Чтение онлайн

САЛЬВАТОРЕ

Я потерял свою единственную семью, и в стремлении отомстить я создал новую с Люсией и Раулем. Пребывание здесь, на острове, в уединении с ними, помогло мне переосмыслить жизненные ценности.

Жизнь вдали от других людей и их мнений меняет восприятие мира, и я вижу это на примере Люсии. Она не та, какой я её себе представлял. Она не просит ничего лишнего, не зациклена на макияже и внешности, просто излучает естественное сияние жизни.

В мой день рождения наши отношения с Люсией изменились, и она не возражала. Это был первый раз, когда я отмечал его без своего брата-близнеца. Люсия изо всех сил старалась показать мне, как сильно она меня любит, и не стеснялась в выражениях. Даже если я не могу сказать, что люблю её, не испытывая вины за каждое слово, я знаю, что это правда.

Мой брат был бы очень расстроен, если бы узнал, что я влюбился в нашего врага. Но сейчас, возможно, он был бы рад, что я нашёл то, что потерял он. Сможет ли он забыть о том, кто она, где бы он ни был, и порадоваться тому, что у меня есть кто-то, кого я могу любить?

Феликс был другим человеком, не такой как я. Он не держал зла и мог просто оставить всё как есть. Мне же это гораздо сложнее. Простить тех, кто причинил мне боль, кажется невозможным, и я всегда ищу лишь способы отомстить.

— Доброе утро, — приветствует меня Люсия, входя в кабинет. Она выглядит прекрасно и излучает счастье. Её длинные волосы распущены по плечам, а простой сарафан и босоножки добавляют ей шарма. Сарафан достаточно короткий, чтобы я мог любоваться её соблазнительными ножками, пробуждая во мне греховные мысли.

— Не хочешь кофе? — Спрашивает она, и я поднимаюсь из-за стола. Искушение было слишком велико. Я больше не мог просто смотреть на неё, и жаждал её прикосновений.

Я поцеловал её улыбающееся лицо, и она поднялась на цыпочки, чтобы получить ещё один поцелуй, поэтому я схватил её за ягодицы и притянул к себе, чтобы она могла почувствовать, как сильно она на меня действует. Независимо от того, сколько раз я её касаюсь, этого всегда недостаточно, каждый раз мне хочется большего.

— Я хочу тебя и, возможно, немного кофе, — прошептал я, не в силах сдержаться.

Она хихикает и качает головой.

— Ты только что, перед тем как уйти на работу, получил меня, — отвечает она, игриво подмигивая. — Рауль уже проснулся, так что тебе просто нужно подождать ещё немного. — Этот маленький мальчик умеет выводить из себя, но я его очень люблю. Он — всё, что у меня осталось от семьи, и он настоящее сокровище. Я не допущу, чтобы с ним или с ней что-то случилось.

— Тогда кофе будет в самый раз, — говорю я, целуя её в щеку. — Я пойду с тобой на кухню. Мне не помешает перерыв. — Не успеваю я договорить, как на моём столе звонит спутниковый телефон, и мне нужно ответить на звонок. Люсия кивает, она понимает.

— Я принесу тебе кофе, а ты ответь на звонок, — предлагает она.

Её забота обо мне кажется такой естественной, словно это то, что она всегда должна была делать. Её интуиция и знание жизни мафии делают наши отношения проще. Я не скрываю свою настоящую личность, ведь здесь нет дыма без огня. Она знает, кто я, и её отношение ко мне не меняется.

Я отвечаю на звонок, понимая, что это не сулит ничего хорошего. Такой звонок означает, что дело серьёзное. У русских есть другие способы связаться со мной, поэтому это может быть только Лоренцо или кто-то из домашних.

— Слушаю, — говорю я.

— Сэл, — голос Лоренцо звучит резко, но устало. — С тобой всё в порядке? — Спрашивает он меня, хотя кажется, что ему не всё равно. — Как ребёнок?

— У нас всё хорошо, у меня есть помощники. — Я говорю небольшую безобидную ложь, потому что не могу позволить ему узнать, кто именно мой помощник. Это не пройдёт гладко. — Что не так? — Спрашиваю я. Что-то должно быть, иначе мы бы мне не разговаривали.

— «Короли» встречаются в Сан-Луке через три дня, и ты должен быть с нами, — говорит Лоренцо, и, как мы и предполагали, произошёл раскол. Он имеет в виду, что я должен встать на его сторону в этой, очевидно, ужасной войне. Как бы мне ни хотелось повесить трубку, сказать «нет» и порвать со всеми ними, я не могу, потому что это будет означать для меня подписать уведомление о собственных похоронах. — Ситуация напряженная, и ты мне нужен, — говорит он, и никто никогда не спрашивает меня, хочу ли я помочь — это ожидание, которому я устал соответствовать.

— Сейчас проблема с логистикой из-за ребёнка, — пытаюсь я оправдаться, но он прерывает меня.

— Ты только что сказал, что у тебя есть помощь, Сэл, мне нужно, чтобы ты появился, — это не просьба, а угроза. Я знаю, что лучше не перечить Лоренцо, если я хочу выжить. — Теперь все в более или менее безопасности, никто больше не прячется, — говорит он, но никто ещё не похищал принцессу мафии и не держал её в заложниках в своей постели на скрытом острове.

— Безопасность моего племянника — это самое важное, и пока никто не знает, где мы находимся, он в безопасности. Я планирую вести уединённый образ жизни в течение длительного времени, Лоренцо. Я буду в Сан-Луке, но я не могу рисковать потерять единственную семью, которая у меня осталась.

Я знаю, что некоторые из них вернулись к той жизни, которая была до того, как моя семья была убита: сражаются на улицах и убивать за свою территорию. Я не собираюсь участвовать в их мелкой войне и терять то немногое, что у меня осталось. Загария не пытался найти свою дочь, и он не получит её, даже если попытается. Мне нравится моя новая жизнь, и я намерен сохранить всё как есть. Это единственный способ защитить Люсию. У меня нет ни малейшего намерения отказываться от неё.

— Я понимаю это, — говорит мне Лоренцо, который бегал долгие годы. Он не может указывать мне, как жить, но я ценю его поддержку и верность. Это всё, чем я ему обязан.

— Спасибо.

Его тон и намёки вызывают у меня беспокойство.

— С чем я могу столкнуться, Лоренцо? — Спрашиваю я прямо, зная, что сюрпризы не всегда бывают приятными в нашей работе.

— Я бы солгал, если бы сказал, что знаю, — отвечает он. — Ситуация непростая. Есть те, кто хочет, чтобы я ушёл, и те, кто считает меня глупцом за то, что я стремлюсь остаться.

Он молод, а старики не любят, когда дети учат их, как вести бизнес. Они никогда не учили этому. Традиции и старые порядки в мафии меняются медленно, и даже с помощью одних только технологий потребовалось много времени, чтобы освоить новые методы.

— Ты хочешь бороться? — Было время, когда он не хотел быть частью своей семьи или бизнеса. Мне следует спросить, проявляю ли я лояльность к тому, кто собирается уйти.

— Я бы не стал делать этот выбор, если бы не был уверен в своих силах, — говорит он. — Это моё наследие, я заслужил это место за столом, когда меня заставили убить Контини, чтобы оно досталось моему отцу. Я не уйду, и убью каждого ублюдка на своём пути.

Я не сомневаюсь в его словах, он прирождённый убийца. У него нет эмоций, когда речь заходит о том, чтобы отнимать жизни.