Чтение онлайн

– Кстати, – уже на пороге припомнил Мортен, – сегодня вам лучше отлежаться – неважно выглядите. Так что совещание пройдёт без вас. А завтра встретитесь с министром на празднике и лично всё ему расскажете.

– На каком празднике? – не понял Дариор.

– Как? Вы не слышали? – изумился комиссар. – У главного железнодорожника города завтра день рождения.

– Действительно? У министра путей сообщения?

– Наивный вы человек, Дариор! – расплылся в колоритной улыбке Мортен. – Неужто вы думаете, что толстяка Дюпона называют главным железнодорожником города? Нет, это прозвище прилипло к глубокоуважаемому мсье Мещанову, подмявшему под себя важнейшие железнодорожные пути. Это близкий друг министра Дюрана, и он, насколько я знаю, с любопытством наблюдал за нашим расследованием. Так что и вы, и я приглашены на этот раут. Думаю, расспросов будет немало… Вот приглашение. – Комиссар положил на тумбу янтарного цвета конверт. – Кстати, что за традиции у вас русских? Юбилей в полдень? Как детский утренник! Ну ладно. До встречи. Не опаздывайте!

Погрозив на прощание пальцем, Мортен гордо удалился. Банвиль юркнул за ним, и Дариор вновь остался один. Не торопясь попробовал подняться. Получилось с первого раза – и у историка сразу повысилось настроение. Кое-как он доковылял до прихожей и развернул конверт. Внутри оказался лист дорогой бумаги, испещрённый размашистым почерком. Приглашение гласило:

«Уважаемый мсье Дариор Рено, просим Вас прибыть на торжественный обед в честь юбилея Михаила Ивановича Мещанова, который состоится шестого числа сего месяца в двенадцать часов пополудни в имении г-на Мещанова Шато Варао. Господам настоятельно рекомендуем прибыть со своими спутницами. Форма одежды вольная.

С почтением, секретарь М. И. Мещанова титулярный советник А. П. Зайчонок».

«Зайчонок – интересная фамилия, – рассмеялся Дариор. – Титулярный советник? Что за имперская ностальгия? Но интереснее всего – то, что великий железнодорожник и его «косой» секретарь, похоже, были русскими. Мещанов… Наверняка очередной беженец из России, укрывающийся за границей от советской власти. Но уж если сам министр полиции прибудет на его юбилей – значит, этот Мещанов, человек здесь далеко не последний. В любом случае съездить надо – по крайней мере, доложить результаты расследования Дюрану. «Форма одежды вольная». Из всей неиспорченной одежды у Дариора оставался лишь тёмно-синий американский смокинг. Ничего, сойдёт. Сейчас самое главное – отдохнуть и собраться с силами перед завтрашней встречей.

Когда шафрановый «рено» подкатил к шато Варао, Дариор был полон сил и находился в благоприятном расположении духа. Не смотря на зимний день, солнце светило и упорно слепило глаза. Шато Варао находилось в десяти километрах к востоку от Парижа. Огромное двухэтажное здание, за высокой кованой оградой. Территория была поистине необъятной. В распоряжении Мещанова имелись: парк, по размерам скорее напоминавший лес, длинный тенистый пруд, теннисный корт, вместительный гараж, а также чудо современной техники – белоснежный аэроплан Kayleigh Wings.

Дариор подъехал за десять минут до начала, однако двор уже заполнила пёстрая публика. Тут и там виднелись мужские цилиндры и дамские шляпки. Вдоль кованой ограды было припарковано, по меньшей мере, два десятка роскошных автомобилей, и Дариор, взглянув на своё шафрановое корыто, невольно устыдился. Как ни странно, многие мужчины действительно оделись в лёгкие сюртуки – солнце давало о себе знать. Едва Дариор подошёл к ограде, как ему навстречу подскочил разгорячённый Мортен – к счастью, тоже в смокинге, а не в кожаной куртке.

– Дариор, дружище! – радостно завопил Мортен, бешено размахивая руками. Слово «дружище» уже говорило о многом – кажется, неприязнь постепенно спала.

– Меня представили к награде! – продолжал комиссар. – О, да! Министр также решил, что взрыв – лишь побочный эффект, никак не связанный с нашим делом. Очевидно, опять проклятые итальяшки заложили бомбу. Сегодня в газетах напечатали моё имя!

Он важно протянул историку свежий выпуск утренней газеты. На первой же полосе во весь лист красовался жирный заголовок: «Конец Парижского Демона. Город может спать спокойно». Надо же, как трогательно!

– Прочтите! – настоял Мортен, видя, что Дариор не очень заинтересован.

Статья, занимавшая всю полосу гласила:

«Каждый год совершается бесчисленное количество преступлений, и среди них – множество убийств. Таково наше время. Такова жестокая реальность. Однако какими бы изощрёнными ни были преступления, они всегда раскрываются нашей профессиональной полицией. То же случилось и с делом печально известного на всю страну маньяка-убийцы Парижского Демона, наводившего ужас на жителей Парижа. Около двух месяцев этот посланец Сатаны бродил по бульварам и улицам нашего прекрасного города, оставляя за собой кровавые следы. Кто знает, сколько бы это продолжалось, если бы не профессионализм и мужественность нашей отважной полиции! Доподлинно известно, что во время вчерашней трагедии на Северном вокзале (см. статью „Бомба в вагоне“) нашёл свою смерть и Парижский Демон. В тот день проводилась генеральная облава на маньяка, и на этот раз он не сумел уйти безнаказанным. Бич нашего времени мёртв! Город вновь может вздохнуть спокойно. Сейчас разбираются обломки вагона, и скоро станет известна личность убийцы. Особенно благодарим всех принимавших непосредственное участие в проведении операции по поимке маньяка: директора департамента полиции мсье Дюрана, руководившего расследованием, начальника жандармерии мсье Мореля, обеспечившего контроль всех въездов и выездов из столицы, комиссара Мортена, вышедшего на след маньяка и лично принимавшего участие в задержании. А так же рядовых сотрудников полиции и жандармерии, которые, как всегда…»

– Поздравляю, – кисло улыбнулся Дариор. Дальше можно было не читать.

Двое мужчин зашли во двор шато и остановились напротив каменного дома. Аккуратные кованые столики и стулья располагались на улице. Здесь уже вовсю шло пиршество. Звенели бокалы, повсюду слышались радостные возгласы. У крыльца в окружении сиятельной компании беседовали два человека. Одним из них был министр Дюран – Дариор узнал его,.

– А вот и мсье Мещанов! – спохватился Мортен, показывая на плотного приземистого мужчину, беседовавшего с министром. – Пойдёмте, я вас познакомлю! Сегодня мы герои!

– Что ж, охотно, – согласился Дариор.

– Должно быть, вы хотите узнать о хозяине шато побольше? – догадался Мортен. – Пожалуйста, вы заслужили. Итак, Михаил Иванович Мещанов. Из ваших, русских. Не знаю уж, кем он был в царской империи, вот только года два назад приехал сюда и страшно разбогател на строительстве и эксплуатации железных дорог. Многие основные линии и многие провинциальные – его рук дело. Вернее, мозгов. Строил-то не он сам, а его люди. Между прочим, приехал с востока не один, а с целым отрядом русских помощников. Естественно, он выдаёт их за секретарей, садовников и прочих, но все понимают, что это вымуштрованные телохранители. Хотя, впрочем, среди них попадаются и французы. Многие говорят, что за железнодорожником охотятся наёмные убийцы, – мол, у Мещанова влиятельные враги. Кто его знает… Так или иначе, человек заботится о своей безопасности.

– Вы сказали, он друг Министра? – поинтересовался Дариор.

– Это вообще тёмная история. Прошлой весной Дюран подвергся покушению, причём весьма недурно подготовленному. Заехал ночью в придорожное кафе, а там его уже поджидали. Не успел войти, как со всех сторон раздались выстрелы. И каким-то таинственным образом в этом же кафе ужинал Мещанов с двумя помощниками. Заведение отнюдь не респектабельное, и сам факт, что два таких влиятельных человека позволили себе там находиться, уже говорит о многом. В общем, пара минут – все убийцы перебиты, а железнодорожник автоматически становится лучшим другом и спасителем Министра.

– Думаете, инсценировка?

– Кто знает, – пожал плечами Мортен, – богатых разве поймёшь? О Мещанове уже давно любят судачить парижские газеты. Просто поразительно, что вы о нём ничего не слышали!

– Я не очень-то жалую газеты, – скривился Дариор. Он больше предпочитал тратить время на хорошую книгу, нежели на повседневную прессу. Однако следить за мировыми новостями – дело обязательное. Но если Дариор и читал газету, то только передовые статьи, где обычно располагалось самое главное. Светские байки он пропускал мимо.