Благими намерениями
Шрифт:
— И что тут у нас? — сложив руки на груди, я подошла к Лиаму, который тыльной стороной ладони вытирал пот со лба.
— Ничего хорошего, лапуля, — бросил он и выпрямился.
— И как это понимать? — продолжила давить я, желая услышать то, что он, черт подери, шутит.
— Так и понимать. От этой жары моя машина перегрелась…
— Ну, так сделай что-нибудь. Охлади ее, у нас есть вода, — не унималась я.
— Лучшее, что я могу сделать, это вызвать эвакуатор, — покосился на меня Лиам и, действительно подойдя к своему сидению, выудил из машины сотовый.
Но это, вероятно, злая шутка? Мы ехали сюда, черт знает сколько, и, вероятно, столько же до нас будет добираться и эвакуатор. И, судя по тому, как Лиам морщит нос, я чертовски права.
— Я не хочу этого знать! — подняла в защитном жесте руки я.
— Эвакуатор будет не раньше, чем через восемь часов, и неважно, откуда он будет ехать. Из-за жары у ребят очень много работы, и вызовы они принимают в режиме живой очереди, и то, что они приедут так быстро, только благодаря тому, что я…
— Быстро? Вуд, ты, вероятно, шутишь? — заорала я. — Ты предлагаешь мне торчать под гребаным солнцем минимум восемь часов?
— У нас нет выбора…
— Есть! Выбор есть! Мы можем вызвать такси или попросить проезжающих мимо людей нас подобрать, — пролепетала я, чувствуя, как меня захватывает истерика. Я очень плохо переношу жару. У нас нет еды, и вода практически на исходе …
— Грейс, успокойся, — жарким потоком ментолового воздуха произнес Лиам, оказавшись критически близко ко мне и схватив меня за плечи. Но его прикосновения не сделали ситуацию лучше. Они только выводят меня из себя, и я уже склоняюсь к тому, что это не у Лиама раздвоение личности с его перепадами настроения, а у меня.
— Я… я не могу, — ответила я, болтая головой из стороны в сторону, словно она мне чужая.
— Все. Будет. Хорошо, — медленно, но с непоколебимой уверенностью произнес Лиам, такой, что мне, и правда, захотелось ему поверить. Мне хотелось чувствовать эту заботу и понимать, что я не одна, и что мне не нужно искать выход, а можно просто кому-то довериться. Именно так! Я хотела довериться Лиаму Вуду. Хотела доверять ему. Верить. Даже несмотря на то, что в глубине души изначально испытывала не самые лучшие чувства.
Он ворвался в мою жизнь. Изменил ее и меня. За каких-то три дня! Детектив Лиам Вуд разрушал мою жизнь, как ураган, оставляя после себя смятение и руины. И… я не хотела, чтобы он ушел из моей жизни, потому что… не знаю, почему-то рядом с этим парнем я чувствовала себя необычайно живой и настоящей.
— Давай мы сначала затолкаем машину вон под то дерево, — медленно и аккуратно сказал Лиам, словно боясь меня спугнуть.
— Зачем? Солнце скоро повернется, и…
— Нет, лапуля, солнце к закату будет двигаться вон туда, а значит, тень от этого едва похожего на живое дерева и того непонятного камня будет только расти, поэтому мы хотя бы не будем находиться под прямыми лучами, — затараторил Лиам, размахивая руками.
— Ладно, бойскаут, я все поняла, медалей у тебя не занимать, — рассмеялась я.
И Лиам Вуд действительно оказался прав. Затолкав машину на небольшой кусок дороги, скрытый от прямых солнечных лучей, я явно почувствовала себя лучше. И хотя жара была неимоверная, и чтобы скоротать часы, за которые по этой дороге не проехала ни одна машина, мне пришлось обливаться водой и мечтать о том, как я сниму одежду и приму холодный душ, Лиам не потерял времени зря. Он снял с себя обременяющую ткань и остался в одних пляжных голубых шортах на голое тело. Это, скажу, было хорошим вариантом для него, но не для меня, потому что тело детектива Вуда оказалось еще лучше, чем я себе представляла. Такое ощущение, что он проводил в спортзале все сознательное время, а его тело было измазано маслом. И все потому, что бронзовый загар, на который обычному копу явно не хватило бы времени и чертовой смекалки, был идеально ровным, а из-за пота, выступившего от высоких температур, каждый изгиб, каждая мышца и каждый, о, Господи, кубик пресса просто-таки сиял и практически просил его облизать.
Я сходила с ума.
И практически задохнулась, когда Лиам вылил половину бутылки воды себе на голову, позволяя жидкости стекать и по телу, и, запустив две руки в волосы, убрал их назад. Это было чертовски горячо, и в итоге он стал еще более привлекательным.
— Я хочу есть, — уставившись на свои колени, проскулила я.
Солнце уже практически приблизилось к горизонту, но эвакуатора все не было не видно, а игры в города и фрукты уже надоели. Запасы воды и еды у нас были на нуле. Измученные от жары, которая наконец-то начала спадать, мы сидели в машине, разложив кресла. Прошло больше восьми часов, но за нами так никто и не спешил. Мой телефон предательски сел, а у Лиама держался из последних сил, и самое интересное это то, что никто из нас не взял с собой чертово зарядное устройство. Наверное, потому, что ни один из нас не думал о таком исходе событий. Теперь, вероятно, и Миа, и мама всполошатся, а я однозначно не успею к праздничному салюту.
— Вот, держи, — Лиам протянул мне небольшую шелестящую пачку.
— Я… спасибо, — не ожидая, промямлила я и неуверенно взяла еду. Это были орешки. Фисташки. Соленые. Вероятно, это не самое верное решение в такой ситуации, но от голода мой желудок скрутило до такой боли, что я была согласна на любую еду.
— Знаешь, — протянул Лиам, закинув руки за голову, развалившись обратно на разложенном водительском кресле и повернув лицо в мою сторону, — я, наверное, хотел бы извиниться за то, что тогда ворвался так к тебе домой.
— Ты сейчас серьезно? — уставилась на него я.
— Почему бы и нет, — пожал плечами он и улыбнулся. — Считай, что за время нашего пребывания здесь я многое переосмыслил.
— О, брось, мы тут не навечно, и ты не обязан…
— Но все же я хочу, — не отрывая от меня своих глаз, продолжил Лиам.
Это сбивало с толку? Неужели у детектива Вуда хватило мозгов на странный изощренный план? Или… или это все взаправду?
— Ну ладно, — жуя орешки, ответила я, — извинения приняты.
— А ты? Ты не хочешь извиниться? — сквозь улыбку пропел Лиам, не скрывая ухмылки на своем лице. Но, черт возьми, неужели он думает, что я буду извиняться? Нет, не буду! Хочу? Может быть. Но это лишь ответная реакция на его слова. Я не обязана извиняться за то, что он не заслужил доверия своей девушки. Как и не обязана извиняться за то, что Тайлер довел меня до того, что я отправила это сообщение.
Я смотрела на Лиама, который выжидающе сверлил меня взглядом. Но эта улыбка говорила о том, что все, что происходит, вероятно, просто странная игра, словно гляделки, в которые мы играли с Миа, когда не могли определиться, чья очередь что-то делать.
— Я? Нет!
Без каких-либо эмоций я просто закинула в рот очередную порцию, состоящую из пары орешков, которые очень быстро заканчивались, и только тогда наконец-то улыбнулась.
— А могла бы! — прищурился Лиам.
— Могла бы, но не хочу, — продолжая жевать, ответила я.
Да и разве извинения, сделанные не по своей воле, засчитываться в кармический список? Очень в этом сомневаюсь. Поэтому этот разговор не приведет нас ни к чему, кроме тупика. И, вероятно, каждый останется при своем мнении, и я надеюсь, что мы не поругаемся, потому что остаться здесь в этом Богом забытом месте без транспорта и еды я просто не смогу.