Чтение онлайн

– - Гиблое место это, -- говорит хан.
– - Овцы там пропадают.

Остроту своего зрения я мог проверить только одним способом. Что и сделал. Снял с мизинца ведьмин подарок. Туман рассеялся. Вместо избушки трава в пояс, а от озера даже запаха тины не осталось. Налюбовавшись пейзажем, я натянул кольцо назад. Все встало на свои места озеро, дом, туман.

– - Привал.
– - Скомандовал я.
– - Желающие могут перекусить. За мной не ходить, я скоро.

– - Ты куда?
– - Выдохнуло разом восемь глоток. Пришлось соврать:

– - Живот крутит, я мигом.

Туман был вязким, как кисель. Первые шаги оказались самыми тяжелыми. Но кольцо на пальце пульсировало, тянуло вперед. Я чувствовал себя как водолаз, у которого передавило шланг подачи дыхательной смеси. Дышать нечем, непонятный туман категорический отказывался лесть в легкие, сколько бы я его не глотал. Пришлось упасть на колени, стало легче. Через десяток метров туман сдался, а скоро и вовсе исчез.

– - Ты кто такой?
– - Раздалось над ухом.

Я поднял голову. Передо мной стоял лысый старик с шикарной спутанной бородой. Из-под чистого, но мятого халата выпирает нехилый животик.

– - Ты Губан?

– - Я то Губан, а ты кто?

– - Вот, -- показал я кольцо.

– - Вон оно что, -- ухмыльнулся колдун.
– - То-то я думаю, как ты сюда попал. Значит, жива еще старая перечница?

– - Бабка Агата кланяться велела, -- соврал я.

– - Локти, небось, дура кусает, что замуж не пошла?

Я промолчал.

– - Ну, коль приперся, пойдем, ужинать. Я тут на днях баранчиком разжился.

Избушка оказалась неказистой только снаружи. Стоило переступить порог и ноги утонули в толстом пушистом ковре. На окнах чистые занавески, у дальней стены широкая кровать под балдахином. На роскошной перине под кучей взбитых подушек я заметил женскую юбку. Колдун смутился:

– - Колдовал намедни, штаны хотел сотворить, промашка вышла.

Я понял -- врет, но благоразумно промолчал.

В центре комнаты на столике с изогнутыми ножками на серебряном блюде исходили паром куски хорошо прожаренного мяса. Рядом приютились две ржаные лепешки, пара кружек и пыльный кувшин.

– - Прошу, -- щелкнул пальцами Губан.

Меня обдало холодом. Из воздуха сотворился стул. И не просто абы какой, а тончайшей ручной работы, мягкое сиденье, резная спинка -- антиквариат одним словом. Я ошалел. Не знаю, что уж увидел на моем лице Губан, но остался доволен. Он небрежно щелкнул второй раз. В метре от него на ковер грохнулся березовый пенек. Лицо у колдуна сквасилось, как у ребенка, которому не купили понравившуюся игрушку. Губан покосился в мою сторону и сказал:

– - А я вот по старинке люблю, на пенечке.

К трапезе приступили в полном молчании. Какое-то время за столом слышался только хруст бараньих костей. Утолив первый голод, Губан набулькал из кувшина в кружки по самый верх.

– - Стул мелочи. Винца вот попробуй.

Я хлебнул с опаской. Замер, ожидая реакцию желудка. И не удержался, глотнул в полную силу. Меня закружил аромат осеннего сада. В одном глотке я чувствовал вкус десяток ягод. Не смешанный, каждой в отдельности, будто срывал с куста. Сначала виноградинку, затем смородину, землянику, надкусил спелое яблоко, сыпанул в рот пригоршню малины. Я пил нектар Богов. Я чувствовал себя Богом. Губан ерзал на березовой чурке и старательно делал вид, мол, ничего особенного, так, обыденная мелочь, для запивки на скорую руку. А самого распирало от гордости.

– - Еще кружечку?

– - С удовольствием, -- кивнул я и честно признался, -- такого вина никогда в жизни не пил. Бальзам для души!

Губан крякнул от умиления, потупил глазки и скромно ответил:

– - Это я еще плохо старался. Не знал, что гость к ужину будет.

После третьей кружки колдун смахнул с бороды капли пролитого вина. Спросил:

– - Ну, сказывай, чего там Агате надобно от меня?

– - Да собственно ничего.

– - Тогда сымай кольцо, не тебе дарено.

Я растерялся, по инерции потянулся к мизинцу. Но в последний момент одумался и вперил в колдуна наглый дерзкий взгляд.

– - Бабка Агата мне его подарила.

– - И что с того?

– - Она сказала ты помочь должен.

– - Вот дура баба!
– - Взорвался Губан.
– - Нашла что дарить. Мне от нее даже поцелуйчика не досталось, про другое уж и не говорю. Разок с руками полез, так она стерва, мне волосья с головы выдернула, ни одним колдовством опосля восстановить не мог. Сымай кольцо!

– - Нет!

– - Да ты пойми, -- сбавил Губан обороты, -- стар я стал. Силы уже не те, от того в глуши и прозябаю. Колдую по мелочи, для себя. Чем я помочь могу? Вина вон если еще сделать...

– - Да ты хоть выслушай сначала, -- обиделся я.

Старик с горла хватанул остатки вина в кувшине и буркнул:

– - Слушаю.

Я уложился в пять минут. Вспомнил все подробности, какие смог и с надеждой спросил:

– - Поможешь?

– - Назад, стало быть, хочешь.

– - Хочу.

– - Ну-ка, дай свою писульку.

Я вытащил из кармана измятый лист с заклятием. Губан долго всматривался, даже понюхал.

– - Хорошее колдовство, чувствуется рука мастера.

– - Ну, и...
– - Не выдержал я.

– - Чего и? Агата дура дурой, а ты еще дурней. Видишь знак отпускной снизу?

– - Пентаграмму что ли? Вижу.

– - Да ни шиша ты не видишь!
– - Ни с того, ни с чего разозлился Губан.
– - Знак это отпускной, а не пентаграмма.

– - И что?

– - А то! Ослиная твоя башка, что колдун, который это заклятие сотворил, отпустил его от себя, всю силу в бумагу вложил, на коей оно писано. Уяснил?

– - Нет.
– - Честно ответил я.

Губан встал, прошелся по комнате, два раза почесал лысину. На его лице отчетливо читалось -- такого тупицу как я, он еще не встречал.

– - Ежели тебе смерть предсказали, али еще чего плохого, что сделать требуется, чтоб пророчество не сбылось?

Я пожал плечами.