Чтение онлайн

— Кофе, булка, шоколад? — Никита улыбается кивающей Кате, когда аналитики уходят за столики. — Они сейчас всех новеньких ходят и кошмарят Князевским нашествием. А прогнозы реально так себе.

— А ты откуда знаешь? — Катя хмуро смотрит на Никиту, который отошёл к кофемашине.

— Так все сплетни сюда стекаются. — Никита довольно хмыкает. — А вообще, Олеся Евгеньевна заходила как-то ближе к вечеру. Ден мне объяснял, как учёт продуктов вести, и она пришла. Разболталась с ним, рассказала, что надвигается муть какая-то. Настолько сильная, что ничего её не берёт. В плане предсказаний. Энергия в Московию медленно сползается и затихает. А для чего и зачем — не видно.

— О-о-о… — Катя кивает с крайне задумчивым видом. — А Ден это который?

— Да Шило. — Никита ставит перед ней большую чашку капучино. — Видела наверняка. Мелкий такой, на бабульку похож, поугарать любит.

— Видела. — Катя засовывает шоколадку в карман. — Кинь булку в пакетик, ладно? А давно он тут работает?

— Так лет сто, не меньше. — Никита жмёт плечами. — Повар — от Бога. Классный фамильяр.

— Ага, классный. — Катя закатывает глаза. — Ладно. Спасибо. Побегу. Кружку потом занесу.

Катя берёт кружку и уходит, пока у него не появились вопросы. Можно, конечно, было бы рассказать об услышанном, но… Вдруг Катя что-то не то услышала или не так поняла? Может, не с Тёмной он там общался или есть ещё какой-то Шило… Да и Никита этот здесь не так давно работает, мало ли с этими заодно. С кем бы поговорить-то… Катя сворачивает к лестнице. Самой жить с этой информацией не хочется, поделиться надо. К Петру Алексеевичу точно нельзя, вряд ли тому есть дело до поваров, к тому же, у него и так проблем хватает. Начальницу столовой Катя не знает. В кадрах все новые сидят, вряд ли в курсе, кого принимали на работу лет сто назад. Точнее, в курсе, конечно, документы-то на всех есть, но скорее всего не смогут сказать, что за фамильяр. К безопасникам соваться смысла нет — если работает, значит вдоль и поперёк проверен… А может, не морочить себе голову и просто сказать Юдиной? Их же учили, что если вдруг что, то обращаться сразу к своему руководителю. Вот пусть она и разбирается, что дальше делать.

Преисполненная решимости, Катя запихивается в кабинет сквозь немного недозакрытую дверь, ставит на выделенный ей стол кружку, кладёт на него же пакет и разворачивается, чтобы дойти до начальницы, но тормозит, уронив челюсть на пол. Образно, разумеется. Чтобы в прямом смысле уронить челюсть надо её отпилить сначала. Или чужую взять и из рук выронить. Однако шок на её лице расцвёл совсем не образный. На стуле за своим столом лениво крутился Арсений. Такой важный, хоть и в джинсах с футболкой, серьёзный, хотя причесаться сегодня явно забыл, свежий, даже несмотря на мешки для картошки под глазами. А между рук у него трепыхалась вполне себе материальная рыбка, полностью созданная из воды. Она становилась то плотнее, то наоборот почти исчезала, оставляя капли на руках и джинсах Арсения. Но даже сам факт её существования…

— Обалдеть. — Катя подходит к Арсению и во все глаза смотрит на магическое чудо.

— Сам в шоке. — Арсений усмехается, и рыбка окончательно теряет свои очертания, оставляя после себя лишь воду на руках и джинсах. — Ну… — Он вытирает ладони об футболку. — Вчерашний рекорд побил. Привет.

— Ага. — Катя кивает, укладывая в голове возможность таких трюков, решает, что Свет с ними с этими фокусами и радостно обнимает Арсения, что сейчас куда важнее и необходимее. — Тебя вернули!

Он что-то там бормочет про свою мокрость, но Кате плевать. Она, если честно, с радостью бы слопала Арсения, если бы могла и если бы это оставило его таким же живым, целым и прикольным. Он как-то умудрялся располагать к себе просто одним своим присутствием. Такое своеобразное солнышко посреди чёрных туч неприятных Тёмных. Он как булочка с корицей. Как корги. Как та самая подружка, с которой не виделись целую вечность, а потом ка-ак встретились, да ка-ак обсудили всех с масочками на лице и под тёплым пледом.

— Совсем Тёмные достали? — Арсений с тихим смешком сдаётся и тоже обнимает Катю.

— Это кошмар! — Катя отстраняется от него и садится на край стола. — Ходят все такие важные-бумажные, это подай, то принеси, сюда сбегай… — Она быстро вздыхает и замечает, как к столу медленно подкатывается стул. — Фокусничаешь?

— Практикуюсь. — Арсений слегка улыбается. — Сказано постоянно использовать магию. Да и удобнее на нём будет.

— Это ты поэтому такой уставший, да? — Катя пересаживается на стул. — Совсем на базе загоняли? Кстати, чего там? Говорят, что ужас как круто. Пётр Алексеевич и меня обещал туда отправить, как…

— Погоди. — Арсений хмурится, и поднимает указательный палец вверх, заставляя Катю замолчать. — Тёмная идёт. Сюда.

— Да они достали… — Катя подрывается со стула и убегает в дальний угол, прячась за столом. — Меня нет!

Арсений даже не пытается бубнить вслед. Ну и хорошо. Ну и правильно. Вряд ли такое бегство тянет на правильный поступок Светлого мага, но Катя правда устала. К тому же, она сейчас почти не маг. Девочка принеси-подай. Пусть сами носят. Достали. Кое-как устроившись под столом, Катя затихла. Шаги и правда приближались. Удивительно, как Арсений её почувствовал. Катя, конечно, всегда считала его прикольным магом, но в её глазах он был именно прикольным, а не суперсильным, который вот так вот приходы предсказывает.

Навык, разумеется, полезный. Да и рыбка в руках — это классно. А уж возможность двигать мебель не руками и вовсе необходимость. Ну, чтобы шкаф там передвинуть или стиралку. Кате вот иногда не хватало возможности мысленно приподнять диван, чтобы пропылесосить под ним. И Арсений прям поменялся за эти пять дней. В пятницу ушёл один человек, а в среду вернули совсем-совсем другого. Арсения, но не Арсения. Какую-то его улучшенную версию.

Слухи-то по офису ходили, что некий Тернитасов уровень силы поднял. Да так, что пару рангов сменил. Но одно дело слухи, а совсем другое видеть своими глазами изменения в человеке. Арсений уезжал прикольным. Со смешинками во взгляде, некоторой потерянностью, вселенской стабильностью на лице, высоким столбом и улыбашкой. А сейчас он прям… Ну вот прям маг. Такой же прикольный, но с какой-то мудростью, отпечатавшейся на лице, и опытом за плечами, который не видно, но он прям ого-го каким ощущается. У него даже лицо поменялось и взгляд словно глубже стал.

— Один? — Обладательница женского голоса закрывает дверь.

— Как видишь. — У Арсения ещё и голос, оказывается, может меняться прям как и он сам. То был мило-тёплым, а стал холодно-отрешённым. — Что-то хотела?

— Во-первых, привет. — Каблуки явно идут к столу Арсения, а голос кажется тем же, что Катя слышала возле столовой. — А, во-вторых, разве я не могу зайти к старому другу?

— Алис… — Арсений тяжело вздыхает.

— Что? — Точно тот же голос.

— Мы не общались уже больше двадцати лет. У нас ни интересов не осталось общих, ничего.

— Потому что нужно было не тупить и к Тьме примыкать! На кой тебе эти Светлые сдались?

— Если ты пришла уговаривать меня променять Свет на Тьму, то уходи. — В голосе Арсения вселенская усталость. А у Кати возмущение внутри кипит. Ишь. Пришла непонятная. Арсениев к себе переманивает. Обалдела совсем. Поноса бы на неё наслать, но…

— Зря. — Девушку, кажется, совсем не задел ответ Арсения. — Но я и не за этим пришла. Слушок ходит, что ты себе Князевскую фамильяршу присвоил.

— С ума сошли. — Арсений то ли спрашивает, то ли утверждает. — Зачем мне его Арина? Да и если бы присвоил её, как ты выразилась, то вряд ли бы тут спокойно сидел.

— А я и не про неё. — В голосе девушки так и сквозит ехидным сладким ядом. — Кошка у Влада была. Хорошая такая, добротная, сильная. Убежала, говорят. А ты её хвать и себе забрал.

— Прикольно. — От Арсения скукой веет и «ну давай, продолжай нести чушь. Главное не расплескай. Ведь хороша только полная чушь». — Хочешь тоже слушок расскажу? Князев ваш уже давно головой поехал. Весь офис его клоуном считает. Причём и наш, и даже ваш.

— Какой же ты мерзкий стал, а… — Девушка недовольно выдыхает. — Я к тебе по дружбе, а ты оскорблять. Имел бы совесть. Я вашего Волевого не трогаю.