Чтение онлайн

— Почему твои люди позволяют себе выкрадывать меня средь бела дня? — не позволяя Милославскому обозначить цель моего принудительного визита, требую ответ. — По какой причине меня лишают средств связи? — напираю.

Меня крайне сложно разозлить, я достаточно сдержанный человек, но Антону удалось вывести меня из себя. Я зол и не скрываю этого.

— Тебе, как никому другому, прекрасно известно, с какими людьми я работаю, — твердо чеканю каждое слово. Сам Антон попал ко мне как раз по рекомендации одного из них. — Мне нельзя быть вне зоны доступа. Мои клиенты и друзья всегда должны иметь возможность связаться со мной, — своеобразным образом напоминаю, что не лыком шит.

За моей спиной стоят серьезные люди, каждый второй в округе у меня в долгу. Я выигрываю их дела, они предлагают мне помощь. О которой я практически никогда не прошу.

Мои друзья вообще из разряда фантастики. Мы много лет стоим бок о бок, плечом к плечу. Когда случается беда у одного, все остальные без раздумий ввязываются в драку, и плевать на последствия. Вместе мы мощь, против нас не попрешь.

Милославский прекрасно знает об этом. Он не может не знать.

Так почему он позволил себе подобное?

— Может для начала присядешь? — показывает на кресло. Он по-прежнему остается непоколебим.

Но и я тоже не лыком шит.

— Сначала ты ответишь на мои вопросы, — говорю жестко.

Пора срывать маски. Время игр прошло.

Антон считывает мой настрой, недобро ухмыляется и поднимается с кресла. Наливает себе выпить.

— Как хочешь, — пожимает плечами. — Я предлагал.

Он берет стакан, отходит к окну и задумчиво смотрит на город. В каждом движении чувствуется небывалое напряжение, пусть внешне он остается спокойным.

— Я жду ответ, — напоминаю.

Милос опрокидывает в себя содержимое бокала, морщится и ставит его на подоконник. Его передергивает.

— Мне тут птичка нашептала о твоем прямом интересе к моим деньгам, — говорит, повернувшись всем корпусом. Впивается в меня взглядом, не позволяет даже моргнуть.

— И ты поверил? — ухмыляюсь недобро.

Мне реально смешно.

— Воронцов на что угодно пойдет, лишь бы снять с себя обвинение. Неужели ты этого не понимаешь? — спрашиваю прямо в лоб.

Сейчас мне абсолютно посрать, как я выгляжу и с кем разговариваю. Если меня обвиняют в подобной дичи, то я не собираюсь молчать.

— У тебя с анализом как? С дедукцией? Логикой? — приближаюсь к Антону. — На кой хрен мне твои бабки? Задницу подтереть? М?

Милославский зло щурится, а меня накрыло. Я не собираюсь терпеть.

— Воронцов тебя разводит как настоящего идиота! Он на протяжении нескольких лет методично воровал прямо у тебя из-под носа бабки, а ты хочешь ответственность свалить на меня? Что за бред? Ты себя вообще слышишь? — припираю Антона к стенке.

Я его не боюсь.

Выкрав меня последи белого дня, лишив средств к связи и показав дурную сторону своего характера, он прекрасно знал, что я буду огрызаться. Что я не потерплю подобного отношения к себе.

— За речью следи, — предупреждает.

— А ты за своими действиями, — парирую.

Стоим друг напротив друга, зло сверлим взглядами.

Воздух в помещении аж искрит от напряжения. Достаточно одной искры и дом вместе со всеми его обитателями взлетит на воздух.

Но нам плевать. Мы вошли в кураж.

— Слушай разум, смотри на вещи со стороны и думай холодной головой, — обозначаю главные принципы. — Неужели ты думаешь, что я стал бы брать у тебя бабло? — припираю его к стене своим вопросом.

Хмурится.

— Да нафига оно тебе, — сдавая позиции, качает головой. — Если и правда, задницу подтереть, — ухмыляется. Злость уходит.

— Неприятно это, — подмечаю. — Бумагой надежнее будет.

Переглядываемся. Кабинет разрезает дружный мужской хохот.

— Выпьешь? — предлагает миролюбиво.

Смотрю на бутылку, понимаю, что не стоит отказываться, но у меня на сегодня запланировано множество дел.

— Не могу. Прости, — говорю честно.

Милос добродушно хлопает меня по плечу.

— Ничего, — убирает бутылку обратно в бар. — Теперь поговорим конструктивно? — достает папку, кладет ее на стол.

Злость и раздражение ушли, осталось доверие. И этому я несказанно рад.

Работать с Антоном интересно, у него неординарные взгляды на множество моментов. Он помогает мне смотреть на устоявшиеся вещи под новым углом.

— Давай начнем с того, что ты вернешь мне средства связи и поделишься, какого хрена только что произошло, — предлагаю.

Ловлю на себе понимающий взгляд.

— Рассказать расскажу, а телефон пока вернуть не могу. Прости, — делится.

— Почему? — не понимаю. Мне без связи не по себе.

— Моим людям его нужно проверить.

«Ваня у Максима»

Читаю сообщение от Светы и, наконец, выдыхаю. С моим мальчиком все хорошо. Он не попал в руки к недоумку Владимиру, а вместе со своим другом находится под надежной охраной. За безопасностью Макса следят профессионалы, не те, что охраняют меня сейчас.

«Пусть сидит там и не уходит. За ним приедет отец».

Посылаю Свете в ответ.

«Охрану предупредила. Не переживай, Ваню не тронут».

«Спасибо».

Как бы не требовало материнское сердце поскорее забрать сына, но я глушу свое желание, от него никакого толку. Если я заявлюсь сейчас в больницу, то получу еще один скандал.

Нам обоим нужно выдохнуть и переварить то, что произошло. Сделать выводы. А это возможно лишь на расстоянии.

— Слава, да возьми ж ты трубку, — бурчу, теряя терпение. Связаться с Бессоновым мне нужно как воздух, в одиночку я не могу справиться со свалившимися проблемами.

Ну где же ты?..

По дороге в квартиру снова и снова набираю Славе, но от моих звонков нет никакого толку. Он не отвечает и все тут.

А потом и вовсе выключает смартфон.

Мне становится не по себе.

— Можно ваш телефон? — спрашиваю у одного из охранников. — Мой вот-вот сядет, — показываю на затемненный экран. Приходится хитрить, но мои горе-охранники этого не замечают.

Мне кажется, они вообще ничего не замечают вокруг.

— Да, конечно, — протягивает мне свой аппарат и по ходу дела снимает на нем блокировку. Едва выдерживаю, чтобы раньше времени не отобрать, так медленно двигается. К невнимательности они еще и заторможенные… Вообще красота!