Чтение онлайн

— Иногда слепота — это защита.

— А иногда — предательство.

Он посмотрел на неё.

— Ты не понимаешь.

— Тогда объясни.

— Есть люди… внутри. Они не просто коррумпированы. Они управляют. Марк — пешка. Арло — угроза. А ты…

— Я — кто?

— Ты — последний человек, кто может их остановить. И поэтому… я должен был тебя направить.

— Ты использовал меня.

— Я спасал тебя.

Она смотрела на него. Не с гневом. С болью.

— Ты знал, что Лина не курила.

— Да.

— И что след на перилах — не от неё.

— Да.

— И что Марк продал кольцо.

— Да.

— И всё равно дал мне дело.

— Потому что только ты можешь докопаться до конца. А я… Я не могу.

— Почему?

— Потому что если я официально вмешаюсь — меня уберут. А если меня не будет — никто не останется.

Она замолчала. Город — за спиной. Тишина — между ними.

— Ты должен был сказать, — сказала она.

— А ты бы поверила?

— Нет, — честно ответила она. — Но я бы послушала.

Он кивнул.

— Прости.

— Не извиняйся. Просто… больше никаких тайн. Даже если думаешь, что защищаешь.

— Хорошо.

— И скажи мне имя. Того, кто получил деньги.

Киран вздохнул.

— Инспектор Робертс. Уголовный розыск.

Он покрывает Марка. Он — голос внутри.

Алекса записала.

— А ты?

— Я — тот, кто стоит между тобой и пулей, — сказал он. — Даже если ты этого не видишь.

Она посмотрела на него. Не как на врага. Не как на предателя. Как на человека, который тоже падает. Но пытается не утащить её за собой.

— Тогда держись, — сказала она. — Потому что я не отпущу.

Она ушла. Не оглядываясь. Но в кармане — не только имя. А и понимание: правда — не в уликах. Не в следах. Она — в тех, кто молчит.

И в тех, кто притворяется, что молчит.

Глава 7. Тот, кто остался

Инспектор Робертс любил утро. Не из-за кофе. Не из-за тишины. А потому что в это время никто не смотрит. Он сидел в кабинете на пятом этаже полицейского управления Мельбурна. Окно — в сад. Файл — открыт.

На экране — перевод:

“50 000 AUD. От: Маршалл, М. Кому: неизвестный (ID: X7R-94K). Подтверждено: К. Хасси”.

Киран Хасси. Его подпись. Его доступ.

Его ошибка. Он не знал, что Алекса уже видела это. Но он знал — скоро узнает. И он боялся не ареста. Не разоблачения. Он боялся её глаз.

***

Алекса стояла у здания. Не входила.

Смотрела. Как будто могла прочитать стены.

Увидеть, где ложь. Где страх. Где они.

Мэдисон сидела в машине.

— Вы уверены, что хотите это сделать? — спросила она.

— Нет, — сказала Алекса. — Но я должна.

— А если это ловушка?

— Тогда я уже в ней.

Она вошла. Без значка. Без оружия. С одной лишь памятью — как худший из детективов.

Киран увидел её в коридоре. Понял сразу: она знает. Он вышел из кабинета, перехватил у лестницы.

— Не туда, — сказал он.

— А куда? — спросила она. — Туда, где правда? Или туда, где ты её прячешь?

— Я не прятал. Я задерживал.

— Чтобы защитить кого? Меня? Или его?

— Их обоих.

— Кого — их?

— Робертса. И тебя.

Она рассмеялась. Коротко. Горько.

— Ты думаешь, я хрупкая?

— Я думаю, ты живая. А после смерти Гэрри…

Ты была на грани.

— Я выжила.

— Потому что перестала чувствовать.

А теперь — снова чувствуешь. И это… Опасно.

Она посмотрела на него. Не с гневом.

С пониманием.

— Ты боишься не Робертса. Ты боишься потерять меня.

Молчание. Длинное. Как поезд, который уходит.

— Да, — сказал он.

Не отрицал. Не оправдывался. Просто сказал.

— После Гэрри… ты исчезла. Не физически.

А внутри. Я приходил. Говорил. Пытался.

А ты… Ты смотрела сквозь меня. Как будто я — часть стены.

Она опустила глаза.

— Я не хотела…

— Я знаю. Но я видел, как человек, который был моим лучшим другом, перестал дышать.

И я поклялся: если ты снова начнёшь дышать… Я не позволю тебе сгореть.

— А если это единственный способ дышать?

— Тогда я пойду с тобой. Даже если это будет огонь.

Она замерла. Потом — вспомнила.

***

Два года назад. Ливень. Труп на пляже.

Девушка. 23 года. Утонула. Официально — несчастный случай. Алекса стоит у воды.

— На её руках — синяки. Кто-то держал.

Киран:

— Никаких свидетелей.

Гэрри:

— Значит, искать не свидетелей. А следы.

Они работают вместе. Ночь. День. Без сна.

Без отдыха. Киран приносит кофе. Гэрри — улики. Алекса — логику.

— Он был знаком с ней, — говорит она. — Кто-то из семьи.

— Брат, — говорит Гэрри. — Но он в больнице.

— Фальшивка, — говорит Киран. — Проверил.

Они находят. Доказывают. Сажают. После — паб. Пиво. Смех.

Гэрри поднимает бокал:

— За тех, кто не отпускает.

Киран:

— За тех, кто не сдаётся.

Алекса:

— За тех, кто помнит.

И они смеются. Как будто всё будет хорошо.

А потом — выстрел. Гэрри — на полу. Кровь.

Крик. Тишина. Алекса — на коленях. Киран — звонит в скорую. Но знает: слишком поздно.

***

— Ты не хочешь, чтобы я снова осталась на коленях, — сказала Алекса.

— Нет, — сказал Киран. — Я не хочу, чтобы ты встала одна.

Она посмотрела на него. Впервые — не как на офицера. Не как на лжеца. Как на человека, который тоже потерял. И который боится потерять всё, что осталось.

— Тогда идём вместе, — сказала она. — Но честно. Без тайн. Без “я защищаю”. Ты — мой союзник. Не опекун.

— Хорошо, — сказал он.

— И если я упаду…

— Ты не упадёшь, — сказал он. — Потому что я не позволю.