Чтение онлайн

95.

Пророкъ Илія.

Богъ никогда не забываетъ насъ, какъ бы мы худы и гршны ни были. Богъ любитъ насъ, жалетъ и всегда готовъ простить и спасти насъ,—только бы мы раскаялись и исправились.

Чтобы исправить и спасти израильтянъ, Богъ посылалъ пророковъ. Вс ли вы помните, кого называли пророками?

Богъ выбиралъ благочестивыхъ, добрыхъ людей и посылалъ ихъ къ гршникамъ. Пророки говорили людямъ: «Вы живете не хорошо, вы гршите, за это Богъ накажетъ васъ; опомнитесь, исправьтесь, длайте добро, и Богъ не забудетъ васъ». Они учили народъ заповдямъ Божьимъ. А чтобы народъ поврилъ имъ, что они посланы отъ Бога, они творили чудеса.

Такъ, и къ Ахаву явился пророкъ Божій Илія и сказалъ ему: «За ваши грхи Богъ накажетъ васъ голодомъ; нсколько лтъ не будетъ ни росы ни дождя, пока я не скажу». Вы, разумется, понимаете, что безъ росы, безъ дождя не можетъ вырости хлбъ,—все засохнетъ.

Злые люди не любятъ правды, и Ахавъ разсердился на Илію. Богъ веллъ Иліи убжать, чтобы Ахавъ не убилъ его. И бжалъ Илія въ одну пещеру, близъ которой протекалъ ручеекъ чистой, холодной воды. Воды было довольно, но хлба не было. Что же сдлалъ Богъ для Своего пророка? Вороны каждый день, утромъ и вечеромъ, приносили ему хлбъ и мясо. Но чрезъ годъ ручей высохъ.

Куда дваться пророку Иліи? Богъ веллъ ему идти въ городъ Сарепту. Подходитъ онъ къ городу и видитъ женщину, которая собираетъ дрова.

«Дай мн напиться, да нтъ ли у тебя кусочка хлбца», сказалъ Илія женщин. «Видитъ Богъ, что у меня нтъ хлба», сказала женщина. «У меня только и есть горсть муки въ горшк, да нсколько ложекъ масла въ кувшин. Возьму я полнца два дровъ, постряпаю что-нибудь, подимъ съ сыномъ; а тамъ придется умеретъ съ голоду». Это была бдная вдова, у которой былъ одинъ сынъ, и она говорила правду. «Не бойся», сказалъ вдов пророкъ Илія. «Ты сначала изъ этой муки испеки для меня лепешку, а потомъ напеки и себ съ сыномъ. Я теб говорю, что у тебя ни муки въ горшк ни масла въ кувшин не убавится, пока не кончится голодъ». И что же? Два года съ половиной жилъ пророкъ у вдовы, и всмъ троимъ хватило горсти муки и нсколькихъ ложекъ масла.

Но вотъ, у добрый женщины, пріютившей пророка, случилось большое горе. Захворалъ и умеръ ея сынъ. Горько плакала и жаловалась бдная вдова. Тогда пророкъ Илія сказалъ ей: «Дай мн твоего сына», взялъ его на руки, принесъ въ свою горенку, положилъ его на свою постель и началъ молиться Богу. И что же? Богъ услышалъ молитву Иліи. Мальчикъ воскресъ,—ожилъ.

Наконецъ, Богъ веллъ пророку Иліи идти къ Ахаву и сказать ему, что Богъ пошлетъ дождь. Ахавъ встртилъ Илію и сталъ бранить его: «это ты виноватъ, что нть дождя, что у насъ голодъ». «Нтъ!» сказалъ Илія, «не отъ меня, а отъ тебя. Зачмъ забыли вы Бога и молитесь Ваалу (Вааломъ назывался у нихъ самый главный идолъ). Пусть соберется на гору Кармилъ весь народъ израильскій и вс жрецы, которыхъ держитъ Іезавель». Собрались. Тогда Илія сказалъ: «Сегодня же мы узнаемъ, который Богь истинный: Ваалъ, которому молитесь вы, или Богъ на Небесахъ, Которому молюсь я. Жрецовъ вааловыхъ много, а я одинъ. Мы построимъ два жертвенника и пусть дадутъ намъ двухъ тельцовъ. Одного возьмуть жрецы вааловы, заколютъ и положатъ на дрова; но огня пускай не кладутъ. А я заколю другого тельца, цоложу на дрова и тоже огня не положу. Потомъ вы просите своего Ваала, чтобы онъ послалъ огонь и зажегъ вашу жертву, а я буду молиться истинному Богу, въ Котораго врую. Богъ, Который пошлетъ огонь, и будетъ истинный; Ему и слдуетъ молиться».

Народу это понравилось. Тогда Илія сказалъ жрецамъ вааловымъ: «Васъ много, берите себ одного тельца, приготовьте его, только огня не кладите». Взяли жрецы вааловы тельца. Закололи, положили на дрова и стали просить Ваала. чтобы онъ послалъ огонь: «Ваалъ! услышь насъ!» Они кричали, бгали вокругъ жертвенника, но огонь не являлся. Насталъ полдень. Илія смялся и говорилъ: «Кричите громче! Можетъ быть его нтъ дома или онъ спитъ; кричите громче, чтобы онъ проснулся». Они кричали еще громче, были вс въ крови отъ ранъ, которыя наносили себ ножами и копьями.

Пришелъ и вечеръ, но ихъ Ваалъ не посылалъ имъ огня. Вы понимаете, что этотъ идолъ не могъ даже и слышать, не только послать имъ огонь.

Тогда Илія сказалъ: «Подойдите ко мн». Онъ взялъ двнадцать камней, сдлалъ изъ нихъ жертвенникъ положилъ на этотъ жертвенникъ дровъ; на дрова положилъ тельца. Потомъ, послушайте, что онъ сдлалъ! Около жертвенника онъ вырылъ канавку и веллъ принести двнадцать ведеръ воды. Эту воду онъ веллъ лить на жертву, такъ что и телецъ и дрова сдлались мокры, и канавка была полна воды.

И поднялъ Илія глаза и руки къ небу и сталъ усердно молиться Богу. «Господи Боже Авраама, Исаака, и Іакова (Боже, Который помогалъ Аврааму, Исааку и Іакову и для нихъ творилъ чудеса), Господи, покажи этому народу, что Ты истинный Богъ. Услыши меня!»

И усердная молитва Иліи была услышана Богомъ. Съ неба на его жертву упалъ огонь, сжегь тельца и дрова, и канавка въ одну минуту сдлалась сухою.

Народъ видлъ все это. И вс упали на колни, молились Богу и просили у Него прощенія.

Тогда Илія сказалъ: «Ловите всхъ пророковъ вааловыхъ, чтобы ни одинъ изъ нихъ не ушелъ». Ихъ всхъ переловили. Илія веллъ свести ихъ съ горы, и тамъ они вс были убиты.

Не жестоко ли поступилъ Илія? Нтъ! Если бы ихъ оставить живыми,—они опять принялись бы за свое, опять стали бы обманывать народъ.

96.

Илія угрожаетъ Ахаву и его жен Іезавели наказаніемъ Божьимъ.

Хорошъ и богатъ былъ дворецъ Ахава, великъ и красивъ былъ садъ при этомъ дворц. Но Ахаву понравился сосдній виноградникъ, который принадлежалъ одному благочестивому израильтянину—Навуеею. Ахавъ хотлъ купить у него виноградникъ. Навуеей не продавалъ, потому что у евреевъ былъ такой законъ, чтобы не продавать землю, которая досталась въ наслдство отъ отца. Вы не подумайте, что Навуеей не продавалъ изъ одного упрямства.

Ахавъ очень разсердился, пришелъ домой, бросился на постель и не хотлъ ничего ни сть, ни пить. Тогда пришла къ нему Іезавелъ и спрашивала: «Что съ тобою, отчего ты такъ скученъ и ничего не шь?» « Я сегодня», отвчалъ Ахавъ, «очень сердитъ. Мн хотлось взять у Навуеея виноградникъ, а онъ не продаетъ его».

«Какъ же это Навуеей не хочетъ отдать теб твоего виноградника? Вдь ты царь! Встань, шь и пей и не скучай. Я сдлаю, что виноградникъ будетъ твой».

И вотъ, злая Іезавелъ отъ царскаго имени и за царскою печатью написала указъ, чтобы собрался народъ и чтобы на этомъ собраніи безсовстные люди налгали на добраго, благочестиваго Навуеея, будто бы онъ бранилъ Бога и царя. Такіе люди нашлись, и бднаго Навуеея за то, что онъ, будто бы, бранилъ Бога, убили каменьями.

Мертвое тло его, все въ крови, бросили на улицу. Около трупа собрались собаки и лизали кровь, которая текла изъ ранъ.

Виноградникъ достался Ахаву, и онъ пошелъ туда. Но въ это самое время пришелъ къ нему пророкъ Илія и сказалъ: «Ахавъ! Ты сдлалъ большой грхъ, веллъ убить Навуеея и отнялъ его виноградникъ. На томъ самомъ мст, гд собаки лизали кровь Навуеея, он будутъ лизать и твою кровь. Іезавель же собаки съдятъ».

Царь испугался, раскаялся въ своемъ грх; но не на долго,—скоро принялся за старое.

97.

Наказаніе Ахава и Іезавели.

Чрезъ три года началась война. На евреевъ напали сиріяне. Ахавъ попросилъ благочестиваго царя іудейскаго, Іосафата, помочь ему. Они вмст пошли на войну. Но Ахавъ, чтобы въ него меныпе стрляли, переодлся простымъ солдатомъ. Сиріяне увидли царя іудейскаго и, думая, что это царь израильскій Ахавъ, стали пускать въ него много, много стрлъ. Но Богъ хранилъ Іосафата. Ни одна стрла не попала въ него, и онъ остался живъ. Между тмъ, одинъ непріятельскій солдатъ пустилъ, на удачу, свою стрлу. Она, какъ разъ, попала въ переодтаго Ахава и сильно его ранила. Онъ упалъ на колесницу. Когда его привезли домой, то остановились на томъ самомъ мст, гд былъ убитъ Навуеей. Кровь ручьемъ текла по колесниц и колесамъ и капала на землю. Набрались голодныя собаки и лизали кровь Ахава.