Чтение онлайн

— Да, конечно, – сказала она, краснея от смущения и готовая ударить себя по лбу за то, что подумала, будто он хочет взять её номер телефона по личной причине. Как бы мило и лестно это ни было, она никогда не была роковой женщиной, на которую слетались мужчины. Откашлявшись, она быстро пробормотала свой номер и наблюдала, как он его записывает, затем выглянула за раздвижные двери, когда ее внимание привлекло какое-то движение. Вырытая яма находилась прямо за дверями, и кто-то выбирался из неё по лестнице.

Из любопытства Абриль встала и подошла к дверям в конце кухни. Её волнение сменилось тревогой, когда она посмотрела вниз, в кишащий улей, в который превратилась частично раскопанная территория.

В яме было много людей, все в специальной экипировке, закрывающей их с головы до ног, так что видны были только их лица, наполовину скрытые масками. Увидев белые комбинезоны с капюшонами, белые бахилы на обуви и перчатки на руках, Абриль почувствовала угрызения совести. У неё не было никакой защиты, чтобы не запачкать место преступления.

Хуже того, ДНК Лилит была повсюду. Но офицер Питерс и два детектива тоже были без защитных костюмов, – вспомнила она, и немного успокоилась, но теперь, когда её тревога утихла, другие волнения заняли это место. Например, снаружи сновало много народу. Очень много. Слишком много, чтобы сказать, сколько. Она быстро сосчитала про себя. Видимо, недостаточно тихо, – она поняла, когда детектив Делакорт спросил отвлечённо: – М-мм?

— Да ничего. Я просто считала людей, работающих там. Кажется, их много, – добавила она с лёгким беспокойством и взглянула в сторону парковки перед домом. Раздвижная дверь выходила во двор. Она почти не видела подъездной дороги, только передние части одного, двух, трёх…

Оставив позицию у двери, выходящую на яму, она подошла к одному из больших окон, чтобы рассмотреть подъездную дорожку и парковку. Её лицо побелело от ужаса, когда она увидела множество машин, как легковых, так и фургонов, и на всех была надпись «Полиция Лондона».

— Джина меня убьет, – выдохнула она с тревогой.

Шорох одежды возвестил о приближении детектива Делакорта, когда он присоединился к ней у окна. Тепло его тела подсказало ей, что он стоит прямо за ней. Как и его дыхание у её уха, когда он сказал: – Она не может винить тебя за это. Не ты же закопала тела в саду.

Абриль медленно выдохнула, борясь с внезапным нелепым желанием прижаться к его груди. Вместо этого она слегка выпрямилась и покачала головой. – Нет. Я не закапывала тела. Но теперь весь район, должно быть, знает о чертовшине, которая творится у неё во дворе, и она обвинит в этом меня.

— А на что она надеяться? Ты не можешь запретить или помешать, нам выполнять нашу работу. Это незаконно.

— Верно, – пробормотала она, понимая, что это мало что меняет. Джина расстроится, не обязательно на неё, но точно расстроится из-за того, что возле её прекрасного нового дома закопаны тела. Не говоря уже о том, что полиция уже заполнила подъездную дорожку, и парковалась на улице, выкапывает тела и проводит расследование. К сожалению, Джина выскажет свое недовольство Абриль. К сожалению, это выльется в крики и недовольные вопли, и Абриль будет казаться, что она попала в ад.

— Минутку, – вдруг сказала она, скользнув взглядом по мужчине, несущему несколько больших чёрных пакетов на молнии к месту раскопок. – Он, должно быть, несёт не меньше полудюжины мешков для трупов.

— Да, – согласился Делакорт, в ее голосе слышалось легкое недоумение.

— Но… – Протиснувшись между ним и окном, Абриль вернулась к раздвижным дверям, чтобы еще раз взглянуть на раскопки. Да. При первом осмотре, она заметила, что люди в яме работают и находят кости по крайней мере в трех разных местах.

— Боже мой! Сколько же там скелетов? – выдохнула она с тревогой.

Делакорт присоединился к ней и посмотрел на работающих криминалистов.

— Похоже, больше трёх, – тихо сказал он и, когда она сникла, положил руку ей на спину. Нахмурившись, он обеспокоенно спросил: – Ты в порядке?

— Да, я просто… – Её голос затих, когда его рука начала двигаться, нежно массируя её напряжённые мышцы. Это было так приятно. Её напряжение таяло под его умелыми пальцами, ее тело подалось навстречу давлению, пока он массировал её плечи сначала одной рукой, а затем обеими, шагнув ей за спину. Его руки опустились к трапециевидным мышцам, и Абриль услышала собственный стон, когда он начал ласкать ее. Затем он опустил руки по бокам от нее и обнял за талию.

На какую-то минуту она испугалась, что он отстранится и прекратит то, что делал, но затем его руки снова пришли в движение. Поглаживание, однако, стало больше похоже на ласку, и она подняла руки, одной обхватив оконную раму, а другой прижавшись к стеклу, когда его пальцы заскользили вверх по ее бокам, пока кончики их не прошлись по ее грудям, прежде чем снова опуститься к талии.

Мышцы Абриль расслабились под его прикосновениями, но всё остальное, казалось, напряглось. Соски превратились в твёрдые горошины, пальцы ног поджались, а бедра плотно прижались друг к другу в ответ на покалывание, которое возникло между ними под влиянием того, что он делал... и в ожидании большего.

Но, к её большому разочарованию, больше ничего не произошло. Его руки внезапно перестали массировать и ласкать. Вместо этого он просто обнимал её, легко положив руки ей на талию, шевеля дыханием её волосы, а его твердое тело прижималось к её спине и ягодицам.

Глаза Абриль были полуприкрыты, но тут же распахнулись, осознав происходящее. Она так сильно откинулась назад, что упиралась ему в грудь и другие части тела, фактически требуя, чтобы он обнял её.

— Кофе. – Это слово вырвалось у неё с придыханием, когда она заставила себя выпрямиться. Она быстро отошла на шаг. – Я обещала офицеру Питерсу кофе.

— Робертс отнес ему чашку, когда уходил, – сказал ей Делакорт, его голос был глубоким и таким чертовски сексуальным, что вызвал ту же реакцию, как если бы он снова ее ласкал.

Сглотнув, она облизнула губы и заставила себя встретиться с ним взглядом. – Прости. Мне не следовало… – Абриль резко замолчала, потому что… что она могла сказать? Мне не следовало так сильно наслаждаться твоими прикосновениями, что я прижалась к тебе и возбудилась? Она не могла этого сказать. Так что же ей сказать, чтобы положить конец этой внезапной неловкости?