ЖАНРЫ

Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий
Шрифт:

«…Будучи ребенком, не любил / Я детских игр, мой ум стремился к знанью, / К общественному счастию и благу». (МильтонДж. «Потерянныйрай».)

«Кабинетные наклонности проявились очень рано, поощрялись родителями и даже шли в ущерб здоровью… Человек малообщительный и суровый, он не имел друзей и не умел ладить с людьми… Уже в студенческие годы проявляются главные черты Мильтона-человека: огромная работоспособность, педантизм, замкнутость, самоуглубленность, доходящая до анахоретства… Не-такой-как-все, Мильтон смолоду слыл чудаком и ленивцем, что никак не соответствовало действительности… Семейная жизнь поэта сложилась не очень удачно… Через месяц после свадьбы миссис Мильтон, увлекшись неким блестящим роялистом, покинула мужа… Так или иначе, он не писал жене, не справлялся о ней, и когда спустя два года она так же неожиданно вернулась, придал этому не больше значения, чем ее бегству… Личность Мильтона — ключ к его творчеству. То, что именуют противоречиями, — прямое следствие характера поэта, в душе которого пуританство удивительным образом уживалось с неистовой страстностью, строгость аскета — с огромной энергией и благостность — с активизмом». (Гарин, 1994, т. 6, с. 519–521, 524–525, 535.)

«Мне двадцать три, и Время, этот вор, / Неуловимый, дерзкий, быстрокрылый, / Уносит дни моей весны унылой, / Так и не давшей всходы до сих пор». (Мильтон Дж. «По случаю своего двадцатитрехлетия».)

«Вскоре после его тридцатилетия зрение стало быстро ухудшаться, и в возрасте 44-х лет он полностью ослеп». (Nisbet, 1891, с. 110.)

«Судьба Мильтона в годы Реставрации сложилась нелегко. Мильтону грозила тюрьма. Его произведения были сожжены… Но постепенно о нем забыли… О вел уединенное существование, окруженный семьей и немногочисленными друзьями. Навсегда порвав с публицистикой, Мильтон обратился к разработке замысла, который давно, еще с 30-х годов, тревожил его… Поэт создает большое эпическое произведение, приобретшее черты религиозно-философского эпоса — “Потерянный рай”». (Самарин, 1987, с. 205.)

Биографические и характерологические данные хотя и немногочисленны, но четко соответствуют критериям шизоидного расстройства личности, столь часто встречающегося у религиозных поэтов. Мы видим все основные признаки расстройства — уход в себя, одинокость, неумение ладить с людьми, гипосексуалъность (пониженную против нормы), увлеченность религиозно-философскими вопросами.

МИНАЕВ ДМИТРИЙ ДМИТРИЕВИЧ (1835–1889), русский поэт-сатирик, переводчик.

«Прохожий, стой, ты грязью памятник не пачкай.

Любил я красное вино, а помер белою горячкой».

Д.Д. Минаев

Общая характеристика личности

«Начав, говоря его словами, “очередную службу Вакху”, он прекращал всякую работу на недели и месяцы. Вольф увозил переводчика из его излюбленного трактира “Капернаум” к себе на квартиру, запирал и заставлял переводить». (Дмитриев, 1987, с. 201.)

«В 1886 Минаев был привлечен по делу Каракозова. Находясь под следствием в Александро-Невской части, покушался на самоубийство. Освобожден через два месяца после ареста». (В.Н. Тростников, 1971, с. 437–438.)

«Я снова петь готов “вперед!” / Иным, грядущим поколеньям, / Но страх в груди моей живет, / и мысль отравлена сомненьем». (Минаев, 1870.)

«Положение Минаева в литературном мире всегда было шатким в силу его болезненно неровного характера и склонности к пьянству. Журнальную полемику он легко переводил в плоскость житейского скандала, в бытовом поведении был раздражающе притязателен…» (Майорова, 1999, с. 75.)

«Семейная жизнь ему опостылела. Минаев неделями пропадал вне дома, а стихи, случалось, писал на обертках меню в трактирах… Минаев все чаще впадал в мрачную прострацию, его болезненная раздражительность давала пищу для создания новых сплетен и злословия недругов…» (Пикуль. 1989. с. 271.)

«В 1887 больной Минаев (болезнь почек) возвратился в Симбирск “лечиться воздухом родины”». (Тростников, 1971, с. 438.)

Особенности творчества

«Легкость, с какой Минаеву давалось стихотворство, порой приводило к излишней плодовитости, ослабляла требовательность поэта к себе». (Жданов, 1967. с. 842.) /

«Область рифм — моя стихия, / И легко пишу стихи я; / Без раздумья, без отсрочки / Я бегу к строке от строчки, / Даже к финским скалам бурым / Обращаюсь с каламбуром». (Минаев Д.Д. «В Финляндии», 1876.)

«В литературно-артистических кругах его знали как автора колких эпиграмм на вся и все, человека, способного написать без помарок сатиру в несколько десятков строк. Изумительное версификаторство, природный, хотя не глубокий юмор ввели Минаева в сферу злободневности и выработали из него находчивого полемиста, автора бесчисленных рифм. Настоящий поэт растворился в море острословия; талант его, подтачиваемый пьянством, дал ему имя, но вскоре поблек. Минаев пережил свою славу и умер у себя забытым и одиноким». (Поляков A., CD Брокгауз и Ефрон.)

Большое число писателей (особенно русских), страдавших алкоголизмом, не вызывает удивления, хотя и требует своего научного, а не эмоционального обоснования. Только в редких случаях можно говорить о каком-либо продуктивном влиянии алкогольной зависимости на творческий процесс. Но следует учитывать и еще один спектр действия алкоголя: спиртные напитки обладают релаксирующим и антидепрессивным действием, что часто оказывается необходимым не только творческому человеку. УД.Д. Минаева, как и у большинства ему подобных больных алкоголизмом, последний оказывал на творчество явно негативное и разрушительное влияние.

МИНД (Майнд) (Mind), ГОТФРИД (1768–1814), швейцарский художник.

«Признаки умственной отсталости, отмечавшейся у ребенка, вскоре переросли в явный показатель дебильности. Семья была состоятельной, поэтому для интеллектуального развития ребенка делалось все, но безрезультатно. С рождения и до самой смерти… Готфрид Майнд был умственно отсталым человеком, неспособным следить за собой, поэтому во время прогулок его сопровождал телохранитель. Еще в детстве Готфрид познакомился с красками, мелками и грифельной доской. Вскоре он стал рисовать удивительные картинки. Погожими днями страж уводил его куда-нибудь в чудесный уголок природы в поместье родителей, и часами Готфрид сидел там, счастливый, бормоча себе что-то под нос, рисуя все, что привлекало внимание этого взрослого младенца. К тридцати годам этот жалкий человек прославился во всей Европе своими картинами. Особенно удавались ему картины с домашними животными и детьми, к которым он стоял ближе всего по умственному развитию. Картину “Кошка с котятами” купил король Англии Георг IV, и долгое время она висела в королевском дворце». (Эдвардс Фр. Цит. по: «Время», 1991, с. 2.)

«Явный кретин из области первоклассных анималистов». (Gruhle, 1948, с. 331.)

Название психического заболевания, которым страдал Минд, — «олигофрения» (умеренная степень умственной отсталости, имбецильность) как бы заранее отрицает саму возможность какой-либо талантливости, наличие какой-либо одаренности. Но практика показывает, что даже на самом «нижнем этаже» человеческой психики сфера способностей развивается (или задерживается в своем развитии) не однородно, а составляется из множества различных и в разной степени развитых частных способностей. Известны отдельные примеры уникально развитых способностей олигофренов, например к арифметическим вычислениям в уме, но данная способность всегда узко и однобоко гипертрофирована и редко приносит заметный вклад в сокровищницу культуры. Г. Минд в этом коротком ряду — счастливое и редкое исключение. Таким образом, мы встретили еще одну, для многих весьма неожиданную «безумную грань таланта».

МИРАБО (Mirabeau) ОНОРЕ ГАБРИЕЛЬ РИКЕТИ (1749–1791), граф, деятель Великой французской революции, публицист и оратор.

Наследственность

[Отец] «Маркиз и маркиза Мирабо в течение восьми лет жили раздельно… Удалив свою тещу, заточив, почти как узницу, жену, объявив старшую дочь сумасшедшей и сослав ее на вечное жительство в монастырь, подчинив себе всецело свою вторую дочь, сослав и лишив имени своего старшего сына, третью дочь отправив к черту с каким-то чудачком, маркиз, которому оставалось лишь заняться своим вторым, в то время шестнадцатилетним сыном, считал себя образцовым зятем, супругом и отцом». (Жувенель, 1929, с. 77–78.)

Поделиться с друзьями: