Чтение онлайн

Агмаил пожал плечами, предлагая собеседнице продолжать.

— Несущие противоречат самому естеству нашего мира, потому так важны. Первый Набла, будь он обычным человеком, никогда бы не совершил того, что ему удалось. Но будущее его было предусмотрено Демиургом, поэтому время от времени Первый Набла получал знания и силы — невозможные. Он — самый известный из Несущих, поэтому я и изучаю его. Потому что тайна Первого Наблы есть ключ к разгадке другого Несущего — тебя.

Фиолетовые глаза Агмаила с прикрытым удивлением посмотрели на Эвелин, чьё лицо было скрыто полями шляпы.

— Да-да, Франц, — Эвелин мечтательно улыбнулась, но Агмаил этого не увидел. — Я давно пытаюсь понять, как ты это всё устроил. И смерть Талемера, и Эйонгмера, и вторжение Атексетов… Устроил хорошо, да так, что сам не в силах вспомнить. Ты уже переиграл сам себя, но время пройдёт, и лишь тогда поймёшь, как. Я же хочу сделать это раньше. Смотри…

Солнце опустилось к горизонту, залив домик через дверной проём ярким оранжевым светом. На шахматную доску упали длинные полосы теней от точёных деревянных фигур. Райли поднял последний кубик с пола и водрузил на вершину своей великолепной работы.

— Дориан, — Альфер, склонив голову, безучастно посмотрел на доску. — А где твой король?

— Там же где и твой, — ответил Дориан и повернулся всем телом в сторону Райли. — На вершине башни…

Эвелин улыбнулась.

— В этом домике одним человеком меньше, чем мы думаем, — сказала она. — Но одной загадкой больше…

Франц и Эвелин, два Бога-Основателя, смотрели вдаль, откуда к ним шагал человек. Они едва различали его, залитого солнечным светом — но чувствовали, как густой жаркий воздух откидывает назад полы его плаща, как сверкают красные лучи заката на полированной поверхности шлема. Райли поднялся на ноги, вышел навстречу ему — и их образы слились воедино в этом багровом свете, являя взгляду Эвелин и Франца фигуру, которую они уже почти забыли: Великого Лидера Антонио Шарка, Первого Наблу.

На самом верху оставленной в пыльном домике башни стоял чёрно-белый шахматный король.

***

— Лориан?.. Лориан, слышишь меня?

— Да, — ответил он, открыв ментальный клапан. — Слышу вас отлично.

Ничего больше не попадёт в его сознание без его разрешения, как и не покинет его память. Его мысли станут неприкосновенными, свободными. Нейра больше не будет иметь над ним власти.

— Ты пропал из эфира на несколько секунд, — снова услышал Лориан голос Гвен. — Что-то случилось?

— Боюсь, я не могу сказать… Не знаю.

Он чувствовал себя, словно ушёл с ветреной террасы в уединённую комнату. Тишина. Ни единого сигнала нейры — только он и его разум. Так ли себя чувствовали те первозданные люди, чьи мысли принадлежали лишь им самим?

Лориан знал, что поступает против правил. Он знал, что, когда Агмаил узнает об этом, он может заработать себе страшного врага в лице Бога Разума. Но он также знал, что по какой-то причине важен и нужен Агмаилу — поэтому это можно использовать как повод для самого кощунственного шантажа в его жизни.

От спасательной группы всё не было вестей. Лориан знал, что она должна появиться, но как скоро — зависело лишь от того, как близко к точке сражения находилась какая-нибудь боевая станция. О прибытии спасательной группы можно было узнать заранее — по яркому сигналу, исходящему от них — но Лориан не слышал его. Никто не слышал.

— Капитан Алери, половина — три четверти, наблюдаю неопознанный объект, — услышал Лориан голос кого-то из Рыцарей.

Он посмотрел в указанном направлении. Поначалу взгляд не замечал ничего, но вскоре Лориан уловил, как на чёрном фоне космоса пропадают и появляются звёзды. И чёрное пятно пустоты, двигаясь в пространстве, становилось всё больше…

— Связь в режим ожидания! — резкая команда Персиваля заставила Лориана вздрогнуть. Не отрывая взгляд от неизвестного объекта, он приглушил посылаемые Истребителем сигналы.

Диск непроглядной тьмы приближался, и вскоре начало казаться, что он покрыл собой половину неба. Лориан знал, что Атексетес, главная база неприятеля, обладает немаленькими размерами — но только сейчас, когда он увидел Атексетес вблизи, он понял, насколько ошибался в своих догадках. Прямо над ним пролетал искусственный объект размером с небольшой астероид, который люди, как полагалось, должны одолеть в бою…

Атексетес был совсем близко. Он выглядел, как прореха в мироздании, абсолютно чёрный диск без текстуры и цвета. Ни в одном диапазоне частот, которые воспринимали искусственные глаза Истребителя, Лориан не мог углядеть на Атексетесе ни единой детали. Он понимал, что, скорее всего, Атексетес имеет форму шара — но сейчас он выглядел абсолютно плоским. Даже не так — отсутствующим.

Громада двигалась мимо. Внутри неё, как считали люди, располагается вся армия вторженцев, все боевые корабли, дроны и воины. Она была так близко, казалось, протяни руку — и коснёшься этой чёрной, как ничто, поверхности; но дальности действия зормильтоновского модуля не хватало даже на малую долю расстояния до неё. Лориан смотрел, как плывёт мимо объект, уничтожение которого гарантировало победу Айлинерону — и осознавал собственное бессилие. Он желал, неистово и страстно, желал получить однажды такую силу, чтобы собственным разумом охватить целую планету, и если на то будет причина — этим же разумом обратить её в пыль. Тогда никакой Атексетес не покажется ему преградой, и Айлинерон будет восседать на троне победителя.

Пролетев совсем рядом, Атексетес стал медленно отдаляться. И в какой-то момент Лориану показалось, что что-то сверкнуло в нижней его части.

— Связь из режима ожидания, — сказал, наконец, Персиваль, когда объект скрылся вдали.

— Вы это видели? Он что-то сбросил на Левен, — заметил кто-то из Рыцарей.

***

— Зачем ты пришёл? — спросила Эвелин, выходя из дома Серанэта на лужайку под звёздным небом. Даже с поверхности Левена можно было видеть вспышки битв на высокой орбите.

— Видишь ли, Флевис, — сказал Агмаил, оставшись на веранде. — Ты мой единственный ключ к моему настоящему прошлому. Я всё чаще вспоминаю те дни, когда пришёл Эйонгмер, и всё чаще понимаю, будто забыл что-то важное. Кого-то…

Эвелин снова улыбнулась — Агмаил не увидел этого, но почувствовал.

— Ты позаботился о том, чтобы никто из нас его не помнил, — ответила она. — Мои прорехи в памяти вряд ли меньше твоих.

— О, неужели ты думала, что я не догадался об этом? — Агмаил игриво прищурился. — Меня интересуют вовсе не потерянные тобой воспоминания. Я пришёл за всеми оставшимися.