Шумел бушующий камыш,Судили парня молодого,Он был красив и молчалив,Но в жизни сделал много злого.Его хотели расстрелять,Он попросил у судей слова.Ему не смели отказать,Нет прав на это у закона.«Когда мне было десять лет,Я с родаками распрощался,Я стал курить и выпиватьИ со шпаною я связался.Однажды мы вошли в село,Где люди тихо мирно спали,Мы грабили один лишь домИ света в нем не зажигали.Когда же я зажег свечу…Тоя такое там увидел…О, Боже! Ты меня прости…Я сам себя возненавидел.Там на полу лежал отец.Он был убит моей рукою.Его уже остывший трупБыл залит собственною кровью.А рядом с ним лежала матьВ груди с кинжалом, умирая…С ее печальных грустных глазСлеза хрустальная упала.А малолетняя сестраВ кроватке тихо умирала…Она, как рыба без воды,Свой алый ротик открывала.»Шумел бушующий камыш,Судили парня молодого,Он был красив и молчалив,Но в жизни сделал много злого.
НИТИ ПАМЯТИ
Передо мной остатки древней старины,А нити памяти с прошедшим неразрывны,Но только мне воспоминанья не нужны,А все, что было между нами, мне противно.Ты в дни удачи одевал меня в меха,И я под елкой находила чувств презенты,Но незаметно подошла ко мне беда,И жизнь помчалась, будто в жуткой киноленте.Шум кабаков, меха и платья-декольтеПришлось сменить мне на сатиновую робу.И за окном пейзажи вижу я не те,А завтра снова гонят в дальнюю дорогу.Но ты остался непричастен ни к чему.Я лишь мечтала сохранить все наши чувства,А для чего, теперь сама я не пойму,Ведь без тебя в душе и в сердце стало пусто.Мне все равно, я жду какого-то конца.Забыть пытаюсь я конвой, этап и зоны,Но для чего ж храню я образ подлеца?Для чувства, видно, не написаны законы.И если ты придешь когда-нибудь ко мне,Блеснув беспечно вновь улыбкой златозубой…Теперь не снишься ты мне даже и во сне,И я, клянусь, что все, что было, позабуду!
А МНЕ ПЛЕВАТЬ
Я всю Россию прошагал,В шалманах пил, в притонах спал,Попал, братишки, в лагеря, а мне плевать!А мне плевать на белый свет,И до звонка мне скидки нет.А, значит, мне свободы не видать!Я медвежатник, крупный вор,И срок пришил мне прокурор.На всю катушку размотал, а мне плевать!Меня не купишь за калач,Я не какой-нибудь стукач,А значит, век свободы не видать!Стоит на стреме часовой,Он охраняет мой покой.Он для зека родная мать, а мне плевать!Закажут гроб, взведут курок.Короче жизнь — короче срок,А значит, мне свободы не видать.Я всю Россию прошагал,В шалманах пил, в притонах спал,Попал, братишки, в лагеря, а мне плевать!А мне плевать на белый свет,И до звонка мне скидки нет,А значит, мне свободы не видать!
МЕСТЬ
Это было летом, в жаркую погоду,Когда сидели мы под липкою в скверу.В твоих глазах метался пьяный ветер,И папироска чуть дымилася во рту.Ты подошла ко мне похабною походочкойИ тихо на ухо шепнула мне: «Пойдем…»А через час, споивши меня водочкой,Ты завладела моим сердцем, как рублем.Я не был вором, а ты была блатная,Ты уркаганом сделала меня.Ты познакомила с малиной и наганом,Идти на мокрую не дрогнула рука.Нас было пятеро фартовых ребятишечек,И все барышники имели барыши.Четверых к стеночке поставили по делу,Меня ж надолго в тюрягу упекли.Брючата-чарльстоны, колесики со скрипомЯ на халатик тюремный обменял.За эти восемь лет я много горя принял,И не один на мне волосик полинял.Так что ж стоишь, краснеешь и бледнеешь?А ты такая, как восемь лет назад,С такой же гордо поднятой головою…Так что ж, дешевка, опустила в землю взгляд?!Вот мчится, мчится «Черный ворон»По главной улице Тверской:Стоит там домик трехэтажный,Окрашен краской голубой…Вот прохожу я в перво зало,И что я вижу пред собой:Сидит там злой начальник МУРаИ сам сердитый прокурор.Вот прохожу я дальше в зало,И что я вижу пред собой:Там сидит моя милашка,Она смеется надо мной:«Ах, смейся, смейся ты, зазноба,До освобожденья моего,А на свободу когда выйдуСтрашися гнева моего!Тебе я руки поломаюИ набок голову сверну,Тебя, халяву, я порежу,А сам опять в кичман пойду.Пускай тогда меня осудятХотя на пять, на десять лет,Но я и тем доволен буду,Тем, что тебя на свете нет!»Тюрьма, тюрьма, какое слово!Она позорна и страшна.А для меня — совсем иное,С тюрьмой я свыкся навсегда.Привык я к камере тюремной,Привык к висячему замку,Привык к решетке я железной,Привык к тюремному пайку.Сменял такси на «Черный ворон»,В Таганку еду отдыхать.И на свободу мне не скоро —Я получил со строгой пять.
НЕ ДЛЯ МЕНЯ
Опять зима, опять пургаМетет, метелями звеня.Сойти с ума, уйти в бега —Теперь уж поздно для меня.От злой тоски не матерись,Сегодня ты без спирта пьян:На материк, на материкУшел последний спецэтап.Здесь невеселые дела,Здесь горы дышат горячо,И память давняя леглаМне синей тушью на плечо.Не для меня цветут сады,Не для меня Днепр разлился.Девчонка с черными бровями —Она растет не для меня.Опять зима, опять пургаМетет, метелями звеня.Сойти с ума, уйти в бега —Теперь уж поздно для меня.
ЖИГАНКА
Я на свет родилася ребенком,Десять лет я девчонкою была,А когда миновало семнадцать,Я ругалась, курила и пила.Вспомню прошлое лето былое,Когда честной девчонкой была.Вспомню имя того хулигана,Кому первому честь отдала.Хулиганы все носят фуражки,На фуражках у них ремешки.Они носят пальто нараспашку,А в карманах стальные ножи.Я, жиганка, фасон не теряю,Юбку-клеш по колено ношу.С хулиганами часто бываю,Хулиганов я очень люблю.Как не вижу — по ним я скучаю,Как увижу — боюсь подойтиПотому, что они хулиганыИ имеют стальные ножи.А теперь я с вором, с хулиганом,Куда хочешь, туда и пойди.Заработаю денег задаром,С хулиганами вместе пропью.По ступенькам все ниже и ниже,По ступенькам я низко сошла…А родные по дочке скучают,Вспоминают родное дитя.Не ругайте меня, не браните —Не любить я его не могла.Как сумела, его полюбила,Ему первому честь отдала.
ЧЕРНЫЙ ВОРОН
Окрестись, маманя, маленьким кресточком,Помогают нам великие кресты.Может, сына твоего, а может, дочкуОтобьют тогда Кремлевские часы.А ну-ка, парень, подыми повыше ворот,Подыми повыше ворот и держись.Черный ворон, черный ворон, черный воронПереехал мою маленькую жизнь.На глаза надвинутая кепка,Рельсов убегающих пунктир.Нам попутчиком с тобой на этой веткеБудет только лишь строгий конвоир.А ну-ка, парень, подыми повыше ворот,Подыми повыше ворот и держись.Ой, черный ворон, черный ворон, черный воронПереехал мою маленькую жизнь.А если встретится красавица молодка,Если вспомнишь отчий дом, родную мать,Подыми повыше ворот и тихонькоНачинай ты эту песню напевать.А ну-ка, парень, подыми повыше ворот,Подыми повыше ворот и держись.Ой, черный ворон, черный ворон, черный воронПереехал мою маленькую жизнь.
НЕ ЗАБУДУ
Окончен процесс, и нас выводили,Ты что-то хотела мне взглядом сказать.Взволновано губы мне что-то шептали,Но сердце мое не могло отгадать.Друзей осудили на разные сроки —Лишили свободы на десять и пять,А меня посчитали для жизни опаснымИ вынесли приговор — меня расстрелять.А друг мой Никола рыдал, как ребенок,Ему было жалко бедняжку меня.Я горько рыдаю, я горько страдаю —Никто не воротит свободы назад.И вот я сижу, дожидаюсь расстрела,И думаю думу одну только я —Увидеть старушку-мать свою перед смертьюИ девушку ту, что меня полюбила.Помню, помню, помню я,Как меня мать любила.И не раз, и не дваОна мне так говорила:«Не ходи на тот конец,Не водись с ворами!Рыжих не воруй колец —Скуют кандалами!Сбреют длинный волос твой,Аж по самой шее!Поведет тебя конвойПо матушке Расее!Будут все тогда смеяться,Над тобою хохотать,Сердце кровью обливаться,И на нарах будешь спать!Выдадут тебе халат,Сумку с сухарями,И зальешься ты тогдаГорячими слезами».Я не крал, не воровал,Я любил свободу!Слишком много правды зналИ сказал народу:«Не забуду мать роднуюИ отца-духарика.Целый день по нем тоскую,Не дождусь сухарика».А дождешься передачки —За три дня ее сжуешь,Слюну проглотив, заплачешьИ поновой запоешь:«Помню, помню, помню я,Как меня мать любила.И не раз, и не дваОна мне так говорила:«Не ходи на тот конец,Не водись с ворами!Рыжих не воруй колец —Скуют кандалами»!Не забуду мать роднуюИ Серегу-пахана!Целый день по нем тоскую.Предо мной стоит стена!Эту стенку мне не скушать,Сквозь нее не убежать.Надо было мать мне слушатьИ с ворами не гулять!Выдадут тебе халат,Сумку с сухарями,И зальешься ты тогдаГорячими слезами!Помню, помню, помню я,Как меня мать родилаИ не раз, и не дваОна мне так говорила…
ЦЕПИ
Спускается солнце за степью,Вдали колосится ковыль…Холодные звонкие цепиВзметают дорожную пыль.Идут они с бритыми лбами,Вдали шагая тяжело,Ведь, видно, такая невзгодаИм всем теперь на роду.И вот они, братцы, затянулиПро Русь, про Русь, про родную поют.Лениво сгибают колени.Две клячи телегу везут.Спускается солнце за степью,Вдали колосится ковыль…Холодные звонкие цепиВзметают дорожную пыль.
ЧУБЧИК
Чубчик, чубчик, чубчик кучерявый,Развевайся, чубчик, по ветру!Раньше, чубчик, я тебя любила,И теперь забыть я не могу.Бывало, надену шапку на затылок,Пойду гулять с полночки до утру.Из-под шапки чубчик так и вьется,Так и вьется чубчик по ветру!Чубчик, чубчик, чубчик кучерявый,А ты не вейся по ветру!А ты, карман, карманчик мой дырявый,Вот ты не нра-, не нравишься вору!Пройдет зима, настанет лето,В саду цветочки пышно расцветут.У меня, у бедного мальчонки,Ручки да ножки цепями закуют.Но я Сибирь, Сибирь я не боюся,Сибирь — ведь тоже русская земля.Развевайся, чубчик кучерявый,Ты развевайся, провожай меня.Чубчик, чубчик, чубчик, кучерявый,А ты не вейся по ветру!А ты, карман, карманчик мой дырявый,А ты не нра-, не нравишься вору!
ЖИГАНСКАЯ СЛЕЗА
Я встретил девочку на пересылочке.Она портовою пацаночкой была,И ей понравилась улыбка жуликаИ откровенные жиганские глаза.И вот идет этап, и уезжаю я,И уезжаю я, быть может, навсегда.Но ты не плачь, не плачь, моя пацаночка,Ведь я вернусь и заберу тебя.Вот сроки кончились, вернулись жулики,Вернулся он в свой край родной,Но среди всех подруг он не находит вдругТу синеглазую пацаночку свою.Спросил — ответили: «С другим уехала,С другим уехала, быть может, навсегда…»И в жизни в первый раз у жулика из глазСкатилась крупная жиганская слеза.