Чтение онлайн

Нет, напрасно, совершенно напрасно я так грустила! Всё — к лучшему. Эти дни в академии дали мне больше, чем отняли. Они мне вернули веру в себя. А ещё жажду снова ощутить драйв борьбы и товарищеское плечо. А золотая медаль… что ж. Пусть золото получит Альма. А я помогу ей, чем только смогу.

Сегодня леталось как-то особенно легко, и я баловалась, кружась вокруг Мортармыша, и Аратэ тоже принялся хулиганить. Даже дракон развеселился. Мы входили в пике, делали бочки, петли и всё, что только могли. А потом, когда я ослабела, рыжик перехватил меня и посадил в седло спереди. Оказалось, что он загодя раздвинул его. Обхватил руками мою талию, и это было неожиданно волнующе.

Мы пролетели горы, и я увидела широкую тёмную блестящую полоску, довольно извилистую.

— Это Весна, — крикнул мне в ухо Аратэ, — граница Зимы и Лета.

— А Осень есть? — я обернулась к нему.

— Есть.

Он бросил дракона в сторону, уводя от границы, мы пролетели слева от неё, и я в очередной раз поразилась, как близко в этом мире снег соседствует с зеленью чащ.

Горы отступали от Весны, образуя просторную долину, по которой разбежались крыши домиков. Острый шпиль грозил проткнуть брюхо Мору, и мы немного поднялись. Город. Радиальные улицы, пристань, к которой пришвартовались парусные корабли. Садики и огороды. Крепостные стены.

Мы пролетели ещё, и вскоре домики стали исчезать, а вместо них под нами пробегали рощицы, слившиеся затем в густую чащу.

— Сумеречный лес, — заорал Аратэ. — Здесь находятся четыре академии.

— Тёмные?

— Когда как. Сумрак — край переменчивый, здесь то лето, то зима. Когда лето — это светлые академии, когда зима — тёмные. По-настоящему тёмная — наша. По-настоящему светлая — школа пажиц. Всё остальное — сумерки.

— А где эти академии?

— Ты их не увидишь, они замаскированы, — рассмеялся Аратэ.

Но я всё же свесилась насколько могла, вниз, разглядывая океан леса. А когда позвоночник заныл, и я выпрямилась, отпрянула, вжавшись спиной в грудь парня.

— Что это?!

До сих пор мне казалось, что там, впереди, светлые облака укутали горизонт. Но сейчас было видно — это огромная, просто гигантская стена. Высотой она точно была не меньше километра, а то и нескольких. Но как такое возможно? Однако светлые островерхие башни одинаковой формы и на одинаковом расстоянии друг от друга исключали возможность природного хребта.

— Стена, — прошептал Аратэ мне в самое ухо. — За ней — Долина чудовищ, Суровые земли, где людям не выжить. Нам к ней лучше не подлетать.

— Её обороняют светлые или тёмные?

— Все.

Он развернул дракона, и мы понеслись обратно. А когда приземлились на лётную площадку и Аратэ помог мне спуститься на крышу, я уже снова была сонной.

— Тебя подождать? Ты со мной? — спросила, зевая.

Светлело. Где-то за горами, невидимое для нас, поднималось солнце. Рыжик рассмеялся:

— Нет. Мы же разъехались, ты не помнишь?

— Да, конечно.

Я снова зевнула, шагнула к нему и обняла.

— Ты — мой друг, Аратэ, — заявила серьёзно, — а мой друг значит — друг всей моей семьи. Всех-всех моих родственников. Мы, калмыки, всегда держимся своих. Завтра я вернусь домой, без победы, но… знаешь, я поняла: это неважно. И моя инвалидность — тоже неважно. Спасибо тебе, что поддерживал меня и всегда был рядом.

— Иляна, — он вдруг точно споткнулся, голос его осип.

Очень осторожно положил ладони мне на плечи и заглянул в глаза, но выражения его лица в сумерках я не видела.

— Я хотел сказать…

Аратэ резко замолчал, будто решаясь на что-то. Это было очень странное поведение для лепрекона. Я рассмеялась:

— Ещё успеешь, думаю. Давай завтра? Не хочу выключать время, а уже светает. Я-то на скамье, а тебе придётся сражаться с монстрами. Так что иди спать. Ты ночуешь у Росинды?

— Нет, — резковато возразил он.

Понятно. Не хочет перед свадьбой бросать тень на репутацию невесты.

— Хорошо, — кивнула я.

И заморгала — глаза слипались. Внезапно Аратэ наклонился и поцеловал меня. В щёку, конечно. Прижал к себе. Я рассмеялась и взъерошила его волосы:

— Ну вот, и ты теперь тоже знаешь, что такое дружеский поцелуй.

Повернулась и пошла домой. Спать хотелось просто ужасно. И только в комнате осознала, что смартфон остался у Аратэ. Ну ничего, вернёт мне завтра перед гонками. Не заберёт же он его с собой на трассу? Карманов в комбезе нет.

И на этой мысли я провалилась в сон.

Однако завтрашний день смог меня удивить. Причём начался он совершенно обычно: Литасий снова построил нас и объявил, что команда остаётся прежней, а мы с Харлаком всё ещё запасные. Это произошло в его кабинете, прямо перед картиной с изображением Ледяного дворца, куда мы должны были шагнуть вшестером. И я уже почти спокойно приготовилась быть зрителем, но всё получилось совсем не так, как планировалось.

Глава 52 Турнир. Индивидуальная гонка. Начало

— Темнейший магистр, — Аратэ развёл руками, — я не смогу принять участия в гонке из-за ужаснейшей раны. Нога, увы, отправляет меня на скамью запасных.

Обернулся к роане, глаза которой округлились от изумления, и провёл пальцем по нежной щёчке девушки:

— Прости, дорогая. Но… все наши надежды — на тебя.

— Лекарь тебя осмотрит, — сухо произнёс Литасий.

Аратэ проковылял к нему и протянул клочок белой ткани с зелёной кляксой:

— Уже. Непригоден.

Странно, а вчера на крыше вроде почти не хромал. Неужели часа за два рана настолько усугубилась? Мне стало стыдно за свой эгоизм. Я ведь знала, что Аратэ ранен и потащила его наверх! Вот же… Да ещё и летали всю ночь, и потом он увёл Мора в драконник, а я отправилась спать…

Литасий пронзил лепрекона льдом своих глаз. Рыжик грустно потупился:

— Придётся вместо меня отправляться пустышке. Ничего не поделаешь.

— На скамье Иляна останется запасных. В гонках Харлак вместо тебя будет, — припечатал магистр.

Вот… гад! Впрочем, ожидаемо.

— Отлично, — ухмыльнулся Аратэ, — люблю сидеть на скамеечке с девочками.

И мы шагнули в Костяной зал.

Здесь всё было по-прежнему, всё те же лица. Мне показалось странным, что Летняя Владычица присутствует на состязании, ведь её команда выбыла.