Чтение онлайн

— Ты видел когда-нибудь… такое. — полушепотом спросил Иван, подойдя поближе к брату.

— Если даже и не видел, то не хочу, что бы это было последнее перед моими глазами… — также тихо ответил Алес. Пасть открылась шире, показывая гигантские клыки.

— Титанобоа на вид. Знаешь как с ней бороться?! — воскликнул в тот же миг Алес.

— Нет, Ал, не знаю… Эти змеи вымерли много лет назад. — ответил очень испуганным голосом Иван.

— НО Я ЖИВА-А-А! — с диким шипение повторила змея, слоняясь из стороны в сторону.

Иван натянул тетиву своего лука, металлическая стрела врезалась в чешую, но чуть проткнула её, не нанеся вреда. Змея зашипела чуть сильнее. Один мощный бросок хвоста сбил Ивана с ног. Он перекатился в сторону, стараясь не угодить в разинутую пасть.

— Подожги стрелу и целься в глаз. — крикнул Алес, тоже откатившись в сторону.

Иван поднёс стрелу к ближайшему факелу. Стрела загорелась. Послышался пронзающий ещё свист. Наконечник угодил в край глаза. Гигантская змея затрясла головой, стараясь вернуть зрение.

— Как же долго я тебя берег! — как можно тише проговорил Алес, покопошившись в набедренной сумке, и бросил самодельную бомбу прямо под живот твари. Прогремел оглушающий взрыв. Потоки извергнутой из магмы расплавляли пузо Титанобоы. Змея трепыхалась, забрызгивая все кровью и своими внутренностями. Она ударилась об каменную стену, дав широкую трещину.

Не упуская шанса на скорый побег, Алес запустил мощный поток ветра в расщелину. Камни разлетелись в разные стороны, задевая сидящих сверху тварей. Началась суматоха, все ринулись к выхода, что были наверху. На то время, труп змеи уже валялся бездыханным.

— Ну что ж. Мне надоели эти игры, я сама с вами разделаюсь! — произнесла «вирьава», спускаясь на арену. Позади ведунов вырастали огромные заросли плюща, закрывая путь отхода. Из под земли показались гигантские шипы и своеобразные стебли, ползущие ровно к ведунам. Братья жгли их огнём, истыкали камнями, рубили мечами, все тщетно…

Шипы все ближе подбирались к ним, заставляя прижиматься к стене. Один из них проткнул Ивану ногу и обездвижил, примотав к земле. Второй стебель полз по телу и всё ближе подбирался к горлу. Но они остановились… Вирьава склонила голову и рухнула на землю, её шея была скручена за спину, от неё пульсировало невидимыми волнами.

— Вовремя я. — послышался голос сверху.

— Мама? — вглядываясь вверх спросил Иван.

— Ну, а кто же? — произнесла Олё, спускаясь вниз на своеобразном облаке.

Она подошла к сыну и крепко его обняла. Все стояли в тишине. Среди плюща лежало тело мертвой вирьавы. Из неё выползло желе тёмного цвета, оно уносило в себе ярко-жёлтый камень, сиявший через неё. Камень Света… Пока мать и сын радовались встрече, Алес выстрелил из заряженного арбалета. Болт прошёл насквозь, размозжив «желе» на мелкие кусочки. Алес подошёл и поднял магический камень, ярко сиявший в его руке. От него исходили мощные магические потоки, от чего символ на шее очень быстро запульсировал.

— Ох, а вот и он! — сказала подошедшая Олё и взяла камень в руки. — А где же Зэхель?

Она внимательно их оглянула, на понятие того, что они ещё её не нашли, много времени не потребовалось. Иван неожиданно произнес, воскликнув:

— Мам, глянь наверх…

Всё трое подняли головы. На выступающих корнях дерева из земли, висела Зэхель. Её шея была переплетена шипами и плющом, словно верёвка на шее, растения обросли её горло. С «потолка» капала её кровь. Удар капель о землю очень отчётливо звучал в наступившей полной тишине.

— Пойдёмте отсюда. — еле сдерживая слёзы, сказала Олё. Её глаза будто пылали от злости и разочарования.

Всё трое сидели в избе и молча ели подстреленную Иваном утку. Она была худой и очень костлявой, она не пришлась никому по вкусу. В этот день, даже ужин не удался. Молчание, словно траур, продолжалось ещё долго.

Ведуны накормили коней, затем легли спать, совсем без задних ног. На утро все немного перекусили и наконец, прервали молчание:

— Ну, хоть камень у нас. — начал тихо разговор Иван.

— Нам пора уезжать, наверняка найдутся родственники для получения дома. Но нам нужно её похоронить по-людски. Нужно попросить в деревне, чтоб костёр заготовили. — уткнувшись в одну точку, заговорил Алес совершенно монотонным и без эмоциональным голосом.

— Я здесь останусь. — тихо ответила Олё. — С костром помогу…

Послышался всхлип.

— Тогда пошли. — махнул рукой Иван, открывая дверь и прихрамывая, вышел наружу, ожидая Алеса.

Они снова въезжали в сосновую рощу. Деревья перестали казаться угрюмыми и тёмными, между ними пробивалось солнце. Проехав поближе к дубу, им открылась совсем иная картина. Могучий дуб увядал, листья его опадали, а корни словно высыхали.

— Нет вирьавы — нет древа. — сказал Алес спрыгивая с коня.

Меркурий недовольно фыркнул в ответ. Ведун погладил по гриве животное и привязал к одному из корней.

Спустя секунды, ведуны спускались вниз в пещеру. Трупы затоптанных в суматохе тварей, лежащие на арене, обрастали плющом. Все растения тянулись к тому месту, где ещё вчера лежала мертвая вирьава. На её месте появилась небольшая горсточка земли. По центру этой горстки, выросла большая, распустившаяся белая роза. Алес медленно подошёл к ней и лёгким движением сорвал её. Стебель был без шипов, он был идеально ровный.

— Зачем… Увянет же. — задал вопрос, стоящий сзади, Иван.

Алес достал свой кинжал и уколол палец. Капелька крови упала на розу и моментально впиталась в неё, словно в губку. Волокна цветка чуть поменяли цвет, но роза осталась белой. Ведун бережно убрал её в сумку.

— Теперь не увянет. — с лёгкой улыбкой ответил Алес.

Он встал и поднял голову наверх. Труп все ещё висел там.

— Давай лучше я. — сказал Иван и вскинул лук.

Стрела порвала тонкие стебли плюща. Труп свалился на пол. Ведуны осторожно подобрали мёртвую Зэхель и вынесли из пещеры.

Костёр уже начинал разгораться. Тело Зэхель лежало над красным огнём. Плотный круг из людей обступил погребальное кострище. Среди них были и ведуны, и чародейка.

Огонь трещал над чуть отсыревшими дровами. Дым от тела заполнил свежий летний воздух. На запах уже сбежались голодные вороны, сидящие на крышах и кричащих о чем-то своем. Иван отошёл в сторону, что-то шепнул и эти птицы тут же улетели.

Толпа тихо пела прощальную песню. Вскоре к толпе присоединился тонкий птичий голосок, повторявший слова этой песни почти точно так же.