Чтение онлайн

— Помню, Ваше Императорское Величество. Но мне больше импонирует Диоклетиан. — Маленький реванш удался, по глазам вижу — не сразу Мария Фёдоровна про фокус с капустой вспомнила.

— Простите, Денис Анатольевич, я вовсе не хотела Вас обидеть какими-то намёками. Ваша преданность не вызывает никакого сомнения, иначе сегодняшний разговор не состоялся бы… — Вдовствующая императрица о чём-то задумывается, потом медленно продолжает, и каждое её слово, подобно «ещё одному кирпичу в Стене», тяжко падает на своё место во фразе.

— Несколько лет назад в этом же кабинете я задала одному офицеру вопрос… Готов ли он, человек чести, совершить бесчестный поступок во благо Отчизны? Тогда он ответил согласием. Ныне я задаю этому офицеру этот же вопрос. И желаю услышать ответ.

— И сейчас ответ будет тем же.

Регент и Мария Фёдоровна секунд десять смотрят на меня, ожидая продолжения фразы, затем их взгляды скрещиваются на Цесаревне, до сих пор хранящей молчание… Которое, наконец-то, она прерывает:

— Даже если придётся поступиться всем, включая своё доброе имя, стать отверженным парией и изгоем в глазах общества, господин полковник?..

М-да, уже не та напуганная до полусмерти девчонка, которую Котяра на руках тащил к санитарному эшелону. И не стесняющаяся от неопытности «шефиня» нашего батальона, вручающая господам офицерам кортики… И годики берут своё, сколько ей сейчас?.. Двадцать семь, кажется… И к бремени Власти потихоньку привыкает, до коронации-то совсем ничего осталось…

— Ваше Императорское Высочество! Я готов пойти на очень многое, но при единственном условии — должен понимать, что происходит и в чём смысл моих действий! В противном случае — увольте!..

Княжна слегка тушуется, смущённая резкостью и официальностью ответа, но тут же берёт себя в руки.

— Денис Анатольевич, данная постановка вопроса продиктована очень важными обстоятельствами!..

— Никто не собирается использовать Вас, господин полковник, в качестве цепного пса, готового вцепиться в глотку любому, на кого укажет хозяин… Хозяйка… Наоборот, у Вас будет право самостоятельно принимать решения в достаточно широких пределах. — ВэКаэМ приходит на помощь племяннице. — Тем более, что нечто похожее Вы уже проделывали недавно…

И чего ж я такого нехорошего-то недавно отчебучивал? В «Неуловимых» играл?.. Опять разговоры разговаривать будем про «эскадроны смерти»?

— Вам навряд ли об этом известно, Денис Анатольевич… Когда мой предок Александр I стал Императором, он собрал возле себя так называемый Негласный комитет, небольшую группу приближённых, которым всецело доверял, чтобы советоваться с ними по вопросам государственного устройства. — Цесаревна вновь берёт инициативу в разговоре. — Я хочу поступить аналогичным образом. Но мой комитет не должен быть безруким и беззубым. У него должен быть исполнительный орган. Иными словами — мне нужны своего рода преторианцы по аналогии с древним Римом…

— Простите, Ваше… — Заметив великокняжескую ладошку в протестующем жесте, исправляюсь. — Простите, Ольга Николаевна, мне эта аналогия кажется не совсем удачной. Слишком уж многих императоров данные гвардейцы отправили в мир иной. Давайте уж лучше вспомним опричников-кромешников царя Ивана Грозного.

— Разве «кромешник» не означает «обитатель Ада»? — Непонятно к чему интересуется вдовствующая императрица. — Это звучит не очень-то благозвучно.

— Не только, Ваше Императорское Величество. По Далю «опричь» имеет ещё синоним «кроме», соответственно опричник и есть кромешник…

Хотя, если я правильно понимаю смысл моей сегодняшней аудиенции, под «кромешником» нужно понимать человека, способного устроить локальный, но вместе с тем достаточно эффективный ад тому, кто слишком уж настойчиво не согласен с единственно правильными августейшими решениями. И я вполне подхожу на эту роль.

— Вы правильно понимаете смысл сегодняшней встречи, Денис Анатольевич. — Регент снова вступает в разговор вместо замолчавшей будущей императрицы. — Как я уже сказал, нечто подобное Вы несколько лет назад успешно проделывали.

Ну да, ну да, земельный и хлебный бунты. Но тогда обошлись максимум тысячей-полутора обоср…гаженных кальсончиков, гипертонических кризов и сердечных приступов. А сейчас работать, скорее всего, придётся в режиме «фулл контакт». И не факт, что ныне существующие «Неуловимые» потянут это даже полным составом. Надо будет искать людей…

— Но сейчас несколько другая ситуация. И работать группе придётся в иных условиях. Я не имею абсолютно ничего против господ офицеров Первого Батальона, вышедших из нижних чинов, но в данном случае они будут выглядеть слишком явным диссонансом. — Великий князь Михаил как будто читает мои мысли.

— Так, значит, у Вас возражений нет, Денис Анатольевич? Вы согласны? — Великая княжна Ольга старается держаться спокойно, но глаза чуть-чуть выдают волнение.

— Согласен. — Ставлю точку в прениях, затем выдаю провокационный вопрос. — Хотелось бы только узнать, кто будет принимать решения, обязательные для выполнения Вашим покорным слугой. Насколько я знаю, в Негласный комитет входили четверо — граф Строганов, князья Кочубей и Чарторыйский и некто Новосильцев. Масоны, которых в разное время подвели к тогда ещё Цесаревичу Александру в качестве агентов влияния… И произошло это после того, как император Павел, узнав о роли масонов в Великой французской революции, а также конкретно в решении казнить короля и королеву, подтверждает строгое исполнение закона о запрете масонских лож, после чего моментально меняет статус «Друг-покровитель» на «заклятый враг»…

Делаю паузу, ожидая, пока Мария Фёдоровна и княжна Ольга перестанут удивляться. Регент многозначительно улыбается, он в курсе, что «разбору полётов» с Земгором несколько лет назад предшествовала тщательная теоретическая подготовка по истории вольных каменщиков, российской либеральной интеллигенции, пламенных революционеров всех окрасов и прочей сволоты. Эти уроды так друг с другом тесно переплелись, что частенько было невдомёк где заканчиваются одни и начинаются другие…

— Не волнуйтесь, Денис Анатольевич. — Цесаревна быстро справляется с эмоциями и наносит ответный удар. — В мой Негласный комитет войдут Регент Российской империи Великий князь Михаил Александрович, академик Павлов, генерал от кавалерии Келлер и полковник Гуров, буде на то их добрая воля.

— Пока — полковник. — Многозначительно улыбаясь, добавляет Регент. — Но в ближайшем будущем — генерал-майор. Я до конца не определился с деталями, но создаваемый Вами эскад… Создаваемая группа будет организационно входить в Отдельный Корпус Государственной Безопасности. С непосредственным подчинением только командующему Корпусом и монарху. Классные чины — с двенадцатого по седьмой для простых э-м-м… участников, командиру группы — рост до третьего.

Угу-м… Не-а, не прокатит! Как обычно хотят получше, а получится как всегда.