Чтение онлайн

На звонок ответили не сразу. Выслушав Сашу, собеседник пригласил к себе на работу. Сначала Александр немного волновался, ведь охрана стоит у лифтов и на их этаже и внизу, но никто не помешал покинуть этаж, а затем и всё здание через дверь для сотрудников. Никаких слов и даже реакции на него. А ведь он впервые с заезда в «Grand Capella» покидает временный то ли тюрьму, то ли дом.

Добираться пришлось почти час, и это ещё довольно быстро по московским меркам, библиотека оказалась в той же части города. Под категорию «Теология» в целом комплексе из шести высоких зданий выделено самое крупное. Первые два этажа — история религии, с третьего по шестой хранятся трактаты теологов, на седьмом произведения еретиков. Многие из них — в рукописной форме, не всегда находились желающие печатать убыточную ересь.

Его одноклассник, высокий и худощавый, с длинными волосами, завязанными в хвост, в заношенной клетчатой рубашке и джинсах встретил внизу, у входа. Он носит всё те же очки с небольшими круглыми линзами, что и в старших классах.

Павел Климов, носящий пышное отчество Джафарович, сидел все старшие классы за одной партой с Александром в двадцать четвёртой школе Москвы. И даже поступили в одну группу университета имени Стальского, на экономистов. Но на второй курс Павел перевёлся на исторический факультет, он почувствовал тягу к этой науке. И хоть они учились в одном здании, но крепкая дружба затухла, уступив место общению с однокурсниками.

— Привет, Паша.

— Привет, Саша.

Они улыбнулись, пожали руки.

— Давно не виделись. Прости, что по делу так неожиданно.

— Ничего, я рад с тобой увидеться. А сейчас ты для меня вообще как живая легенда, муж Богородицы! Это… это невероятно.

— Ага… А ты как? Женат?

— Да, уже ждём ребёнка.

— Надеюсь, не близнецов? — смешок вышел не очень уверенным.

— Нет. Давай, не будем время терять, по пути обсудим.

Они прошли через турникет, за которым следит пенсионного возраста вахтёрша, поднялись на лифте и поехали на седьмой этаж.

— Всё же не могу поверить, я рядом с мужем Богородицы. Каково это? Люди, получившие благословение, описывают его, как прилив сил, неожиданную ясность ума, эйфорию. А ты что чувствуешь? Тебя же Мария тоже благословила. Или каждый день даже прикасается и благословляет? Что чувствуешь?

— Ничего. Не знаю. Мысли все о другом, вот к тебе и приехал.

— Да, понимаю.

— А ты сам ещё не паломничал?

— Нет. Но мы с Зумрад уже записаны в очередь через профсоюз, примерно через пару недель нас отвезут.

— А я и не знал, что чиновники так хорошо работают.

— Да, стараются.

Они уже идут по длинному коридору с редкими стеклянными дверьми, примерно через каждые сорок метров.

— Так где искать информацию по моему вопросу?

— Как ты и предполагал, в материалах Религии о семьях Богородиц ничего особо интересного нет, эта информация находится в их архивах, не попадающих в библиотеки. Но есть ряд слухов в еретических материалах.

— А им можно доверять?

— Ну, некоторые еретики были довольно приличными людьми, которые, несмотря на взгляды, вызывают уважение. Я уже кое-что набрал для чтения, но ещё поищем. Кстати, знаешь, что недавно открыл для себя? Даже буду докторскую писать. Все пики еретических публикаций приходятся на периоды Явлений, это словно обострение.

— Занятно.

— Да. И может даже ещё какие-то найду общие тенденции. Я ещё в самом начале исследования.

Коридор успел свернуть направо, а спустя несколько сотен метров, ещё раз, образуя букву «П».

— Вот и сейчас, буквально за несколько недель до Явления за счет сановников было издано целых пять трактатов современных еретиков. Куртц, Лоренц, Мааров, Элрик и Ким. Всего по сорок экземпляров на весь мир. Для крупнейших библиотек, нашей в том числе. Сам понимаешь, кому они еще нужны. Так вот, они были написаны совсем недавно, может месяц назад. И все авторы живут в совершенно разных точках мира, насколько мне известно не знакомы друг с другом. И разом написали.

— Что-то новое?

— Да нет, всё тот же посыл анти-Религиозный.

Наконец они дошли. Одна из последних дверей на этаже. В конце лишь пожарная лестница с надписью «Выход» на зелёном плафоне. Павел достал увесистую звенящую связку ключей, выбрал нужный и открыл замок. Они вошли в просторное помещение, с двумя рядами трёхметровых стеллажей с книгами, большинство небольшого формата, с мягкими обложками, много брошюр. По центру помещения равномерно расставлены пять деревянных столов, за каждым могут разместиться по восемь человек. Центральный из них заставлен книгами, собранными Павлом по стопкам.

— Добро пожаловать на мою работу. Бери вот ту стопку, я закладками отметил, что тебе стоит прочитать, остальное я пока изучу сам.

***

Марк уже на взводе. Вечер, а испанцев нет.

— Это ты виновата. Что мы будем с ней делать?

— Не знаю.

Афина сидит метрах в двадцати на скамейке, ближайшей ко входу в парк. Всё смотрит родителей. Еще только пять часов, время есть.

— Ты же понимаешь, что у нас никаких документов нет. Нас в полицию могут забрать!

— Тише, не надо, чтобы девочка слышала.

— Да мне всё равно! — он уже повысил голос.

— Марк, сходи уже перекури, успокойся.

— Сама иди! Ты, — он уже стал тяжелее дышать. — ставишь под угрозу наше паломничество. Наше. Ради наших детей. Нас.

Марк сжал кулаки, махнул рукой и пошёл куда-то вглубь парка. Фрида пошла к девочке.

— Ты как, малышка?

Та обняла женщину и зарылась лицом в рубашку.

— Не волнуйся, они приедут. Не сегодня, так завтра.

— А если с ними что-то случилось.

— Всё нормально. Давай так, ты сидишь здесь, а я схожу и куплю мороженое. А то жарко так.

Девочка слегка улыбнулась и кивнула.

— А потом я приду и будем вместе ждать твоих родителей.

***

Уже почти восемь утра. Скоро сюда, в БГУ, придёт Екатерина, а через полчаса за Ксением подъедет машина от администрации, чтобы отвезти на вокзал. Ему остаётся передать приготовленное письмо.

Ксений сидит на одной из скамеек, что идут вдоль широкой брусчатой дороги, ведущей к крыльцу университета. Курить преподавателям здесь, где ходят студенты, негласно запрещено, но сейчас ещё слишком рано, первые пары начнутся в девять часов. Солнце начинает выглядывать из-за ближайших многоэтажек, согревает свежий майский воздух. Как приятно затянуться сейчас сигаретой.

Не успел Киреев докурить, как увидел Екатерину Буш. Свой чёрный деловой костюм (длинная узкая юбка, пиджак с золотой брошкой в форме перышка) она, кажется, никогда не сменит. Словно актёр среднесортного сериала, его подруга и начальница, ходит на работу всё время в одном и том же. Она сразу заметила Ксения и подошла.

— Я думала, ты сегодня уедешь.

— Да, буквально через пять минут за мной заедет машина. Решил начать свой путь отсюда.

— Даже немного символично.

Ксений тепло ухмыльнулся.