились в тонкую линию. Она взяла цветок с таким выражением лица, будто это живая роза с множеством шипов.

– Здесь что-то не так, – протянула она. – Гидеон Шарп не ухаживает за такими девушками, как Руна Уинтерс.

Ого.

По какой-то причине эти слова ужасно задели Руну.

– Надо же! Спасибо, Верити.

– О Руна, – встрепенулась та, – я вовсе не то имела в виду.

Руна отмахнулась от подруги:

– Может, ему нужна богатая жена. Например, у него долги из-за пристрастия к игре.

– И он намерен играть и с тобой тоже, – вставила Верити.

Руна отвела взгляд и вспомнила не о заколдованном вине, а том, как умело действовали его руки, точно зная, как лишить ее воли. У него был опыт, которым Руна не могла похвастаться. И это предельно ясно.

Верити права. Я слишком много взяла на себя.

Сегодня они с Гидеоном будто поменялись ролями. И случалось это не раз. Сначала с вином. Затем на диване. И еще он отказался открыть ей секреты, несмотря на то что был охвачен страстью. Ни один из способов на него не действовал. Встречаться с ним в высшей степени опасно, и надо знать, какова будет награда.

Руна выдохнула, прошла к кровати и упала навзничь. Мягкое пуховое одеяло приняло ее с нежностью.

– Мне это казалось прекрасной возможностью, – негромко произнесла она, закрыв глаза.

– Риски слишком велики.

Верити села рядом, взяла руку подруги и крепко сжала.

– Я не хочу тебя потерять, – почти шепотом сказала она.

И Руна услышала то, что осталось невысказанным между строк: «Как потеряла сестер. Ты все, что у меня осталось».

Это было верно для них обеих. И Руна, и Верити потеряли самых дорогих людей. И сейчас у обеих не было никого ближе подруги. И Алекса.

Руну обволакивал покой, который дарила мягкая постель. В поисках Серафины она проделала долгий путь в ужасную погоду, и каждая частичка тела требовала отдыха. Чем дольше Руна будет так лежать, тем больше вероятность, что в ближайшее время не встанет. До нее донеслись слова Верити:

– Обещай мне, что расстанешься с ним и выберешь кого-то менее опасного.

Разумеется, ей стоило прислушаться к мудрому совету подруги. Разумнее переключиться на того, с кем будет легче и не так опасно, как с Гидеоном Шарпом. Но в случае, если у него на ее счет подозрения, не будет ли роман лучшим способом их развеять?

– Расстанешься с кем? – В комнате послышался мужской голос.

Руна распахнула глаза и приподнялась на локте, едва не застонав от сопротивления, которое пришлось преодолеть. В комнату вошел Алекс.

– С твоим братом. – Верити все еще держала в руках проволочный стебель розы, которую ему и протянула.

– Может, тебе удастся вразумить Руну.

Алекс взял розу.

Верити проводила ее взглядом, вздохнула и поднялась с кровати.

– Увидимся в зале.

«Если у меня хватит сил до него добраться», – подумала Руна и опять повалилась на покрывало с мягким одеялом под ним.

Алекс посмотрел в спину Верити:

– Что с ней такое?

Руна издала неопределенный звук – она слишком устала для объяснений.

Алекс устроился на кровати на том же месте, где недавно сидела Верити, потом вытянулся и лег рядом. Тепло его тела было хорошо ощутимо, несмотря на разделявшие их несколько дюймов. Некоторое время они лежали на спине молча, глядя в идеально ровный потолок.

– Где Гидеон? – спросил Алекс. Имя брата он произнес с некоторым напряжением. Потом поднес к лицу шелковый цветок и принялся рассматривать.

Руна поморщилась, вспомнив их завуалированный спор на лестнице.

Они с Верити не рассказывали ему о списке женихов, зная, что одобрения не получат. «Лучше скажем, когда все будет сделано», – предложила Верити, приняв решение составить список. Вспомнив, как Алекс вел себя сегодня, Руна пришла к выводу, что склонна с ней согласиться.

Алекс всегда яростно защищал старшего брата.

– Гидеон пошел домой.

Глаза ее закрылись сами собой. Успокаивающий шепот дремы утихомиривал разум, накатывая, словно волны на берег.

Внутренний голос тихо напомнил Руне, что вечер еще не закончен, гости не разошлись. Надо встать, спуститься вниз и вернуться к роли хозяйки.

«Я только совсем чуть-чуть отдохну и сразу спущусь», – сказала она голосу.

Между ними повисла тишина, Алекс погрузился в себя и некоторое время оставался там, чтобы собраться с мыслями.

Необходимо внимательно проанализировать и рассмотреть каждую, прежде чем явить миру.

Когда-то его долгие паузы раздражали Руну. Она не понимала, что они означают, и пыталась заполнить их своей речью. За годы дружбы она научилась любить это затянувшееся молчание – оно приносило такое же утешение, как его игра на рояле.

Когда Алекс заговорил, ее состояние можно было назвать скорее полусном, нежели бодрствованием.

– Руна?

– М-м-м…

– Что бы ни было у тебя с моим братом, это надо прекратить.

Матрас пришел в движение – Алекс поменял позу и сел, а потом потянулся и снял одну, а потом вторую туфлю с ног Руны. Она хотела сказать, что туфли надо оставить на месте, что она сейчас встанет и спустится вниз к гостям, но Алекс справился быстрее, чем Руна успела собраться с силами и произнести несколько слов.

– Гидеон одержим охотой на ведьм. Он убьет тебя сразу, как только узнает, кто ты.

– Почему он так сильно меня ненавидит? – спросила она, по-прежнему не открывая глаз.

Руна почувствовала, что Алекс лег рядом, на этот раз на бок, лицом к ней, потому что теплое дыхание коснулось щеки.

– Мой брат жил во дворце и был свидетелем ужасных вещей, которые там происходили. Такое безвозвратно меняет человека.

Руна вспомнила причину, которую назвал Гидеон, отказываясь от вина. «Когда-то это было необходимо мне для выживания».