Чтение онлайн

— Прошу извинить, Михаил Александрович, считаю не совсем правильной разбивку по чинам.

— Полагаете потолок низким? — В голосе ВэКаэМа чуть слышна хорошо замаскированная ирония.

— Никак нет. Низкий — порог. Двенадцатый класс по Табели о рангах — подпоручик, недавно выпустившийся из училища и службы толком не нюхавший. По-моему, начинать надо со штабс-капитанов, то есть с десятого классного чина. И командиру группы потолок не третий класс, а четвёртый.

— Скромничаете, Денис Анатольевич? Не желаете генерал-лейтенантские погоны? — Великий князь с интересом смотрит на меня.

— Скромность тут ни при чём, дело скорее в скрытности. И, собственно, по этой причине было бы неплохо не подчинять нас Корпусу, а ввести в штат Лейб-конвоя… Ну, например… в качестве отдела технического обеспечения. Или как-то ещё завуалировать…

— Чем же Вам ОКГБ не угодил?

— Излишней ко всему подозрительностью. Что сделает любой начальник, узнав, что в его ведомстве числится подразделение во главе с целым генералом, о котором он ничего не знает и знать не должен? Нам вот только слежки со стороны коллег будет не хватать. А Лейб-конвой целиком и полностью в Вашем распоряжении и Вашей власти.

— … Ну, что ж, возможно, Вы и правы… Окончательное решение ещё не принято, посему мы в ближайшем будущем вернёмся к этому разговору. Но есть ещё один достаточно щекотливый вопрос. — После некоторого раздумья ВэКаэМ берёт тайм-аут и снова бросает красноречивый взгляд на Княжну Ольгу.

— Денис Анатольевич… Я понимаю, что с должности полкового командира Вам придётся уйти… И командовать… группой, о которой говорилось Вы будете в любом случае…

— Ольга Николаевна, давайте для упрощения терминологии оставим название «Неуловимые мстители». — Вклиниваюсь в паузу непонятно от чего зардевшейся Цесаревны.

— Хорошо… Но я хотела попросить Вас немного о другом… Коль Вы всё равно будете писать рапорт об отставке… — Княжна окончательно теряется и замолкает, посему Регенту приходится заканчивать мысль за неё:

— Речь идёт о том, чтобы разыграть небольшой спектакль. Но при этом непоправимо должно испортиться Ваше реноме и испачкаться Ваше имя… Если Вы откажетесь, всё останется так, как есть. Я прекрасно понимаю что значит честь офицера!..

О как! Прям, как в том анекдоте «Вах, как неожиданно!». М-да, будь ты даже трижды императрицей, пусть и будущей, но делать такие предложения офицерам Российской императорской армии — тут не только покраснеешь и слов лишишься… Интересно, а в чём смысл?

— Надеюсь, мне не предложат писать краской на кремлёвских стенах нецензурные непристойности? — Как можно благодушней улыбаюсь, давая понять, что особенных взбрыков не будет.

— Нет, господин полковник. — Регент по-прежнему серьёзен. — Вам придётся совершить нечто, идущее вразрез с кодексом чести. Что будет достаточно широко растиражировано в прессе, после чего я своим указом лишу Вас чина флигель-адъютанта. А Вы после этого уйдёте в отставку, давая понять всем желающим выразить соболезнования, что затаили нешуточную обиду на Регента и Цесаревну.

— Хотите половить рыбку на живца, Ваше Императорское Высочество?

— Да, хотелось бы посмотреть, какая щучка на Вас клюнет, Денис Анатольевич. — ВэКаэМ морщится от официального обращения, но принимает аллегорию.

— Это связано с совещанием в Институте неделю назад?

— И да, и нет… Не только… Вы же помните зачем в Россию в восьмом году приезжали Бертран Сеншоль и Жорж Буле, а в одиннадцатом — некая мадам Архангельская-Авчинникова? В семнадцатом году мы масонские сорняки основательно пропололи, всё это время было затишье, но, к сожалению, поднялась молодая поросль. По каналам генерала Потапова прошла информация, что вскоре прибудут новые эмиссары от французских братьев. А учитывая, что полным ходом идёт подготовка к Земскому Собору, который должен будет проголосовать за ратификацию принятых нами за эти годы законов… Пока что они имеют статус моих Указов, но Регентство подходит к концу и надо закрепить все изменения де-юре. Особенно изменения в Законе о Престолонаследии…

Ага, там помимо этого Закона много чего нужного и интересного. Закон о труде, о банках, о госмонополии на торговлю хлебом, дополнения к Уложению о наказаниях уголовных, изменения в Положении о выборах в Госдуму. Все эти годы жили-не тужили без думцев, но тянуть до бесконечности нельзя. Но если последнее не исправить, то лет через пять все труды насмарку пойдут, там снова такая клоака соберётся, что без пулемёта не разберёшься.

Ну, а что касаемо именно вопроса о Престолонаследии — хлопотное это дело с голой пяткой на шашку прыгать. Особенно, если под шашкой Нарочанская бригада подразумевается. Хотя, с другой стороны, правильно говорят — лучше один раз пристрелить гулящую жену, чем каждую неделю отстреливать её очередного любовника. Так что пусть будет «де-юре».

А насчёт очень вольных каменщиков… Как там в детской считалочке говорится? «На дворе стоит забор, на колу — мочало. Эта песня хороша — начинай сначала». Как бы этим каменотёсам по предупредительному выстрелу в голову сделать? Или ипритом протравить, чтобы всем досталось?..

Память услужливо подсовывает цитату из допросного листа Керенского: «Конечная цель масонства — уничтожение монархий и церквей и установление мировой республики».

Где все будут счастливо жить под лозунгом «Свобода, Равенство, Братство». И под руководством, естественно, офигенно продвинутых и охрененно просветлённых вольных каменщиков. И гораздо понятней теперь становится спешка с «Неуловимыми»… Но честное имя офицера! Как я объясню всё Дашеньке, тестю с тёщей, родителям?.. Да уж… Ладно, как-нибудь постараюсь… Как там писал кто-то из пиитов? Да возвеличится Россия, да сгинут наши имена?..

— Я согласен. — Сегодня это уже как клятва какая-то звучит. — Кто мне пояснит что и кому я должен сделать?

— Денис Анатольевич, Вам же знаком полковник Бессонов? — Княжна Ольга, судя по тону, снова почувствовала себя уверенно. — Свяжитесь с ним, он должен помочь разработать легенду. И, я думаю, полковника Воронцова из Института тоже можно подключить к этому вопросу.

Что же касается данного Вами слова, я днями буду в Москве, обязательно побываю у академика Павлова и, наверное, смогу объяснить Вашей супруге и Вашим близким истинные причины такого поведения.

— Благодарю Вас, Ольга Николаевна. — Вежливо, но не совсем удачно пытаюсь закрыть данную тему.

— Кстати, насколько я осведомлена, Ваш отец служит смотрителем гимназий в Томске? Я сейчас занимаюсь вопросами призрения детей, оставшихся без родителей, и хочу предложить ему новое место службы в Столице. Мне нужны люди, которым можно доверять.

— Я думаю, он согласится…

Ага, а куда он денется с подводной лодки? Можно подумать, без пяти минут Самодержица земли Русской направо и налево такими предложениями раскидывается! Градоначальник после получения бумаги с её подписью лично папу в вагон запихивать будет. Ну, чтобы потом в случае чего можно было бы по старой дружбе обратиться.

А вот интересно, откуда у Княжны информация из моего личного дела? Хотя, о чём это я, дурень непонятливый?..

Глава 9.

…Опаньки, а что это там за троица в нашу сторону так целеустремлённо перемещается?.. Ну-ка, ну-ка… Ага… Два офицерских френча с серебристыми погонами конвоируют неброское светло-серое платье. В смысле Ея Императорское Высочество Великая княжна Ольга Николаевна соизволят через минуту-другую почтить своим присутствием наше скромное жилище. В сопровождении двух лейб-конвойцев. Я даже их улыбающиеся и очень знакомые физиономии различаю. Догадаться нетрудно. Во-первых, тех, кого надо, циркулярно оповестили, что Великая княжна на пару с Регентом прибыла в Институт. С возможностью навестить своих подшефных, то бишь, Первый батальон Первого полка 1-й Отдельной Нарочанской Ея Высочайшего имени бригады специального назначения. Официально, конечно, — всю бригаду, но гостьей именно в Моём Батальоне будет. И я там же нарисуюсь. Потому, как — полковой командир и сопровождать обязан.