Чтение онлайн

Кострище горел огромный, от запаха горящего мяса подташнивало. Трупы были сожжены, все до единого. Алес подошёл к богатырю и спокойным голосом произнёс:

— Нужно проверит оставшийся дом, в нем горит лампада, нужно там все проверить… Мы можем найти ответы!

В ответ Тюштя только громко вздохнул и они втроём направились в сторону сохранившейся избы. Иней все ещё покрывал траву вокруг неё, но уже в большем количестве, что не мог заменить Алес. Приглядевшись лучше, он заметил, что иней образовывал символ, словно перевернутый крест с черепом у перекрестия его сторон.

Дверь в избу была не закрыта и они вошли. За столом сидел мужик, лет пятидесяти на вид и громко храпел, прислонив к груди полную бутылку пойла. Всеволод растряс его, как следует, дважды ударив по щекам. Мужик в ответ проплел что-то, чего разобрать можно было с трудом. Тогда Алес подошёл к пьянчуге, произнёс заклятие и тот протрезвел, когда его моментально вырвало на пол. Мужик утерся и сразу же отхлебнул из горла.

— Живые, значится. Я вот тут один топереча сижу, куковаю. — произнёс он и ещё раз отхлебнул — Ну… говори, Тюштя, чаво теперь от меня надо, сразу сказывать буду, в битву я это… не ступнёю, ни ни…

— Почему. Ты. Выжил. Один? — со злобой спросил его богатырь.

Мужик уже допивал бутыль, как она восполнилась снова. Он улыбчиво потряс ею, перед их лицами.

— Я? Не знаю я, они меня не трогали… — Пьяница явно не умел врать. — Но сам гляди, что за чудо топерь у меня есть!

— Отвечай живо!!! — взревел Тюштя, ударив ладонью по столу.

Мужик не отвечал и продолжал пить. Алес подошёл к застеленному участку пола шелковым ковром, оттуда несло холодом. Ведун пнул его и отодвинул в сторону. На полу красовался огромный люк, вероятнее в подпол, по краям которого проходила тонкая полоса изо льда.

— Что там у тебя? — спросил он, с недоверием смотря на пьющего.

— Тама, тама у меня соленья якие да мёду наставлено, похолоднее там, чтоб хранилося дольшь-е. — с беспокойством ответил мужик.

Алес выдернул замок и распахнул люк в подполье. Мужик запаниковал сильнее. Оттуда накинуло морозом и сыростью. Среди реальных банок с соленьями и мёдом, стояла большая колба с эмбрионами, разбросанные письмена на коре древа с рунами и предостаточно спирта, словно для всей деревни. Но больше всего привлекал внимание здоровый кусок льда, словно был в виде арки и ледяной водой со снегом по середине. Что-то это напоминало Алесу тот же портал, что был в пещере и деревне эльфов. Но этот был другой, этот выкован изо льда, от него пахнет словно в морозную ночь, от него исходит опасность… Алес направил поток огня прямо в него. Лёд начал таять образуя лужу.

Через мгновенья, кроме воды ничего от портала и не осталось. Тюштя в это время стоял сзади и наблюдал. Алес закрыл люк и удовлетворительно кивнул, обращаясь к богатырю. Тот в ответ лишь тяжело вздохнул, по щеке снова катилась слеза. Кто-то медленно крался за их спинами. Шаги были все ближе и ближе. Наконец все затихло.

Алес боковым зрением и чутким слухом давно приметил его. Этот кто-то выхватил кинжал и уже замахнулся за их спинами. Ведун повернулся, заломав нападающему руки. Острый кинжал проткнул горло своего хозяина. Он упал на пол, брызжа кровью в лицо Алеса.

— Простите… я… бор-рол-лса с ним…как мог. — прохрипел поверженный.

Тюштя обернулся и подошёл к нападавшему. На дощатом полу лежал Всеволод с перерезанным горлом. Богатырь опустился на колени к нему и тихо произнес:

— Извиняться не за что, но знай, я принимаю твои слова. Спи с миром… старый друг.

Тюштя закрыл веки погибшего товарища и в порыве гнева ударил кулачищами по полу и громко и злостно крикнув, пробил этот дощатый пол. Мужик сидел за столом, пил и хохотал во всю пьяну глотку, уже нисколько не скрываясь. Богатырь вскочил и руками схватил за горло мужика, приставив его к стене. Бутыль выпала из его рук, он усердно пытался высвободится из этих «смертельных объятий,» но без успеха. Алес тоже подошёл к нему и задернул его рукав. На его кисти красовалась метка из чёрного черепа, со снежинкой во лбу. Вокруг были рунические росписи смертных. Верхняя часть руки уже обратилась в чёрные кости, оголяя ключицу и кость предплечья, постепенно переходя все дальше. Глаза Тюшти сверкнули ещё злее чем прежде. Он отпустил мужика и выхватил топор. Тот заслонился рукой, но уже было поздно. Богатырь беспорядочно рубил своего бывшего земляка, повсюду разлетались части органов, кровь и куски мяса.

Сложив остатки в мешок и закинув его за спину, богатырь отправился верхом на коне куда глаза глядят. На самом краю распутья, они пожали руки и окончательно попрощались. В последний момент Алес спросил Тюштю:

— Не желаешь ли ты…. Отомстить?

— Туда я и направляюсь. — с еле заметной улыбкой злобы ответил богатырь и направил коня в сторону академии, не оглядываясь ни в сторону деревни, ни в сторону ведуна.

Уже редеющий лес показался после ручья. Конь жадно пил из него, махая своим хвостом. Ведун отошёл чуть подальше и набрал воды из самого устья. Ручей этот бежал стремительно быстро меж наваленных в кучу камней. Берега его обросли мягким мхом. Вокруг были заметны последние дни заканчивающегося лета. Густые и могучие деревья уже начали терять свой первозданный вид, понемногу начиная желтеть. По веткам носились белки, запасаясь, как следует на зиму. На душе становилось по особенному грустно.

Ведун собрал немного ежевики с куста, свернул в небольшой платочек и убрал в сумку. Лес вдруг замер. Некоторое время стояла кромешная тишина. Спустя время раздался звук, схожий с плачем маленького ребёнка. По крайней мере, так казалось в начале. Ведун прислушался по внимательнее, где-то далеко, гремя стальными цепями, зазывал заблудших путников Кот Баюн.

Зачерпнув в две ладони проточную воду, Алес пригладил растрепанные волосы и умыл лицо. Мяуканье вдали все неугомонно продолжалось.

Животное явно испугалось, не ждав такого гостя. Ведун подошёл ближе к дубу, обвешанному цепями. На одной из них стоял шипящий кот, несколько секунд назад спокойно ожидавший свою жертву. Шерсть его стояла дыбом, а железные когти так и впились в сталь. Конь при виде проклятого кота встал на дыбы и заржал. Алес успокоил его магическим заклятием. Животное угомонилось, шумно дыша.

— Здруавввие жеуаю, гггккоспотин вфедун. — сказал кот, все так же таращась на незваного гостя.

— Здравствуй, бестия лесов славянских, что эдак забралось ты далеко, бежишь иль догоняешь кого? — наигранно дружелюбно начал Алес.

— Бпекгу, суадарь, бпекгу. Поодаль отт месфт русфких, хочэт мейньа нарот на вфилы поссадтить. — отвечал Баюгюн, глядя на остывший труп под деревом.

Ведун недовольно нахмурился и уж собирался поджечь кошака, но в момент передумал, особенно в лесу.

— Смерти заслуживаешь ты, Кот Баюн, но помилую я тебя, коль на мои вопросы ответишь и поклянешься, что убежишь с глаз моих долой и никогда сюда не вернёшься.

Испугавшийся кот одобрительно замурчал и улегся на ветке поудобнее.