Бог-близнец
Шрифт:
«Дорогая Екатерина Ореевна.»
Он хочет начать именно так. В мыслях Ксения она смотрит телевизор, видит панику и страх в речи диктора, всё понимает и идёт вскрывать письмо… Для сторонних людей обращение «дорогая» будет выглядеть, как издёвка. Но она, может быть, поймает единственную нотку правды в этом письме.
Конечно, Киреев много размышлял, в праве ли он жертвовать семьёй ради своей цели. Даже не семьёй, они его изгнали, а просто людьми, невинными в родстве с ним. Но без такого риска не получится освободить мир. Человечество, разумные создания должны жить под прямым руководством Бога, за расхождения с которым он каждые тридцать лет бьёт дубинкой тех, кто посмел выбрать свой путь не так, как угодно Ему. Прогресса почти нет, весь мир — это какое-то пастбище, где все плодятся и размножаются, планета перенаселена, скоро чихнуть будет негде. И все, все должны подавлять свою же природу, созданную Им. Страсти, азарт, желания — всё это отбрасывается, как недостойное поведения человека. Ксению кажется, что Бог — это садист, который создал людей такими, а требует быть другими. Мы мучаемся, Он наслаждается этими мучениями.
И есть шанс освободить от Него мир. Призрачный, быть может. Но Ксений верит. Даже безбожнику-еретику нужно во что-то верить. Его жизнь лет через десять, максимум двадцать закончится, и он ни за что не простит себе, если не воспользуется этим шансом сделать мир лучше не лекциями, собирая успех по крупинке в год, но одним делом, меняющим сразу всё.
«Пишет вам еретик Киреев Ксений Савельевич. Если хочешь что-то спрятать надёжно, спрячь это на самом виду. Так и я таился, ничего не тая ни от вас, ни от остального мира. Вы все думали, что я — добрый и безобидный. Но у меня было знание об Оружии, которое может освободить мир. А вас, всех своих коллег и учеников, я лишь использовал, чтобы не вызывать подозрений.»
Да, приписать в письме не только Екатерину Буш, но и коллег со студентам — хороший ход, так хоть на каплю, но ответственность будет распределена между ними всеми.
«Но сейчас скрываться смысла нет. Когда вы это читаете, я уже убил Бога, или хотя бы попытался. И вот, что я хочу сказать вам всем, «нормальным» людям. Вы — жалкий и презираемый скот, всю жизнь, от рождения и до старости, смотрящий в рот Создателя, аки птенцы в рот родителям. Я вас всех ненавижу.»
Пожалуй, хватит. Ксений ещё раз окинул письмо, вроде получилось достоверно. Тем более, врать не особо и пришлось. Киреев затушил очередную сигарету и начал переписывать аккуратным почерком на чистовик (он думал написать специально коряво, добавляя к своему образу некой «порченности», противопоставления порядку и красоте, каким, по общему представлению, и должен быть еретик, но потом передумал, почерк должен быть узнаваем).
Да, ради это этого он готов рискнуть всем. Своей жизнью. Чуждой роднёй. И даже Екатериной. Хотя для неё есть эта записка, дающая шанс отвести гнев. Если придут за госпожой Буш, она сможет предъявить написанное его же рукой письмо. Там, в этих словах, он ненавидит её и презирает.
Сложно сказать, сработает ли это на самом деле. Раскусить не так, чтобы очень сложно. Но иного пути Ксений не нашёл. Рвать отношения публичным скандалом он не смог бы: не любит внимание посторонних, да и актёрских качеств, пожалуй, недостаточно. И ещё, как робко шепчет сознание, у него кишка была бы тонка. А так — записка на экстренный случай, шансов Екатерине добавляет, уже не бесполезно.
Оно уже лежит перед ним, в белом запечатанном конвертике, без подписи. «Если случится что-то плохое со мной в той поездке, открой. Но никогда иначе». Пожалуй, именно с такими словами он передаст его. Екатерина поймёт, не будет вскрывать раньше времени. Может быть захочет остановить, предчувствуя неладное, но он как-нибудь отшутится.
Так что завтра, в среду, он заглянет в университет, отдаст ей записку, попрощается и уедет. И остаётся самое важно дело во всём этом плане. Встреча с его наставником и учителем. С тем, кто помог неоперённому еретику лучше понять себя, найти нужные ответы. Тому, у кого есть оружие против Бога.
Интермедия 5. Джон Стивенсон «Концепция Вымышленной Истории»
Как всем известно, Бог, Создатель нашего мира, совершил первое Явление на заре XIII века. Ранее, он, конечно же, обращался к отдельным людям, меняя ход истории, но эти отдельные эпизоды влияли не так сильно на мир в целом. Лишь после Его явления в мире, Всемогущего, Карающего искажающих Его слова и грешников, мир стал действительно меняться. До сих пор не утихают споры историков по поводу степени религиозности людей в период до начала Явлений.
С одной стороны, есть сторонники философского учения Канта, который утверждал, что в упомянутую выше эпоху люди были массово верующими (во многом из-за потребности объяснения мироздания и чувства Бога). Однако правителей абсолютная власть, поддерживаемая ложными религиями, развращала, в результате чего они, греша против догматов своих же верований, укореняемых среди подданных, явно или скрытно, развязывали в мире войны и прочие действия, считающиеся греховными (работорговля, человеческие жертвоприношения и пр.).
Другая популярная теория — «теория слепцов» Вернилия — говорит нам о том, что «в отсутствие Бога люди, не могущие верить в то, чего не видят, не согревающиеся от тепла Его, не видящие свет Его, а потому пребывающие в духовной слепоте, веровали не сильно, урывками, не сопрягая всю жизнь свою с волею Его». Т. е. степень религиозности была относительно низкой.
Сказать что-то новое, подведя итог в этих спорах, может лишь сам Создатель, не мы.
Но мы, как представители сообщества историков, можем дать людям другое. И автор статьи хотел бы предложить создать учебник «Вымышленной Истории». Истории мира, в котором Бог не является людям. История, которая бы не изменилась с первым Явлением.
В данной статье собираюсь упомянуть об основных вехах и тенденциях развития такого мира:
— Усиливается роль религии в организации войн. Всё в большей степени институты религиозного культа будут продолжением экономических предпосылок войн. Тенденция будет развиваться, в некоторые века спадать, но в будущем (относительно XIII века), с учетом зарождающихся процессов глобализации, непременно расти. Как показывают исследования в области социологии и теологии, мотивация рядовых воинов (большей части всех войск) с помощью религий, при умелом использовании, дает огромные результаты. Людей не мотивирует идти воевать, чтобы у их правителя появились новые земли. Куда как больше мотивирует напасть на греховных неверных, заслужив благополучное посмертие или какие-либо иные духовные «дивиденды» своей религии.
— Мировая глобализация растянется на многие века или тысячелетия из-за раздробленности культур. Ложные религии служили одним из очагов объединения разных государств еще с древнейших времен. И, вероятно, если мир сохранит большое количество религии на продолжительный срок, то объединение мира, которое и в нашем, реальном, еще не законченно, будет растянуто на более продолжительный срок.
— Роль религий, за исключением времен религиозных войн, будет низкой. Относительно существующего в нашем мире порядка, конечно же. Не видя Бога, являясь свидетелями войн и греховных деяний правителей, люди будут сомневаться в их богах и религиозных институтах. Вероятно существование общества вне религий. Даже если временами будут встречаться сверх-религиозные культуры, они будут явлением временным, общая «средняя» религиозность будет относительно низкой.
— Увеличение негативной роли личности в истории. Без Явлений Бога, способного наказать плохих правителей, слабых и недостаточно умных, были бы возможны (как и было в период до Явлений в нашем мире) правители, обладающие низкими интеллектуальным уровнем, ухудшающих состояние своего государства и мира в целом, совершая крайне вредные для человечества ошибки.
— Технологический и гуманитарный прогресс ускорится. При относительно низком уровне веры в мистическую силу бога, люди будут более активно развивать технологии, стремясь познать мир (ведь они не так сильно верят в картину, которую дают институты религий). Также, философский поиск места человека в мироздании, характерный еще для первых цивилизаций, будет идти так же активно и не будет, вероятно, по причинам оговоренным выше, так близко связан с теологией, как в существующем мире. Увеличится разнообразие творческих произведений, т. к. люди будут строить их как на предположении существования Бога, так и на предположении его отсутствия.