Чтение онлайн

По мере их продвижения за запад следы Атропоса становились все свежее, и Ральфу все меньше и меньше нравились подтеки и брызги, из которых эти следы состояли. Там, где капли попадали на стальные рельсы, они разъедали их, как кислота. Растения, на которые попали брызги, почернели и умерли – даже самые живучие сорняки. Когда они прошли третью площадку и забрели в рощу чахлых деревьев, переплетенных с густым подлеском, Луиза потянула его за рукав и показала пальцем куда-то вперед. Большие плюхи Атропосовой слизи тошнотно блестели на стволах деревьев вдоль рельсов, и в углублениях между рельсами тоже были вязкие лужицы – наверное, в тех местах, где раньше были шпалы.

[Кажется, мы приближаемся к его логову, Ральф.]

[Да.]

[А если он вернется, пока мы там, что будем делать?]

Ральф пожал плечами. Он не знал и к тому же не был уверен, что ему стоит над этим задумываться. Пусть об этом задумываются те силы, которые передвигают их, словно шахматные фигурки, – силы, которые мистер Лахесис и мистер Клото называли Высшей Предопределенностью. Если Атропос покажется, Ральф попытается вырвать у этого пидорастического недоростка язык и забить его ему в глотку. И если это расстроит чьи-то планы… что ж, это их проблемы. Он не может брать на себя ответственность за великие планы и дела долгосрочников, его работа – присмотреть за Луизой, которую зачем-то втянули в это рискованное мероприятие, и постараться предотвратить трагедию, которая может случиться сегодня вечером. И кто знает, может быть, ему удастся выкроить немного времени и попытаться спасти свою – несколько омолодившуюся – шкуру. А если это не согласуется с планами больших мальчиков, то пошли они к черту.

Луиза прочла все это по его ауре – он понял это по ее ауре. Она взяла его за руку, и он обернулся к ней.

[Что это значит, Ральф? Что ты попытаешься его убить, если он встанет на нашем пути?]

Он обдумал ее слова и кивнул.

[Да, именно это оно и значит.]

Она тоже задумалась и кивнула в ответ.

[Ральф?]

Он посмотрел на нее, подняв брови.

[Если так будет нужно, я тебе помогу.]

Ее слова тронули его почти до слез… и он попытался спрятать от нее другие мысли: что она до сих пор ходит с ним лишь потому, что так он мог вернее ее защитить. Он опять вспомнил о ее сережках и поспешил выбросить это воспоминание из головы, не желая, чтобы она увидела его – или хотя бы что-то заподозрила – по его ауре.

Тем временем мысли Луизы текли в другом – более безопасном – направлении.

[Если даже мы успеем уйти до того, как он вернется, он все равно узнает, что там кто-то был, правильно? И наверняка поймет кто.]

Ральф не стал этого отрицать, но ему казалось, что это не так уж и важно; потому что других вариантов у них пока не было. Им оставалось лишь делать свое дело, надеясь, что они все же увидят завтрашний рассвет. Хотя, если бы у меня был выбор, я бы лучше его проспал, подумал Ральф и улыбнулся уголком рта. Господи, я как будто сто лет не спал. Его мысли перескочили на любимую присказку Каролины о долгой и трудной дороге обратно в Рай. Теперь ему казалось, что рай – это когда можно спокойно поспать до обеда… и еще чуть-чуть после.

Он взял Луизу за руку, и они снова двинулись по следу Атропоса.

Футах в сорока от ограждения на краю летного поля ржавые рельсы оборвались. Следы Атропоса тянулись дальше, но тоже недолго. Ральф был почти уверен, что видит место, где они заканчиваются, и еще – смутный образ их с Луизой, прикрученных к спицам огромного колеса. И если Ральф не ошибался, логово Атропоса располагалось неподалеку от того места, где Эд врезался в грузовичок того здоровенного толстяка с бочками удобрений в кузове.

Поднялся ветер, и до них донесся какой-то противный гнилостный запах и голос Чапина, разглагольствующего на свою любимую тему:

– …а что я всегда говорил! Маджонг – как шахматы, шахматы – как жизнь… так что если ты умеешь играть в какую-то из этих игр…

Ветер снова переменился. Ральф все еще слышал голос Фэя, но слов уже не разбирал. Хотя, наверное, оно и к лучшему, потому что эту лекцию он слышал уже столько раз, что знал ее почти наизусть.

[Ральф, эта ужасная вонь… Это он, да?]

Он кивнул, хотя и не думал, что Луиза это увидит. Она держала его за руку, а смотрела прямо перед собой широко распахнутыми глазами. Дорожка из пятен кровавой слизи, которая начиналась у входа в Общественный центр, заканчивалась у основания покосившегося мертвого дуба в двух-трех сотнях футов впереди. Причина смерти могучего дерева была очевидна: кора почтенного ветерана была вся счищена – наподобие банановой кожуры – ударом молнии. Трещины и зазубрины на его сером стволе принимали очертания лиц, застывших в страшном немом крике, а распростертые голые ветви на фоне неба казались зловещими иероглифами… и одна из них – по крайней мере в воображении Ральфа – вычерчивала приблизительное изображение японского иероглифа, означавшего камикадзе. Молния, убившая дерево, не смогла его повалить, но, как видно, очень старалась. Корни с одной стороны – со стороны аэропорта – были вырваны из земли. Мощные корни приподняли снизу сетчатое ограждение, и глядя на это, Ральф почему-то вспомнил о своем детском приятеле, Чарли Энгстроме.

– Не водись с Чаки, – говорила ему мать. – Он грязный мальчишка. – Ральф не знал, был ли Чаки грязным мальчишкой, но вот крепким орешком он точно был. Чарли любил прятаться за большим деревом около его дома с длинной палкой в руке, которую он называл Всевидящим Жезлом. И когда мимо проходила женщина в пышной юбке, Чарли на цыпочках шел за ней следом, потихоньку засовывал палку под юбку и приподнимал. Достаточно часто ему удавалось увидеть, какого цвета белье у женщины (цвет женского нижнего белья приводил Чарли в экстаз), прежде чем она замечала, что происходит, и гналась за дико хохочущим мальчишкой до самого дома, грозясь рассказать обо всем его матери. Ограждение аэропорта, приподнятое корнями дуба, напомнило Ральфу о юбках жертв Чаки, когда он поднимал их Всевидящим Жезлом.

[Ральф?]

Он посмотрел на Луизу.

[Кто такой этот Всевидящий Жезл? Имя какое-то неприличное… Это какой-то индеец? И почему ты сейчас о нем думаешь?]

Ральф расхохотался.

[Ты прочитала это по моей ауре?]

[Ну, наверное… я уже ничего не знаю. А кто это все-таки?]

[Расскажу в другой раз. Пойдем.]

Он взял ее за руку, и они медленно подошли к старому дубу, у которого след Атропоса обрывался; вступили в облако тошнотворной гнилостной вони, которая была его запахом.

Они остановились под дубом и посмотрели вниз. Луиза закусила нижнюю губу.

[Нам действительно нужно спуститься туда, Ральф? Действительно нужно?]

[Да.]

[Но почему? Что нам там делать? Забрать что-то, что он украл? Убить его? Что?]

Да, забрать. И не только расческу Джо Вайзера и серьги Луизы. Что-то еще… Пока Ральф не знал, что именно. Но он был уверен, что узнает – они оба узнают, – когда придет время.