Чтение онлайн

Он удивился, откуда же домовой мог знать это старинное нанайское волшебство, но догадался, что дедке-суседке вполне мог сказать его приятель дзё комо – нанайский домовой.

– Пора нам в путь, Никитой, – нетерпеливо проговорила в это время Сиулиэ. – Пора спасать Омиа-мони!

– От кого? – быстро спросил Никита. – От того злого шамана? У которого тень без головы?

– Да какой он шаман! – презрительно скривила губы Сиулиэ. – Кандыках, больше никто! Это самые злые существа! Они живут среди людей, но отличить их можно только по тени, у которой нет головы. У кандыкаха много дёптон – оболочек. Он их быстро сбрасывает и быстро меняет. Но как ни притворяйся, а все же он не сможет увидеть Омиа-мони. Дерево душ видит только шаман!

– Значит, я не увижу?! – испугался Никита. – Но как же так?! Я должен спросить Омиа-мони, что случилось с моей мамой! Я должен это знать!

– Узнаешь, Никитой! – уверенно сказала Сиулиэ. – Я тебе помогу. Ну а теперь давай выбираться отсюда.

– Наверх полезем? – предположил Никита.

– Нет, не так! – качнула головой Сиулиэ. – Через Нижний мир уйдем.

– Что, будем землю копать? – недоверчиво спросил Никита. – Чем?!

– Агди сиварин поможет! – спокойно ответила Сиулиэ.

Она принялась внимательно всматриваться в нагромождение древесных стволов, которое их окружало. Взобралась на выступ ствола почти на уровне головы Никиты. Девочка двигалась необычайно легко, словно взлетала.

– Что ты ищешь? – не выдержал Никита.

– Агди сиварин. Громовой камень.

– Это еще что такое?

– Не мешай, Никитой! – отмахнулась Сиулиэ. И вдруг радостно закричала: – Нашла!

И принялась расковыривать щель в бревне, из которой торчало что-то темное, вроде камня, который непонятным образом застрял в стволе.

– Покажи, что там! – Никита от любопытства аж подпрыгивал.

– Вытащу – сам увидишь, – буркнула Сиулиэ, продолжая скрести ствол.

«Не слишком-то почтительно она со мной обращается, – угрюмо подумал Никита. – Ворчит да ворчит! А она кто? Всего лишь мой охранник! Могла бы быть и повежливей! Я ведь как бы ее начальник. Она мне служит. А что получается?!»

Ответить себе на этот вопрос он не успел.

Галька под ногами внезапно начала разъезжаться.

– Что там та… – начал было Никита, и вдруг какая-то сила вздернула его вверх.

Он не совсем понял, как это произошло, только он в один миг оказался рядом с Сиулиэ, как будто она его за ворот втащила!

– Держись крепче, Никитой! – прошипела Сиулиэ, подвигаясь на узком выступе, чтобы ему было удобней стоять.

Никита схватился за осклизлые ветви обеими руками и с опаской поглядел вниз.

И увидел, как сквозь гальку просунулся из-под земли большой острый нож.

Нет, тотчас же понял Никита, это не нож – это острый коготь! Звериный коготь размером с нож! Но тотчас показалась не звериная лапа, а человеческая рука – огромная волосатая ручища… Она пошарила туда-сюда, вонзила коготь в брошенный Никитой мешок, повертела его так и сяк, а потом дырка в земле увеличилась – и оттуда высунулась косматая человеческая голова.

В первую минуту показалось, что это вернулся шаман, уже не раз виденный Никитой… но нет! Шаман, как ни был страшен, выглядел бы просто красавчиком по сравнению с этим жутким, смертельно бледным существом, все круглое лицо которого было изъедено черными пятнами гнили.

Бешеные, косящие от злобы красные глаза осмотрели мешок, разинулся огромный рот с черными корявыми зубами – и коготь поднес мешок к этому рту. С хрустом сомкнулись зубищи, откусив не меньше половины, огромный красный язык облизнулся – и голова, медленно погружаясь в землю, скрылась, а вслед за ней втянулась и ручища с когтем, на который был по-прежнему нацеплен мешок.

В прорытую ими ямину еще какое-то время сыпалась галька, но вот все стихло.

Никита почувствовал, что задыхается, и сообразил: все это время он не дышал. Вообще не дышал!

– Х-хто… хто это был? – прохрипел он, с трудом заставляя шевелиться одеревеневшие от страха губы.

– Харги, – спокойно ответила Сиулиэ, продолжая что-то выковыривать из бревна. – Хранитель Каэмэн – всего Подземного мира. Бальбука – рука с когтем – его помощник. Бальбука пищу для харги добывает. Хорошо, если бы твой мешок ему по вкусу пришелся, – тогда, может быть, успеем мимо него незаметно прошмыгнуть. Ну, давай спускаться.

Она положила руку на плечо Никиты и спрыгнула со ствола, на котором они стояли.

Нет… она не спрыгнула. Она спокойно шагнула с бревна вниз, но не рухнула, а медленно, плавно опустилась на землю – и Никита рядом с ней.

Только когда они твердо встали на ноги, Сиулиэ убрала руку с его плеча, и он вдруг догадался, что все это время был как будто приклеен к ее маленькой смуглой ладошке…

– Смотри сюда, Никитой, – велела Сиулиэ и разжала стиснутые пальцы другой руки.

На ее ладони Никита увидел длинный острый камешек, похожий на стрелку.

– В это дерево когда-то давным-давно (так давно, что твоих предков еще на свете не было!) гром ударил, – пояснила Сиулиэ. – Дерево твердое было, крепкое – кусочек грома обломился и остался в нем. Это и есть агди сиварин.

– Да нет, – возразил Никита, – я читал, на самом деле не так было. Молния ударяла в землю – камни, почва, песок как бы спекались от этого удара… вот и получались такие громовые стрелы.

– В землю? – повторила Сиулиэ. – А как же агди сиварин в дерево попал?!

– Ну, не знаю… Может быть, какой-нибудь охотник громовую стрелку подобрал, к своему копью приделал как наконечник, копье в какого-нибудь зверя бросил, да промахнулся – в дерево попал.

– Дулу-дулу ты, Никитой! – вздохнула Сиулиэ. – Где это видано, чтобы агди сиварин промахнулся?! Разве молния бьет мимо?! Смотри!

Она перекинула стрелку с ладони на ладонь, что-то так быстро бормоча по-нанайски, что ни слова не разобрать, а потом снова протянула руку к Никите, и тот увидел, что стрелка изменила очертания. Теперь она напоминала фигурку маленького человечка с головой, руками и ногами. Она росла-росла – и вот Сиулиэ уже не могла ее удержать.

Фигурка упала наземь – и в тот же миг оказалась ростом выше Сиулиэ и Никиты!

В голове у агди сиварина сверкали огненные острия, из глаз били молнии, и Никита невольно отшатнулся, стараясь при этом не касаться сырых бревен. Молния – это же разряд высокого напряжения, по физике проходили! Как бы не шарахнуло…

– А он точно за нас? – спросил дрожащим голосом. – Ты уверена?

– За нас, за нас, – успокоила Сиулиэ. – Если бы агди сиварин был живой, он бы за тебя жизнь отдал, Никитой!

– Почему?! – прошептал он, изумленный до потери голоса.

– Узнаешь еще, – буркнула Сиулиэ. – Больно много спрашиваешь! Сейчас не до разговоров. Идти пора!