Чтение онлайн

Нам двоим.

Для того чтобы воплотить в жизнь хитроумный план Даны, мне понадобилась удвоенная нежность и удесятеренное терпение. И пару дней для предварительной обработки ничего не подозревавшей жертвы.

— Завтра же напишу заявление об увольнении! — однажды утром заявила Лена, энергично обводя губы кроваво-красным. Ее глаза смотрели в зеркало как на обидчика — с вызовом. — Как мне все это надоело! Теперь, когда ты прилично зарабатываешь, я буду сидеть дома, готовиться к нашей свадьбе... Знаешь, сколько всего нужно организовать?

— Ладно, — согласился я. Свадьба для нее — это священная корова, которую категорически нельзя трогать. — Увольняйся! Только у меня к тебе небольшая просьба... Сделаешь?

— Ну?

— Мне для работы нужно, знаешь ли...

— Ну, что тебе нужно?

— Ты, кстати, ничем не рискуешь....

— Ты о чем?

— Зарегистрируй передаточное распоряжение по акциям «Стандард Ойл».

— А где оно? Покажи!

— Я бреюсь, ты же видишь... Там лежит, на подоконнике...

Легкое шуршание. Мое сердце замирает, падая в подножную бездну.

— Ладно... А выписка из лицевого счета тебе нужна?

— Конечно!

— А что такое фирма «Игром»?

— Это контора, с которой я работаю, мои клиенты... Так сделаешь, ладно?

— Я же сказала, нет проблем. Я на службе только этим и занимаюсь. Переведу запись на лицевой счет и выписку сделаю.

— К обеду успеешь?

— Ты помнишь официальный срок подготовки выписки? — кокетливо прищурилась она.

— Ну, милая, это же для меня...

— Ладно, ладно! Но только если ты меня поцелуешь... Крепче! Вот так!

Приторный поцелуй с предательским оттенком тревоги и неуверенности, заглушившим его обычный пресный вкус.

— Ты правда не против, чтобы я уволилась?

— Конечно, нет!

— Потрясно! Знаешь, я приготовлю тебе на свадьбу необыкновенный подарок! Ни за что не догадаешься какой!

Чмоканье в щеку.

— Лучший мой подарочек — это ты, милая... Так я заеду к тебе в обед за выпиской? Клиент требует срочно...

— Ага! Заезжай!

В обед выписка была готова. Из нее явствовало, что по поручению директора фирмы «Ярвекс» списаны со счетов и зачислены на счет ООО «Игром» акции ОАО «Стандард Ойл» серии такой-то номинальной стоимости такой-то на сумму столько-то рублей — кстати, очень много рублей!

Возвращаясь из регистратора, я неудержимо расфантазировался. Наверное, при виде этой бумаги Дана обрадованно взвизгнет и расцелует меня в знак благодарности... Это ей подарок за ту ночь волшебной страсти, за все, за все...

Но в действительности реакция красавицы оказалась иной. Изучив документ, она аккуратно сложила его в папку.

— Спасибо, — деловито кивнула мне. — Все правильно, я проверила... Теперь, поскольку акции зачислены на счет твоей фирмы, ты должен подписать доверенность на эти бумаги.

— Зачем? — тупо удивился я.

— Это же обычная процедура! — Она вскинула на меня свой лучистый взгляд, в котором сквозило удивление — и еще что-то неуловимое... Но что? Неужели тревога? Подозрение? — Ведь ты уже подписывал такую доверенность!

Действительно, подписывал... Но тогда акции покупали на деньги Якушева, а сейчас... Сейчас я рисковал своей головой — для нее и ради нее.

— Не понимаю, зачем все это, — недовольно буркнул сквозь зубы.

— Как — зачем? А кто будет голосовать на собрании акционеров?

— Конечно, я сам! Приеду на собрание и проголосую как нужно.

— А если... — Дана замялась, занервничала, комкая в руке салфетку. — А если ты не сможешь быть на собрании? Например, будешь занят? В конце концов, бывают обстоятельства, когда...

— Со мной таких обстоятельств не бывает!

Она замолчала. Отвела глаза в сторону. Произнесла тихим, но твердым голосом, выделяя каждое слово:

— Очень тебя прошу, Игорь. Пожалуйста, подпиши доверенность! Если ты мне веришь... — Она вскинула на меня тяжелый, совсем не женский взгляд.

Я набычился.

— Тебе — верю. А вот твоему отцу... В конце концов, я рискую, да и не только я... А рисковать чужой свободой я не хочу. Мне нужны гарантии.

Дана нахмурилась. Спросила тихо, как будто готовясь к худшему (в ее словах звучала горечь безнадежности):

— Значит, ты ее любишь?

Теперь замолчал я — из дурацкого мальчишеского желания потомить ее.

— Я? — Пауза. Неохотно, через силу: — Нет, я люблю только тебя!

Она неохотно разжала губы:

— Но... Ведь ты мне веришь?

— Тебе — да! — выпалил я. — Но знаешь, я наслышан про сволочные законы бизнеса... Зачем твоему отцу, например, покрывать проделки малознакомого дурака, который прилежно выполняет его указания?

— Тогда выпиши доверенность на мое имя. Если ты действительно веришь мне, — добавила она почти шепотом.

Мне оставалось только согласиться. Чтобы вновь и вновь осязать свою недостижимую мечту, чтобы она верткой птичкой не выпорхнула из моих грубых рук, я вынужден был сунуть голову в петлю!

И я с восторгом сделал это. Ведь она так просила меня...

ОНА

— Послушай, так на ком все-таки женится Ромшин? — громко шепчет Губасова. — Я совсем запуталась!

Головы сотрудников живо поворачиваются в нашу сторону — всех, всех интересуют свежие сплетни!

— Откуда мне знать? — усмехаюсь. — Думаете, он пригласит меня на свадьбу?

— Но ведь ты... Ты же общаешься с ним! Я имею в виду по работе, — спохватывается Губасова. — Мне-то ты можешь сказать!

Большая Сплетня буксует в нерешительности, не зная, какую жертву назначить себе для потехи. Облизывается, глядя то на одну, то на другую персону. Нет уж, увольте, я больше не желаю участвовать в этих забавах! Теперь я лишь сторонний наблюдатель, внимательный зритель, замечающий фальшивые гримасы в отрепетированной актерской мимике...

— Говорят, у него сейчас новая пассия... — тоскливо начинаю я.

— Кто она?

Оглядываюсь — как бы пытаясь подстраховаться насчет тайных ушей и наблюдающих глаз.