Чтение онлайн

Мне не вполне понятно, почему свидетельство Густава Шро-дека о 68 подбитых советских танках в некоторых изданиях «правят» в пользу Оскара Мюнцеля, указавшего в своей «Тактике танков» только 40 подбитых машин. В конце концов, Шродек непосредственный участник боя, он эти подбитые машины видел своими глазами, а где был во время радеховского боя Мюн-цель?

«Однако документы 10-й и 32-й танковых дивизий таких потерь не подтверждают» (Исаев А. Антисуворов, с. 254).

Документы 32-й ТД 4-го МК не могут ничего подтвердить или опровергнуть, поскольку этой дивизии под Радеховом не было. Что же до 10-й...

Дело втом, что о бое под Радеховом никаких документальных подтверждений (кроме того липового рапорта о «неуспешном наступлении на город», 5 танках и 12 противотанковых пушках, уничтоженных у противника) у советской стороны нет вообще. Не потому, что они засекречены. Просто потому, что их и не было. Огурцов Карпезо о своем конфузе поведал (не мог не доложить), а вот Карпезо дальше по начальству ничего не доложил.

Под Радеховом 15-й МК только на поле боя оставил в общей сложности 10 танковых рот (то есть более одного танкового полка). А сколько машин получили повреждения? А сколько их было брошено при отходе? А сколько позже списали или уничтожили как не подлежащие восстановлению? 23 июня 1941 года корпус Карпезо одним махом лишился танкового полка полностью и еше один полк был основательно потрепан, то есть 10-я ТД Огурцова на утро 24 июня была уже малобоеспособным соединением. Вот почему командир 15-го МК как манны небесной ждал 8-ю ТД 4-го МК. Но о результатах боя и о состоянии корпуса Карпезо, повторюсь, докладывать командованию Юго-Западного фронта ничего не стал, так как знал, чем это для него может окончиться (забегая вперед: командир 22-го МК Кондрусев тоже «оргвыводов» ждать не стал). И в документах бойня под Радеховом никакого отражения не получила. Отсюда недоумение историков — на такое-то число в корпусе числилось столько-то танков, а через неделю — всего несколько десятков. Так воевали.

Впрочем, и сейчас так воюют — по СМИ передают, что под Ярыш-Марды 16 апреля 1996 года погибли 50 человек, затем появляется доклад генерала Льва Рохлина в Госдуме, из которого следует, что 245-й СП на самом деле потерял убитыми 73 человека при 52 раненых (хотя какие там раненые, если моджахеды позже добили всех, кто еще был жив, и ноги из «тещиного языка» под Шатоем унесли только 15 человек). Попутно из того же доклада выясняется, что в истории 245-го СП есть такой факт, как нападение боевиков на блокпост № 24, когда были убиты 12 человек, 8 ранены, а еще 31 взяты в плен — СМИ об этом по сию пору ничего не рассказывают. Затем выясняется, что в колонне 245-го полка под Ярыш-Марды находились «дембеля» и отпускники другого стрелкового полка — 324-го. Таким образом, общее количество убитых переваливает за сотню. А на закуску узнаем (без подробностей по сию пору), что за две недели до «операции Ша-той» у Хул-Хуло Басаевым была разгромлена куда более крупная колонна спецназа армии РФ.

Никаких официальных докладов о происшедшем за период боев под Радеховом не имеется, зато позже появляется сводка потерь 10-й ТД Огурцова, из которой выясняется, что за ту же самую неделю дивизия неведомым образом одних только Т-34 потеряла 32 единицы, при этом все они являются боевыми потерями (хотя командование 10-й ТД к боевым относит только 20 машин, а еще 12 — к небоевым; Исаев же великодушно причислил к боевым 2/3 из указанных 32 танков.

Но извините, как можно причислять к небоевым потерям танки: а) подбитые и оставленные на территории противника;

б) не вернувшиеся с экипажами с поля боя после атаки; в) подбитые в бою и уничтоженные в связи с невозможностью эвакуации;

г) оставленные противнику из-за невозможности эвакуировать? Вот так в Красной Армии занижались боевые потери.

Таким образом, первый танковый бой сражения за Луцк, Броды и Ровно сталинской «броней» был вдрызг проигран. Второй бой произошел сутками позже.

23 июля командир 22-го мехкорпуса С.М. Кондрусев получил указание оставшимися в его распоряжении частями (а это была только 19-я танковая дивизия, так как 41-ю танковую и 215-ю мотострелковую дивизию Потапов послал на правый фланг 5-й армии) совместно со 135-й стрелковой дивизией и при поддержке 1 -й ПТАБ атаковать противника в направлении Владимир-Нолынского укрепрайона. Дальнейший ход событий известен (непонятен он только исследователям, оперирующим не вполне

I очной монографией А.В. Владимирского и выдумками К.С. Москаленко).

Подытожив все известные факты, можно прийти к следующему выводу — Москаленко приказ Кирпоноса и Потапова не выполнил и 1-я ПТАБ в дальнейших событиях не участвовала, оставив 19-ю ТД и стрелков без артиллерийской поддержки. Какие гам «ожесточенные бои 24 июня у Торчина», если: а) в действительности 24 июня сражение шло у Войницы (гораздо западнее Торчина); б) 25 июня 1-я ПТАБ уже была за Луцком?

Москаленко с бригадой у Войницы не было, он удрал к Луцку. Мало того, он и Луцк не оборонял — город до 25 июня защищала 131-я мотострелковая дивизия Н.В. Калинина 9-го мехкорпуса. Мифические подвиги «чудо-богатырей» — артиллеристов Москаленко, когда на один расчет приходилось якобы по 5—7 уничтоженных танков — полная чушь. В столкновении с немец-кимитанками, мотопехотой и артиллерией 3-го-танкового корпуса участвовали, помимо 19-йТД, 135-я СД, 16-йстрелковый полк Х7-й СД И.И. Федюнинского и 460-й артполк 27-го стрелкового корпуса.

То, что от 22-го МК в ударе принимала участие только одна дивизия, большого значения не имело — от немецкого 3-го ТК тже участвовала всего одна (14-я) танковая дивизия, к тому времени потрепанная, но не артиллеристами Москаленко, а участием в боях в районе Владимир-Волынского, где танки дивизии содействовали армии Рейхенау.

Описывая события под Бойницей, российские историки зачастую становятся жертвами ошибки А.В. Владимирского, неверно прочитавшего строки доклада, буквально звучащего так: «В атаку были выведены танки Т-26, старых (то есть выпуска начала 30-х годов. — С.З.) — 45 шт. (Владимирский посчитал, что в 19-й ТД всего насчитывалось 45 танков, тогда как в докладе подразумевалось только число старых машин в общем количестве. — С.З.), бронемашин БА-10 — 12 шт. под общим командованием командира 37т. и. подполковника Бибика». Так что в бою только со стороны 19-й ТД принимали участие все танки, имевшиеся в ее составе. Никаких 400 с лишком машин в 19-й ТД никогда не существовало, непонятно, откуда некоторые историки взяли такую цифру, ибо она противоречит всякой логике: в 22-м мехкорпусе на 15 июня числилось 647 танков (а не 712), на долю 215-й мотострелковой дивизии приходится не менее 150—200 единиц, остальные более-менее поровну (по 200 единиц) распределены между 19-йи41-йТД. За вычетом процентов 15 капремонта —получаем исходные 160 единиц.

Бой под Войницей завершился полной катастрофой — немцы, как обычно, обнаружили выдвижение советских танков загодя и устроили засаду.

«Большинство этих танков было уничтожено противником и выведено из строя. Подостижении танками района леса южнее высоты 228,6, сев. Каневичи, пехота противника начала отступать, а из леса был открыт сильный артиллерийский и ружейно-пулемстный огонь, с последующим выходом средних и тяжелых танков. Завязался сильный танковый бой, длившийся 2,5 часа. Оставшиеся после боя танки начали выходить из боя».

Немецкие доклады свидетельствуют о полном разгроме дивизии генерал-майора Семенченко:

«Танковая битва близ Александровки развивалась таким образом, что до 25 июня были уничтожены 156 вражеских танков...»

К Луцку прибыли уже не боевые подразделения, а беспорядочно бегущие толпы. Попытка современных исследователей навести тень на плетень, объяснив поражение 19-й ТД гибелью, якобы еще до боя, от неизвестных причин, командующего 22-го МК Кондрусева (дескать, Москаленко стал очевидцем его смерти еще 22 июня) не проходит: сейчас всем уже хорошо известно, что С.М. Кондрусев застрелился как раз после боя у Бойницы, не дожидаясь, когда за него возьмутся особисты.

И второй крупный танковый бой завершился поражением АБТВ РККА. Как закончились остальные механизированные баталии в районе Луцк — Броды — Ровно? А больше никаких крупных танковых боев не было. А эпическая битва в районе Дуб-но? А там не было никакого столкновения крупных танковых масс, эти выдумки взяты из докладов командиров советских мех-корпусов и танковых дивизий.

Непонятны метания 15-го МК в районе Радехов—Броды? Но это же так просто — Карпезо попросту изображал активность. Имея конкретное указание командования Юго-Западного фрон -та на овладение районом Радехова, командир 15-го МК не хотел этого делать в одиночку. Он уже попробовал на зуб немцев у Радехова (о чем не доложил «наверх») и больше пробовать желания не испытывал. Карпезо ожидал подхода 8-й танковой дивизии 4-го мехкорпуса, а также 8-го мехкорпуса, рассчитывая совместно с Фотченко и Рябышевым наступать на Радехов и вместе с ними разделить ответственность за возможную неудачу.