Чтение онлайн

Приведем еще несколько предсказаний, доступных для всеобщего исследования. О преждевременной смерти Анании (Иер. 28,15–17) уже говорилось выше. В Иер. 29,22 пророк возвещает, что двух человек, Ахава, сына Колии, и Седекию, сына Маасеи, будут вспоминать при произнесении следующего проклятия: «Да соделает тебе Господь то же, что Седекии и Ахаву, которых царь Вавилонский изжарил на огне». Это проклятие служило не только напоминанием о двух лжепророках, говоривших ложь от имени Господа (заметьте, с каким презрением израильтяне относились к пророкам, чьи предсказания не сбывались), но и напоминанием о Иеремии, который предсказал их судьбу так же, как некогда судьбу Пасхора, сына Еммерова, имя которого стало олицетворением пророчества о пленении израильтян. В этой же главе, Иер. 29, 24–31, такая же участь предрекается и Шемаии Нехеламитянину — предсказание, дающее нам еще одну возможность убедиться в авторитетности пророчеств Иеремии. В Иер. 39, 15–18 Бог устами Иеремии обещает Авдемелеху Ефиоплянину избавление от врага, несмотря на то что весь город ждет неминуемое бедствие. Не является ли его избавление от войска, уничтожившего весь город, свидетельством о том, что Бог хранит верность своим обетованиям? Сравните этот отрывок с Иер. 45, 5, где пророк обещает Варуху полную безопасность во всех его путях. Обещание это было дано в 605 г. до н. э., в четвертый год царя Иоакима. Согласно Иер. 43, 4, Варух был жив и здравствовал после падения Иерусалима в 587/586 г. до н. э. В Иер. 43, 8–14 пророк по повелению Господа взял большие камни и положил их в смятой глине у входа в дом фараонов в Тафнисе (Дефенне), «перед глазами иудеев». С помощью этого действия Иеремия предсказал, что Навуходоносор, царь вавилонский, поставит свой престол на этих самых камнях и разрушит египетские храмы. Мог ли пророк пойти на больший риск, чем положить в присутствии своих врагов большие камни и сделать их наглядным свидетельством истинности или ложности своего предсказания? Ведь от исполнения этого предсказания зависело то, сохранит ли Иеремия свой пророческий авторитет. В 568 году до н. э. Тафнис и Египет пали под натиском войска Навуходоносора.

Мы посчитали целесообразным провести грань различия между передачей текста еврейской Библии и передачей Ветхого Завета. В последнем случае речь идет о процессе формирования Ветхого Завета, в первом же — о традиции, восходящей по меньшей мере ко времени Христа (более подробно об этом вопросе будет сказано позже). Традиция, благодаря которой еврейская Библия сохранилась и в христианскую эпоху, опирается на многочисленные письменные материалы, собранные раввинами, и имеет дело с Ветхим Заветом в законченном виде. Скрупулезный труд еврейских переписчиков, которые на протяжении более чем двух тысячелетий занимались размножением священных книг иудейского народа, являются логическим завершением деятельности ветхозаветных пророков, откровения которых носят законченный, канонический характер.

Еврейская Библия сохранилась со времен Христа лишь благодаря титаническим усилиям и необыкновенному прилежанию иудейских переписчиков, которые на протяжении многих столетий трудились над этими текстами не покладая рук. Хотя обыкновенно эта работа приписывается мазоретам, иудейским книжникам 500–950 гг. н. э., необходимо отметить, что тексты мазоретов представляют собой лишь окончательный вариант традиции хранения и передачи текстов, уходящей корнями в глубину веков. Впрочем, имя мазоретов прочно закрепилось за авторитетным текстом еврейской Библии; отсюда и наименование «мазоретские тексты» (МТ). Мазореты, разумеется, занимались не только передачей текстов священных книг, однако в рамках данного исследования нас интересует исключительно сохранение еврейского консонантного текста, а также традиция, обеспечившая точность его переписывания. Прочие достижения мазоретов нами рассматриваться не будут [100] .

Главной целью мазоретов было сохранить дошедшие до них священные писания иудеев в том виде, в котором они их получили. Общий подход к делу, которого придерживались мазореты, хорошо отражен в словах выдающегося Тивериадского знатока Аггады, который цитирует известного переписчика второго века Р. Мейра (R. Meir). В отношении передачи священных текстов тот сказал следующее: «Сын мой, будь внимателен в своей работе, ибо это дело Божье. Если ты пропустишь или добавишь (хотя бы) одну букву, миру придет конец». [101] Традиция столь скрупулезного и кропотливого переписывания вполне соответствует представлениям раввинов о том, что каждая черточка в законе содержит в себе богословский смысл. Они осознавали необходимость сохранения священного еврейского текста без единого изменения. Стих из Книги Бытия (2, 7): «И создал Господь Бог человека из праха земного» — классический пример того, как единственная буква может повлиять на общую трактовку текста. Еврейский глагол «создать», употребленный в прошедшем несовершенном времени в Быт. 2, 7, имеет два написания. Он может писаться либо с двумя буквами «йод», как в Быт. 2, 7, либо с одной, как в Быт. 2, 19, где Бог создает зверей полевых и птиц небесных. Две буквы «йод» в глаголе «создать» в Быт. 2, 7 указывают на то, что эта фраза имеет особый богословский подтекст. Поскольку темой всего предложения является сотворение человека и поскольку человек, согласно раввинистическим представлениям, имеет два начала — доброе и злое, — две буквы «йод» трактуются как указание на два естественных стремления в человеке. С точки зрения иудейских переписчиков, если бы при переписывании Быт. 2, 7 слово «создал» было передано с одной буквой «йод», в соответствии с общепринятым написанием, часть заложенного автором смысла была бы потеряна. [102] Таким образом, для полного сохранения всех нюансов Слова Божьего необходимо было передавать текст без единого изменения. Как уже говорилось выше, переписчики были убеждены в том, что каждая деталь текста имеет Божественное происхождение, и потому не допускали даже ничтожного отступления от написанного текста. К тому же написанный текст был важен еще и потому, что служил основой для устного Закона, предания, имевшего огромное значение для фарисеев.

О необычайном прилежании и кропотливости иудейских переписчиков, занимавшихся передачей текста еврейского Ветхого Завета, свидетельствует также свод правил под названием «Трактат книжников» (Masseket Sopherim), входящий в состав Талмуда. [103] В этих правилах речь идет о том, что при переписывании библейских свитков необходимо обращать внимание на огромное количество мелких деталей: писчий материал, должную подготовку пергамента и чернил, требования к переписчику, обязательность переписывания с письменного источника, а не по памяти, требования к полям и расстоянию между словами, ширину строк, размер шрифта, количество колонок на странице, правила написания святых имен Бога — этим мелочам нет конца. С течением времени правила несколько видоизменились, однако в целом требования к переписыванию текстов никогда не сводились исключительно к верной передаче консонантного текста — свидетельство о том, что переписывание священных библейских текстов считалось делом, требующим скрупулезности и огромного внимания. Вышеупомянутые правила охватывали все мыслимые стороны дела передачи драгоценных и всеми почитаемых свитков из поколения в поколение. В них даже указывалось, как следует воздавать честь завершенному свитку и что с ним делать, когда он приходит в негодность. Все эти требования к переписыванию Священных Писаний наглядно свидетельствуют о том, что иудейские переписчики питали к письменному варианту еврейского Ветхого Завета глубочайшее почтение и всячески стремились сохранить то, что было передано им отцами.

Заметки на полях — еще одна особенность переписывания, даже более примечательная, чем скрупулезное внимание к мельчайшим деталям воспроизводимого текста. Само наличие заметок на полях еврейской Библии указывает на то, что рукописный текст (Kethib) считался святыней и не подлежал изменению ни под каким предлогом. Переписчики не добавили ни единой буквы к тому, что было передано им от прежних поколений. Наглядно это можно проиллюстрировать на примере так называемой неординарной пунктуации. Речь идет о фрагментах Ветхого Завета, содержащих точки над буквами и под ними. В Чис. 3,39, например, над каждой буквой имени «Аарон» стоят точки, хотя обычно над каждой буквой точки не ставились. Точки над буквами означают, что, по мнению переписчиков, это слово следовало убрать. [104] Очевидно, некоторые книжники сомневались в том, что имя Аарона присутствовало в тексте подлинника. Действительно ли это слово лишнее в тексте, в данный момент нас не интересует. Для нас важно лишь то, что переписчики не изменяли переданного им записанного текста, хотя и считали, что изменения необходимы. Вместо того чтобы изменить текст, они поставили точки (в Ветхом Завете около пятнадцати таких мест) над сомнительными словами.

Верность переписчиков оригиналу подтверждается и другими особенностями древнееврейского искусства переписывания текстов. Здесь стоит обратить внимание читателя на так называемые «исправления книжников» (переписчиков) — альтернативные варианты прочтения текста, помещенные на полях еврейской Библии. Таких вариантов насчитывается около восемнадцати. Некоторые полагают, что эти заметки отражают подозрение книжников в искажении оригинала предшествующими переписчиками и их предложение по поводу исходного прочтения. Классический пример такого исправления — Быт. 18,22Ь; заметка на полях гласит, что в оригинале текст должен был звучать следующим образом: «Господь стоял перед Авраамом», а не «Авраам стоял пред лицем Господа», как гласит еврейский текст. Предположительно, текст оригинала мог быть изменен из–за того, что словосочетание «стоять перед лицем» обычно применяется к рабу, стоящему перед своим господином. Сказать же, что Бог «стоял перед лицем» Авраама — сделать его ниже Авраама, что было бы непочтительно по отношению к Всевышнему. [105] В этом конкретном случае отсутствие текстовых подтверждений как в обеих версиях текста, так и в еврейских рукописях указывает на то, что эти исправления так же неправдоподобны, как и первоисточник. Впрочем, здесь нас не так интересует правомочность исправления, как неизменная верность книжников традиции сохранения переписываемого текста, даже когда они считали, что первоначальный текст звучал иначе.

Еще одним свидетельством в пользу верности книжников тексту подлинника было принципиальное сохранение архаизмов и диалектизмов. Речь идет о множестве словоформ, отличающихся друг от друга лишь незначительными особенностями написания, изменение которых не повлекло бы за собой потери смысла. Например, отдельно стоящее личное местоимение второго лица единственного числа женского рода иногда пишется с буквой «йод» на конце, а иногда без нее. [106] Употребление «йод» на конце местоимения — судя по всему, особенность арамейской письменной речи — иудеям не нравилось. По этой причине переписчики в заметках на полях (Qere) указывают, что конечная «йод» не произносится, но эта буква неизменно сохранялась в консонантном тексте. Впрочем, считали переписчики это за простую орфографическую вариацию или нет, нас не интересует (хотя я склонен думать, что считали). [107] Нам важно одно — они отказывались изменять консонантный текст, несмотря на то что на общий смысл текста это никак бы не повлияло.

Приводить подобные примеры можно до бесконечности — их великое множество. В шестидесяти двух словах Библии буквы еврейского алфавита переставлены местами (метатеза). Эта типичная для переписчиков еврейского текста ошибка, и, как правило, обнаружить ее не составляет особого труда. Ведь орфАграфические ошибки бросаются в глаза, хотя на смысл предложения они почти не влияют. Примечательно то, что и в этом случае книжники оставались верными первоначальному написанию и делали свои пометки исключительно на полях. В еврейской Библии буква «йод» перепутана с буквой «вав» тридцать два раза. Дело в том, что по написанию эти две буквы еврейского алфавита чрезвычайно похожи друг на друга, и их очень легко перепутать. В кумранских текстах, найденных у Мертвого моря, есть несколько мест, в которых определить, какая буква стояла в оригинале, вообще невозможно. Впрочем, даже самые очевидные ошибки в консонантном тексте никогда не исправлялись. По подсчетам исследователей, в десяти отрывках Библии есть пропущенные слова. Но узнаем мы это не из того, что пропущенные слова были добавлены в консонантный текст, что было бы самым разумным решением, а из того, что переписчики вставили огласовки в те места, где должны были стоять пропущенные слова. Согласные, входящие в состав этих слов, приводятся лишь на полях. То же можно сказать и об обратном феномене: в тексте Ветхого Завета есть десять мест, в которых книжники нарочно не поставили огласовки над теми словами, которые, по их мнению, читать не следует. Согласные же никогда не исчезают из текста оригинала.

В добавление к этому следует упомянуть sevirin («предполагаемое»). Точное количество таких случаев неизвестно; предположительно, их насчитывается более двухсот. Когда книжникам казалось, что понимание текста может быть затруднено, они давали так называемые предполагаемые варианты прочтения — чаще всего на полях. Непонимание текста могло быть вызвано, например, употреблением неправильного рода существительных или глаголов (в еврейском языке существует только два рода: мужской и женский). В результате израильтяне могли упустить истинный смысл Слова Божьего. Sevirin на полях еврейской Библии помогает разрешать подобные трудности, однако это вовсе не значит, что еврейский текст содержит ошибки. Совсем наоборот. Sevirin «предполагает», что истинное прочтение священного текста существует, но его понимание может быть затруднено в отсутствие соответствующих пояснений. [108]

К вышеупомянутым примерам можно прибавить еще несколько. На полях еврейской Библии мы также находим множество примечаний, либо поясняющих необычные слова и словосочетания, либо указывающих, как часто они употребляются. Иногда в них даже сообщается, где эти слова и словосочетания находятся в предложении, а также сколько раз они употреблялись с долгими и краткими гласными. В самом первом примечании на полях, например, сказано, что первое слово в еврейской Библии используется в тексте Писания пять раз, из которых три раза оно употребляется в начале предложения. Примечание к Лев. 13, 9 гласит, что этот и другие десять стихов в еврейской Библии начинаются и кончаются буквой «нун», а стих 4 Цар. 6, 32 снабжен примечанием о том, что двадцать шесть стихов Писания содержат все буквы алфавита. В отдельном сборнике «Большая (Magna) Масора» указывается, где в Писании находится каждая из ссылок. Все эти приемы и изобретения помогали древним книжникам передавать текст священных еврейских книг без малейших изменений, а сноски на полях служили своего рода системой перекрестной проверки текста.