Больные вопросы родной грамматики: учебное пособие
Шрифт:
Подобная вариантность была очень распространена в нашей грамматике на протяжении XIX в. и частично XX в. Один вариант слова относился к мужскому роду, другой – к женскому. См., например: базилик – базилика, канделябр – канделябра, банкнот – банкнота, жираф – жирафа, клавиш – клавиша, перифраз – перифраза, манжет – манжета и даже ботинок – ботинка. Большой академический словарь содержит примерно двести таких пар [БАС]. В настоящее время в подавляющем большинстве случаев вариантность по роду устранена.
«Поезд сошёл с рельс» или «с рельсов»? Двояко произносят это слово и в его начальной форме: «рельс» и «рельса». Как правильно?
ОТВЕТ. Форма единственного числа слова рельсы звучит так: рельс (существительное мужского рода). В родительном падеже множественного числа появляется окончание – ов: поезд сошёл с рельсов.
Надо ли склонять фамилию «Ганьжа», если это женщина?
ОТВЕТ. Да, надо склонять.
Фамилия на – а склоняется независимо от того, кому она принадлежит – мужчине или женщине. Например: Беседа с Сергеем Ганьжой; Познакомиться с Еленой Ганьжой. См. также: Диплом выдан Елене Дзюбе; Встреча с Евгением Догой; Конференция с Тамарой Глобой.
Однако правило действует только в том случае, если мы имеем дело с русскими фамилиями или фамилиями жителей славянских стран, а также бывших советских республик.
Если же фамилия на – а иностранная, для того чтобы определить, склоняется она или нет, нужно знать, как она звучит.
Так, если конечная – а безударная, фамилия обычно склоняется, независимо от того, мужская она или женская. См.: Сцена из комедии Лопе де Веги (ср. Лопе де Вега); Успех Джины Лолло-бриджиды (ср. Лоллобриджида).
Если конечная – а ударная, фамилия, как мужская, так и женская, не склоняется. Например: Событие описано Александром Дюма. Сборник новелл французской писательницы Анны Гавальда.
В рекламе прозвучало: «Это средство убивает микробы!». Как всё-таки правильно: «средство убивает микробы» или «убивает микробов»? «Микробы» – это одушевлённое существительное или нет?
ОТВЕТ. Общепринятое представление о живом и неживом в реальной действительности, на самом деле, не накладывается с предельной точностью и последовательностью на хорошо известное со школьной скамьи деление имён существительных на одушевлённые и неодушевлённые. Одушевлённость/неодушев-лённость – одна из грамматических категорий русского языка, которая в самом языке проявляется (и выявляется) так: окончание винительного падежа множественного числа одушевлённых существительных совпадает с окончанием родительного падежа: вижу коней (ср. Р.п. нет коней), тогда как окончание винительного падежа множественного числа неодушевлённых существительных совпадает с окончанием именительного падежа: вижу столы (ср. И.п. столы). Именно с этой, грамматической точки зрения и делятся русские существительные на одушевлённые и неодушевлённые.
Конечно, в большинстве случаев одушевлённые существительные обозначают живые существа, а соответственно неодушевлённые – неживые. Но есть и отклонения. В отношении некоторых имён язык как будто бы сам выбрал, к какому разряду существительных отнести то или иное слово.
Например, слово кукла, обозначающее неживой предмет, в речи выступает как одушевлённое. Проверим: вижу кукол (В.п.=Р.п.). Так же нелогично (с точки зрения действительности) ведут себя и слова марионетка, петрушка (разновидность кукол), названия шахматных и карточных фигур (ферзь, валет). Приведу примеры, от которых, по словам студентов-филологов, становится даже несколько не по себе: слова мертвец и покойник являются одушевлёнными. Вот такие «ужастики»! А вот слова народ, молодёжь — неодушевлённые.
Что касается слова микроб и соотносящихся с ним по значению слов бактерия, бацилла, вирус и т. п., в общелитературном употреблении они выступают как неодушевлённые: средство убивает микробы, атака на вирусы. Как одушевлённые они могут использоваться лишь в профессиональной речи.
В заключение отметим, что одно и то же слово в разных значениях может вести себя то как одушевлённое, то как неодушевлённое. Сравним: полагаться на авторитеты и арестовать столичных авторитетов; ждать пилота и ждать пилот (о первом выпуске программы), создавать новые модели машин и пригласить на подиум знаменитых моделей. Обычно выбор окончания в таких случаях не затрудняет говорящего: на этом участке языка срабатывает, как правило, автоматизм говорения.
Числительные: склонять! – но как?
В современной устной речи нередко можно услышать ошибочное произношение «в двух тысяч седьмом году» или «в двух тыщ двенадцатом году» и т. п. – вместо нормативного «в две тысячи седьмом, в две тысячи двенадцатом».
Почему так «пристала» к речи эта ошибка (ей пошёл уже второй десяток)?
ОТВЕТ. Массовая ошибка возникла, очевидно, потому, что в миллениум, т. е. в 2000-м году, мы все 365 дней произносили «в двухтысячном году», что абсолютно верно. По «инерции» произношение «двух тысяч» передалось далее – «в двух тысяч первом году», «в двух тысяч втором» и т. д.
Нормативный вариант соответствует грамматическому правилу, согласно которому в составном порядковом числительном склоняется только последняя часть (для тех, кто забыл, что значит «порядковое», напомним: порядковое числительное – такое, к которому можно задать вопрос какой?). Например: год (какой по счёту?) две тысячи одиннадцатый (Им. п.); с две тысячи одиннадцатого года наблюдаются такие явления (Род. п.); по две тысячи одиннадцатому году можно судить о нашем будущем (Дат. п.); в две тысячи одиннадцатом году (Предл. п.).
Ещё одна причина «сбоя» в указанных употреблениях, возможно, заключается в том, что у многих со школьной парты осталось в памяти правило, по которому все части составного числительного нужно склонять. Действительно, есть такое правило, но оно распространяется уже на другой разряд числительных. Это числительные количественные; к ним мы задаём вопрос сколько? Например, составное количественное числительное «две тысячи одиннадцать (страниц)» будем склонять так:
Родительный (скольких?) – нет двух тысяч одиннадцати страниц
Дательный (скольким?) – к двум тысячам одиннадцати страницам
Творительный (сколькими?) – двумя тысячами одиннадцатью страницами
Предложный (о скольких?) – о двух тысячах одиннадцати страницах
В склонении количественных числительных есть свои трудности. По моим наблюдениям, нарушен автоматизм в образовании формы родительного падежа от слов двести, триста, четыреста, пятьсот и т. д. Ошибочно произносят так: «нет двухстах рублей» или «нет пятьсот рублей» – вместо нет двухсот, трёхсот, четырёхсот, пятисот, шестисот, семисот, восьмисот, девятисот. Формы двухстах, трёхстах и т. п., с окончанием – ах, «обслуживают» другой падеж – предложный, т. е. надо говорить о двухстах, о трёхстах, о четырёхстах, о пятистах, о шестистах, семистах, восьмистах, девятистах.