Чтение онлайн

Вышел.

Объявление о турнире повесили в пятницу. Большой лист, тяжёлая бумага, герб Академии, каллиграфический шрифт. Старомодно, торжественно — традиция, которую не меняли тридцать два года.

«ЗИМНИЙ ТУРНИР ИМПЕРСКОЙ АКАДЕМИИ БЛАГОРОДНЫХ ВОИНОВ

XXXII сезон

Формат: одиночные бои, сетка на выбывание, 32 участника.

Допуск: курсанты I–IV курсов, ранг Пламя и выше.

Особые допуски: по решению куратора (Правило 12-бис, расширенная редакция).

Дата: 14–18 декабря.

Жеребьёвка: 1 декабря, Большой зал, 18:00.

Регистрация открыта до 28 ноября.»

Толпа у доски — с утра до вечера. Кирилл подошёл один раз, прочитал издалека, ушёл. Зарегистрировался на следующий день — в канцелярии, у секретарши с перчатками. Она приняла заявку без комментариев, но на её лице отпечаталось то выражение, с которым люди наблюдают, как кошка лезет на дерево: интересно, но чем это кончится?

Новость разлетелась за час. «Безродный — на турнире.» Реакции — спектр: от «наконец-то, посмотрим, на что он способен» до «стипендиат на Зимнем? Позорище.» Черновские молчали — демонстративно, нарочно. Артём не сказал ни слова. Просто зарегистрировался — в тот же день, через десять минут после Кирилла.

Данила зарегистрировался первым. Ещё до объявления — как будто знал. Или — Волковы всегда первые. Принцип.

Лера — на третий день. Молча, без помпы. Пришла, подала заявку, ушла. Учебник подмышкой. Фарфор.

Марго Златова — за день до закрытия. Канцелярия удивилась: целительница на боевом турнире? Марго пожала плечами: «Правила не запрещают.» Правила — действительно не запрещали. Секретарша приняла заявку, подняв бровь на высоту, которая нарушала гравитацию.

К двадцать восьмому ноября список закрылся. Тридцать два имени. Кирилл получил свой номер — двадцать восьмой.

Первое декабря. Жеребьёвка. Большой зал.

Кирилл пришёл за десять минут — сел в предпоследнем ряду, привычное место. Рядом — Лёха, который на турнир не заявлялся (Искра не допускалась), но пришёл «поболеть морально». С ним — тетрадка и ручка. Лёха собирался записывать.

— Зачем? — спросил Кирилл.

— Статистика, — ответил Лёха серьёзно. — Кто с кем, какие шансы. Я же не могу драться — но считать-то можно?

Считать — можно. И Лёха считал: быстро, столбиками, с формулами, которых не было ни в одном учебнике. Откуда? «Батя научил. Он ставки на бои делал. До того, как Ядро деактивировали.»

Ставки. Щёлковы. Малый род, три поколения на грани угасания. Отец ставил на бои, чтобы кормить семью. Ядро деактивировали — за долги? За нарушение? Лёха не говорил. Кирилл не спрашивал. Некоторые вещи — не спрашивают.

Зал заполнялся. Курсанты — всех цветов: красно-чёрные, бело-синие, чёрные, золотые, зелёные. Преподаватели: Белозёрский — с блокнотом, Игнатова — у стены, Дронов — рядом с ней. Корнеев — у колонны, в тени. Руки за спиной, левая в бинте. Серые глаза — на сцене.

На сцене — Северов. Единственная рука на трибуне, шрам через висок. Ядро — земляное, тяжёлое, давит на зал спокойно и ровно, как атмосферное давление в ясный день. Рядом — проектор, экран. Пустая турнирная сетка: шестнадцать пар, тридцать два слота.

— Жеребьёвка Тридцать Второго Зимнего Турнира, — голос Северова заполнил зал без усилий. — Формат стандартный: сетка на выбывание, бои до нокаута или сдачи. Медик — обязательно. Летальные техники — запрещены. Длительность боя — не более пяти минут. Судейская коллегия: мастер Дронов, мастер Игнатова, мастер Корнеев.

Корнеев — судья. Не тренер, не куратор Кирилла на арене — судья. Дистанция. Объективность. Ни один критик не скажет, что куратор тянет своего стипендиата. А с судейского кресла — контроль. Возможность остановить бой, если ситуация выходит за рамки. Возможность — защитить.

Два хода в одном. Корнеев. Как всегда.

— Жеребьёвка рандомизированная, — продолжил Северов. — Алгоритм стандартный. Сеяных — нет. Все равны.

Равны. Безродный стипендиат из Капотни и наследник рода Волковых — равны. Красиво звучит. На бумаге.

Северов нажал кнопку. На экране — анимация: тридцать два имени в цифровом барабане. Вращение — быстрое, мелькающее, гипнотическое. Зал притих.

Имена начали падать.

Первая пара: Волков Данила — Озеров Павел (III курс, земля, Буря).

Данила — в первом ряду — не шевельнулся. Только Ядро дрогнуло: короткая вспышка, как огонёк зажигалки. Озеров — третьекурсник, крепкий, земляной, — сидел через три ряда, и его лицо стало на оттенок серее.

Хороший жребий для Данилы. Озеров — предсказуемый: земля, блоки, контрудары. Силён, но — медленный. Данила его задавит темпом.

Лёха записывал. Столбик, стрелочка, процент: «Волков — 80 %».

Вторая пара: Соколов Виктор — Медведев Андрей (I курс, земля).

Виктор — через проход от Кирилла — выдохнул. Медведев — тяжёлый, но первокурсник. Равные условия.

Третья: Касьянов Илья (Черновы) — Белкин Олег (II курс, ветер).

Четвёртая: Вихрова Елена (II курс, ветер) — Тарасов Пётр (III курс, огонь).

Имена падали — одно за другим, пара за парой. Верхняя половина сетки заполнялась. Кирилл следил — не за именами, а за структурой. Кто с кем пересекается на пути к полуфиналу, к финалу. Карта маршрутов, каждый из которых заканчивается на вершине.

Девятая пара: Безродный Кирилл — Баширов Тимур (II курс, земля).

Кирилл прочитал. Перечитал. Баширов — не знакомое имя. Второй курс, земля. Он потянулся к памяти — лекции, коридоры, столовая. Нет. Не видел, не пересекался. Кто-то из тех, кто существует на периферии, за пределами первокурсного пузыря.

Лёха уже строчил. Зашептал:

— Баширов. Отец — начальник тренировочного лагеря Каменевых. Парень с полигона, натуральный. Земля, крепкое Пламя на грани Бури. Тяжёлый, медленный, но удар — как кувалдой. Три спарринга в архиве — все три выиграл нокаутом, все три — до минуты.

Лёха и его статистика. Отцовская школа — ставки на бои. Навык, который казался бесполезным, — стал оружием.

— Спасибо, Лёх.

— Не за что. Шансы — шестьдесят на сорок в твою пользу. Но сорок — это не ноль. Он тяжёлый, Кирилл. Реально тяжёлый.

Верхняя половина: Данила, Кирилл, Артём. Три имени — в одной половине. Если все трое проходят первый раунд, потенциальные пересечения: Артём — четвертьфинал, Данила — полуфинал.

Артём Чернов. Имя упало в десятую пару: Чернов Артём — Климов Денис (II курс, лёд, малый род). Лёгкий жребий — Климов не плохой, но — не Чернов. Артём пройдёт. Кирилл в этом не сомневался.

А потом — четвертьфинал. Путь Артёма и путь Данилы пересекались. Огонь против теней. Волковы против Черновых. Второй раунд.