Чтение онлайн

Ночью Давидъ съ племянникомъ своимъ Авессою потихоньку прокрался въ лагерь Саула. Ни одинъ человкъ не проснулся: такъ крпко спали они отъ усталости. И вотъ, наконецъ Давидъ съ Авессою подходятъ къ спящему Саулу. Тогда Авесса сказалъ Давиду: «теперь Саулъ въ нашихъ рукахъ; я возьму копье и насквозь проколю его».

«Что ты?» сказалъ Давидъ, «не тронь его! Богъ сдлалъ его царемъ, и страшный грхъ убить его. А лучше возьми его копье и кувшинъ и пойдемъ». Взяли они копъе и кувшинъ и спокойно ушли изъ лагеря. Не такъ далеко была высокая гора. Давидъ взошелъ на самую вершину горы и, держа въ рукахъ копье и кувшинъ, изо всхъ силъ закричалъ Авениру, полководцу Саула: «Авениръ! Плохо ты стережешь своего царя. Мы были у васъ въ лагер и могли убить царя. Посмотри: вотъ его копье и кувшинъ, которые стояли у него въ изголовьи».

Авениръ испугался. Саулъ тоже проснулся и услыхавъ голосъ Давида, спросилъ: «Это ты разговариваешь, сынъ мой Давидъ?»

Давидъ отвчалъ: «Да, государь, это я говорю! За что преслдуешь ты меня? Что сдлалъ я теб?»

Тогда Саулъ сказалъ: «да! теперь я вижу, что согр­шилъ противъ тебя; возвратись ко мн, сынъ мой Давидъ, я не обижу. тебя!» Но Давидъ не врилъ уже Саулу и сказалъ: «Вотъ твое копье и кувшинъ; пришли солдата взять эти вещи».

Давидъ могъ убитъ, но не убилъ Саула, который гналъ его. Сказать ли вамъ, какъ называются такіе люди, которые прощаютъ враговъ и за зло платятъ добромъ? Великодушными. И вы сами видите, какая у Давида была великая душа, какой онъ былъ смлый и добрый.

Скажите же теперь, дти, кто вамъ боле нравится: Саулъ или Давидъ?

79.

Колдунья аэндорская.

Безпокойный народъ были филистимляне. Давно ли, кажется, они воевали съ евреями, а вотъ опять собрали большое войско и напали на землю израильскую. Саулъ испугался и обратился за совтомъ къ Богу. Но Богъ не отвчалъ. Саулъ, не надясь на Бога, сказалъ своимъ слугамъ: «Сыщите мн колдунью, которая угадала бы, кто побдитъ: я или филистимляне?»

Слыхали ли вы, дти, о колдунъяхъ? Если вы читали или слыхали сказки, то, разумется, слыхали и о колдуньяхъ и колдунахъ, потому что рдкая сказка обходится безъ колдуна или колдуньи. А т изъ васъ, которые живали въ деревн, можетъ быть даже и видали ихъ. Сдлается ж кто боленъ въ деревн, зовутъ колдуна или колдунью и просятъ полчить; т берутся, даютъ своихъ лкарствъ; выздороветъ больной,—спасибо колдуну; не выздороветъ, уморитъ колдунъ больного,—ничего съ него не возьмешь, а подай ему денежки за лченіе. Украдутъ у мужичка что-нибудь, хотя лошадь, напримръ; идуть къ колдуну: «Кто укралъ? Гд найти?» Начинаетъ колдунъ ворожить, иногда и угадаетъ наудачу. Захочется узнать кому-нибудь, что съ нимъ будетъ впереди: и за это возьмется колдунъ или колдунья, иногда, какъ-нибудь нечаянно, скажетъ и правду. И несетъ простой народъ къ колдунамъ, которые обманываютъ его, и деньги, и холстъ, и муку,—что только найдется. Не Богъ же помогаетъ этимъ обманщикамъ, не Богъ открываетъ имъ будущее.

Вотъ такую то колдунью и просилъ отыскать Саулъ.

Слуги отвчали Саулу: «мы знаемъ колдунью, да еще такую, которая можегъ сдлать, что явится теб изъ могилы покойникъ, котораго давно уже похоронили. Живетъ эта женщина въ Аэндор.

Саулъ обрадовался и сейчасъ же отправился въ Аэндоръ къ этой женщин. Онъ пришелъ туда ночью.

«Милая, вызови мн мертвеца, который бы сказалъ мн, одержу ли я побду или нтъ?» сказалъ Саулъ женщин. Та отвчала: «Кого же должна я вызвать теб?» «Самуила», отвчалъ Саулъ (вы вдь знаете, что Самуилъ уже давно умеръ).

Саулъ и женщина были вмст въ темной комнатк. Чрезъ минуту Саулъ спросилъ: «Ты видишь что-нибудь?» «Да!» отвчала женщина, «я вижу духа, выходящаго изъ земли». «Каковъ онъ видомъ?» спросилъ быстро Саулъ. «Онъ старъ и въ длинной одежд», отвчала женщина. «Это Самуилъ!» вскричалъ Саулъ и упалъ на землю и поклонился

Самуилъ же сказалъ Саулу строгимъ голосомъ: «Зачмъ потревожилъ ты мой покой и вызвалъ меня изъ могилы?» « Я », отвчалъ Саулъ, «въ большомъ страх. Филистимляне идутъ на меня войною. Богъ оставилъ меня, и я не знаю, что длать». Самуилъ же сказалъ: «Такъ какъ ты не слушался Бога, то Богъ возьметъ отъ тебя царство и дастъ его Давиду. Ты же и твои сыновья завтра будутъ тамъ, гд я» (т. е. въ могил).

Услышавъ эти слова, Саулъ такъ испугался, что упалъ и совсмъ ослаблъ. Къ тому же онъ ни крошки не лъ въ тотъ день. Но онъ въ одну минуту оправился. Женщина принесла ему сть. Саулъ полъ и отправился со своими слугами.

80.

Смерть Саула.

На другой день пришли филистимляне со своими солдатами, и война началась. Филистимляне стрляли острыми стрлами. Тогда еще не было пороху, не было, значитъ, и ружей и пушекъ.

Вскор израильтяне были побждены и многіе изъ нихъ убиты. Іонаеанъ, добрый другъ Давида, и двое другихъ сыновей Саула были тоже убиты.

Самъ Саулъ былъ раненъ нсколькими стрлами, и кровь страшно текла изъ его ранъ. Такъ какъ онъ не могъ идти дальше, а филистимляне, между тмъ, приближались, то онъ сказалъ своему оруженосцу, который стоялъ подл него: «возьми мечъ и убей меня, а то придутъ филистимляне, заколютъ меня и посмются надо мною!»

Оруженосецъ же отвчалъ: «Что я долженъ убить тебя, моего господина? Этого я не смю и не могу сдлать!»

Когда Саулъ увидлъ, что оруженосецъ никакъ не хочетъ убить его, то, нодумайте только дти, что сдлалъ Саулъ! Это ужасно! Но я долженъ вамъ сказать. Онъ взялъ свой мечъ, уперъ его въ землю и прокололъ себя! Такимъ образомъ онъ сдлался самоубійцею. Вотъ, до чего можетъ дойти человкъ, если забудетъ Бога!

Жалко стало оруженосцу Саула такъ, что онъ не захотлъ пережить своего царя и тоже закололъ себя мечомъ. И вотъ: Саулъ, Іонаеанъ и другіе два сына его и оруженосецъ—были убиты.

81.

Давидъ царь.

Когда сказали Давиду, что Саулъ и его сынъ Іонаеанъ убиты, онъ долго не могъ утшиться и очень скучалъ и плакалъ. Видите, какое у него было доброе сердце! Онъ не помнилъ зла и жаллъ Саула, который не одинъ разъ хотлъ убить его.

Но еще больше горевалъ Давидъ о своемъ миломъ друг, Іонаеан. «Какъ», говорилъ онъ, «мн жалко тебя, братъ мой Іонаеанъ! Я такъ радовался и любовался на тебя! Какъ я любилъ тебя и какъ былъ радъ, что имлъ такого друга».

Посл смерти Саула Давидъ сдлался царемъ израильскимъ. Часто приходилось ему воевать и съ филистимлянами и съ другими народами. Но Богъ помогалъ Давиду, и онъ завоевалъ у одного народа (іевусеевъ) гору Сіонъ. На этой гор онъ построилъ для себя городъ. Этотъ городъ онъ сдлалъ столицею, то есть самымъ главнымъ городомъ израильскимъ, и жилъ въ немъ. Вы, врно, слыхали про этотъ городъ: это—Іерусалимъ. Давидъ веллъ перенести въ Іерусалимъ и скинію съ ковчегомъ завта. Для себя же въ Іерусалим Давидъ веллъ выстроить дворецъ.