Чтение онлайн

— Что, не получается? — спросил Эдвин, наблюдая за его метаниями.

Сефаро зарычал от злости. Он резко ушёл вверх, набирая высоту, и оттуда обрушил на Эдвина град воздушных копий. Но Эдвин просто поднял руку, и над ним сомкнулся каменный купол, выдерживающий удар за ударом.

Когда атака стихла, купол опустился, и Эдвин вышел, стряхивая пыль с одежды. Сефаро висел в воздухе, тяжело дыша, и я видел — он на пределе. Мана почти иссякла, удары становились слабее, движения — медленнее.

— Сдавайся, — сказал Эдвин, и в его голосе не было насмешки — только констатация факта. — Ты проиграл.

Сефаро замер. Его лицо исказилось от ярости, отчаяния, унижения. Он не мог сдаться. Не после поражения от меня, не после того, как все смотрят, не после того, как Солани наблюдает с трибун.

— Нет! — закричал он, и в его голосе слышалось что-то отчаянное, почти безумное. — Я не сдамся! Я не проиграю!

Он собрал остатки маны, сжал их в один комок, в одно последнее отчаянное усилие. Воздух вокруг него завибрировал, загудел, превращаясь в нечто, что должно было смести всё на своём пути.

Эдвин вздохнул. Он не двинулся с места, не попытался защититься. Он просто ждал.

Сефаро обрушил на него всю оставшуюся силу. Вихрь ударил в Эдвина, поднимая камни, срывая плиты с пола, создавая настоящий хаос. Но когда пыль осела, Эдвин стоял на том же месте, окружённый глубокими бороздами, которые вырвал вихрь, но сам он был невредим.

— Всё? — спросил он спокойно.

Сефаро, обессиленный, опустился на колени посреди арены. Его воздушная магия иссякла, остался только обычный ветерок, который даже не колыхал одежду.

— Сдаюсь, — выдавил он, и эти слова дались ему тяжелее, чем любое слово в его жизни.

Эдвин кивнул и развернулся, даже не оглядываясь. Он поднялся на свой ярус, и его товарищи встретили его одобрительными хлопками, но он лишь молча сел на своё место, будто ничего особенного не произошло.

— Победитель — Эдвин Торн, — объявил Данталион с ехидством в голосе. — Счёт уже два-два. Ничья…

Сефаро поднялся на наш ярус, шатаясь, как пьяный. Его лицо было белым, руки дрожали, глаза смотрели в одну точку, не видя ничего вокруг. Солани подошла к нему, поддерживая, и что-то тихо сказала. Он попытался отстраниться, но сил не было, и он просто обмяк, позволив ей увести его на свободное место.

— Ты был прав, — тихо сказал Ренар. — Он проиграл. И не потому, что слабее. Просто… не готов.

— Он был готов, — покачал я головой. — Готов к бою, но не к поражению. Он настолько боялся проиграть, что это и стало причиной его проигрыша.

Ренар посмотрел на меня:

— А ты? Ты боишься проиграть?

Я усмехнулся, глядя, как Данталион поднимается, чтобы объявить следующую пару.

— Боюсь. Но я не позволяю этому страху управлять мной. Сефаро позволил. И за это заплатил

Ренар кивнул, и на его лице появилась понимающая улыбка.

Адам, сидевший рядом и слушавший наш разговор, переводил взгляд с одного на другого. В его глазах было восхищение — и, кажется, понимание того, что настоящая сила не всегда в магии.

Данталион тем временем поднял руку, призывая к тишине.

— Следующая пара, — объявил он, и его взгляд скользнул по нашей группе, задержавшись на мне на мгновение дольше, чем следовало. — От первой группы — Адам Эрде…

Адам вздрогнул, услышав своё имя. Настала его очередь.

Зелёные глаза Адама расширились от неожиданности.

— Я? — его голос дрогнул. — Но…

— Успокойся. Возьми себя в руки. Ты справишься, — твёрдо сказал я, глядя ему в глаза. — Я в тебя верю.

— От второй группы — Бенедикт Роуч, — закончил Данталион.

На противоположной стороне амфитеатра поднялся невысокий, жилистый парень. Он был одет в тёмную, облегающую одежду, которая не стесняла движений, и весь его облик говорил о специализации на скорости и ловкости. В его руках то появлялись, то исчезали кинжалы — он перекидывал их с такой лёгкостью, будто это было продолжением его тела. На губах играла насмешливая улыбка.

— Бенедикт Роуч, — тихо произнёс Ренар, вглядываясь в фигуру противника. — Специализируется на магии иллюзий. Опасный тип. Говорят, он может создать десятки копий себя, и ни одна из них не будет отличаться от оригинала.

— Иллюзии, — задумчиво повторил я. — Интересно. Никогда не сталкивался с такими магами. Даже жаль что он попался не мне.

— Адам справится, — перебил меня Ренар, но в его голосе не было прежней уверенности. — Ты же сам сказал.

— Сказал, — кивнул я, не отрывая взгляда от противника. — И я верю в это. Но ему придётся тяжело.

Адам тем временем поднялся. Его колени дрожали, руки тряслись, но он сделал шаг вперёд. Потом второй. Он начал спускаться по ступеням амфитеатра, и каждый шаг давался ему с видимым усилием. Я видел, как он сжимает кулаки, как напрягаются мышцы спины — он боролся со своим страхом.

— Адам, — окликнул я его.

Он остановился и обернулся. В его глазах был страх — чистый, незамутнённый страх человека, который никогда не сражался по-настоящему, который впервые в жизни оказался в центре событий, где ставкой была жизнь.

— Помни, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Мы в тебя верим. Ты сильнее того парня. Помни об этом.

Адам сглотнул, но кивнул. В его взгляде мелькнуло что-то — не уверенность, но хотя бы решимость.

— Я… я постараюсь, — выдавил он.

— Не старайся, — поправил я. — Делай.

Он развернулся и продолжил спуск. Ренар посмотрел на меня, и в его глазах было сомнение.

— Ты правда думаешь, что он справится? — тихо спросил он. — Против мага иллюзий? Он тоже вряд ли сталкивался с такими.

— Есть у меня такое предчувствие. А своим ощущениям я привык доверять.

Ренар хмыкнул, но спорить не стал.

Адам вышел в центр арены. Бенедикт уже ждал его там, поигрывая кинжалами. Его улыбка стала шире, когда он окинул Адама оценивающим взглядом.

— Парнишка, — бросил он, перекидывая кинжал из руки в руку. — Ты вообще сражаться умеешь? Или просто пришёл посмотреть, как взрослые маги работают?

Адам не ответил. Он стоял, опустив руки, и я видел, как его мана начинает пульсировать в такт сердцебиению, уходя в землю, сливаясь с ней.