Чтение онлайн

"Да, неплохая идея. Так какой код?"

"Не знаю. Можешь, толкнуть мою ногу своей или что-то в этом роде".

"Так ты фут фетишист?"

Он закатывает глаза и старается не улыбаться.

"Нет".

"Но что, если ты будешь находиться в другом конце комнаты?"

Мы быстро оглядываемся по сторонам и смеемся, вспоминая, насколько мала моя каюта.

"Тогда мне придется весь вечер быть рядом с тобой."

Мое сердце бьется так сильно, что я уверена, он слышит его. Я хочу узнать, как будут ощущаться его руки на моей коже, какие его губы на вкус, какие звуки он издает, когда его удовлетворяют.

Я прислоняюсь спиной к столу и вытягиваю шею, чтобы видеть его. Его взгляд переходит на мои губы и снова на глаза, но он не двигается. Хочет, но ждет. Тихий Оскар, которого, как мне казалось, я узнала получше, вдруг стал властным и доминирующим, а он даже и пальцем не пошевелил. Просто наблюдает за мной. Он ждет, когда я сделаю первый шаг, или не уверен, хочет ли он вообще его делать?

Я знаю, что ничего не должна. Знаю, что это вернется ко мне и будет мучить меня. Я придумала себе правила, которым буду следовать. Но я не хочу. С опаской я кладу руку на его рубашку. Он не вздрагивает и не говорит мне остановиться, поэтому я сжимаю ее и притягиваю его ближе. Наши лица теперь всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Он по-прежнему не двигается, но его глаза темнеют все больше и больше.

Сожги книгу правил.

В дверь громко стучат, и наше дыхание сбивается.

Отвалите. Никого нет дома.

Его глаза плотно закрываются, разрушая чары, под которыми мы находились. Может быть, если мы не будем двигаться, они уйдут. Но Оскар медленно поднимается, и на его лице отражается разочарование, когда он смотрит на меня сверху вниз.

"Ты готова?"

Я киваю, все еще не в силах вымолвить ни слова.

Отступив назад, Оскар отстраняется, его рука мягко подталкивает меня к двери, когда мои ноги не в состоянии идти. Я чувствую себя слабой, как новорожденный жираф, которого сбросили с большой высоты и заставили встать на ноги, хотя все, чего я хочу, — это немного больше внимания со стороны прекрасного мужчины, стоящего надо мной.

Я все еще навеселе или просто опьянена похотью?

Раздается еще один стук, на этот раз более настойчивый. Я открываю дверь и вижу Тома — дышащего так, будто он только что пробежал марафон, и Мэддисон, за которой стоит целый отряд людей, большинство из которых я видела раньше, но не знаю лично. Конечно, мы все не поместимся в этой комнате? Тем не менее, люди вваливаются внутрь, неся с собой остатки напитков, и я впадаю в панику, пугаясь беспорядка и желая вернуться на десять секунд назад, чтобы навсегда остановить время.

Рука на моем запястье возвращает меня к реальности.

"Садись".

Оскар ведет меня на нижнюю койку и дает мне пластиковый стакан с водой. Сам он садится у лестницы, но упирается ногами вперед, так как слишком высок, чтобы сидеть под верхней койкой. Я занимаю место слева от него.

Том и Мэддисон присоединяются к нам, усаживая меня между парнями. Я притворяюсь, что не взволнована тем, что только что произошло или почти произошло, но мне кажется, что Том наблюдает за мной. Он уже дважды успел спросить, все ли со мной в порядке, а теперь еще и смотрит на Оскара с подозрением.

Людей слишком много, чтобы их можно было сосчитать. Просто масса движущихся конечностей, которые находят место, где можно посидеть, пусть и с неудобством. Кто-то принес колонку с Bluetooth, из нее уже играет музыка, а это… пачка презервативов? Я смотрю на Оскара и возвращаю его взгляд к пачке. Он вздыхает, словно не находя слов.

"Назови это наивным оптимизмом".

У меня глаза чуть не вылезли на лоб. Я должна спасать остатки своей горящей книги правил, но я прекрасно знаю, что в ней нет ничего, что могло бы подготовить меня к этому.

Теперь я сама по себе.

Глава 7

У отдела кадров был бы день открытых дверей, если бы они узнали, что происходит в этих каютах после наступления темноты. Все подвыпившие, на взводе от соревнований и возбужденные. Очень возбужденные. По одному только напряжению я уверена, что в этой комнате заложена какая-то секс-бомба, и это лишь вопрос времени, когда она взорвется. Хотя есть вероятность, что я просто преувеличиваю.

Оби и Мэддисон, похоже, что-то затевают, в то время как все остальные чувствуют себя слишком комфортно. К счастью, Оскар здесь, и он охраняет мою кровать от нежеланных посиделок на ней. Может, наша победа и вселила в меня новую уверенность, но это не значит, что я обрела смелость, чтобы говорить людям, что они не могут залезть ко мне на койку.

"Дружище!" — командует Оби, хватая за руку парня, на которого он явно положил глаз.

Оскар мгновенно кладет руку мне на колено, словно щит, а Том через секунду касается моей спины, но ни один из них не смотрит на меня. Вместо этого они пялятся друг на друга, застыв в молчаливом обмене взглядами. Я подумываю о том, чтобы сказать что-нибудь, сделать выбор, с кем я хочу быть, а то такими темпами они рискуют выцарапать друг другу глаза и кажется не только их. Но как бы то ни было, я не могу заставить себя заговорить.

Кто-то окликает Тома, заставляя нас троих посмотреть на этого человека. Мой взгляд скользит по ее длинным ногам и подтянутому телу, затем переходит на обнадеживающее выражение ее лица без единого пятнышка.

От моего внимания не ускользает, и то, что я не смогла бы выглядеть настолько гламурно, как она сейчас, даже если бы попыталась. Она до смерти великолепна и одета как Харли Квинн. Конечно, одета громко сказано. Костюм идеальной девушки-пикапера. Я никогда не видела ее раньше, и мне бы хотелось, чтобы все так и оставалось.

Рука на моей спине исчезает, и я сразу же жалею, что слово "не в силах" означает именно это. Но я знала, что он уйдет. Мальчики всегда убегают, как только появляется что-то более блестящее.

Нет, это несправедливо. Пока я трачу все это время на ее осуждение, Том ждет, когда я приму решение, а я ничего не говорю.

Валентина в паре с садовником, а Мэддисон — с одним из качков из спортивного персонала. Дэниел сидит один на столе, покачивая ногами, но выглядит вполне довольным.

"Встаньте лицом к партнеру", — инструктирует Мэддисон.

Мы с Оскаром встаем и договариваемся о месте среди других тел. Невозможно избежать столкновения с окружающими нас людьми. Как, черт возьми, все здесь поместились? Это, должно быть, какой-то рекорд. Оскар стоит прямо перед двухъярусной кроватью, а я — напротив него, так что моя спина обращена к комнате.

"Вы уже знаете, как играть в "Мистер и миссис", не так ли?" — спрашивает она.

Ладно, игры для вечеринок. С этим я справлюсь.

"Но мы же хотим большего, верно?"