Чтение онлайн

— Нет, нельзя!

Голос Лапы прозвучал даже не громом среди ясного неба… Разбитыми желаниями, пульсирующими в венах, пропущенным ударом в сердце, вторжением в неприкосновенное. Слагалица и водяник застыли. Парализованные, дезориентированные, задыхающиеся.

— Че-е-е-рт! — прорычал Митя, ударив кулаком в покрывало и скатываясь со Степки, — нашел время очухаться!

— Л-лапа? — Степка села, дрожащими руками поправляя полотенце. В глазах все еще плескалась страсть, поэтому она тянула время, не решаясь поглядеть в сторону ручья.

— Где я? — продолжал Лапа, и по плеску воды стало понятно, что он пытается встать.

Степка сорвалась с места, плотнее запахиваясь в махровое полотенце, но Митя опередил ее.

— На Поляне Слагалицы, — ответил он, — как себя чувствуешь, герой?

— Так, словно меня локомотив приложил, — прокряхтел белый волк, силясь подняться на ноги, — а ты тот самый Нестор, стало быть?

— Какой Нестор?

— Лапа шутит, — оборвала его Степанида, — Лапа, познакомься, это Митя, мой… любимый человек, — запнулась на мгновение, но все-таки договорила.

Взгляд Лапы прочесть было невозможно. Радужка глаз сверкнула белым серебром, а затем это серебро стремительно почернело. Губы поджались.

— Значит я не ошибся, все-таки Нестор.

— Бредит, похоже. Мужик, ты как, может полежи в воде еще? — в тоне водяника сквозил сарказм, да он и не скрывал его.

— Спасибо, Нестор, наплавался на год вперед, — кряхтя, Лапа кое-как поднялся на ноги, оглядел себя, — что, вода лечебная?

— Да. Лапа ты жив благодаря ей и… Мите. Он промыл твою кровь.

— Да? Ну что ж, Нестор, я твой должник. И твой, красотка.

— Нет, Лапа, ничего не нужно, мы в расчете. Я всего лишь отдала долг тебе. Ты спас меня, я тебя.

— А я говорил, там, на мертвой земле, — губы Лапы попытались сложиться в косоватую улыбку, да так и не сложились, — а ты не верила.

— Вроде речь шла о истинной для волка?

— Да, о ней. Ладно, отойдите, дайте выбраться, продрог.

Он вышел из ручья и прошлепал босыми ногами к покрывалу. Сдернул его и завернулся.

— Раны не зажили еще. Не рано ли ты вскочил? — засуетилась Степка, чувствуя неловкость. Она к тому же не одетая, что уверенности в себе не прибавляло.

— Я полностью здоров, остальное дело времени.

— Шрамы, наверное, останутся.

— Чем больше шрамов, тем больше женщины любят! — изрек белый волк избитую истину, — миленько здесь у тебя, тепло, спокойно. Да, пожалуй мне пора. Благодарю за помощь.

— Постой. Мы сейчас вместе пойдем, — остановила его женщина, — отвернитесь только, мне одеться надо.

— Панни, твоя одежда не просохла, заболеешь еще. Давай задержимся, — она не разобрала, была ли это простая забота в голосе Мити, или он хотел побыть с ней вдвоем еще немного. Но тем не менее отказалась, помня, что обещала женихам серьезно поговорить с Лапой. А если он сейчас уйдет без разговора, то кто его знает, вдруг еще раз появится в ее жизни и тогда стычки не миновать.

— Очень устала, домой хочу, — ответила мягко и погладила Митю по щеке. Лапа отвернулся.

Пока она натягивала на себя влажную одежду, мужчины стояли молча, изредка бросая друг на друга косые взгляды. Степанида подошла к Мите и попросила, погладив по руке:

— Митенька, не хочешь еще с водой поболтать? Мне нужно сказать Лапе несколько слов, ты не против?

— Хорошо, говори.

Отвела Лапу вглубь Поляны и набрала полную грудь воздуха, собираясь выдать речь, придуманную в процессе одевания. Мужчина не дал сказать ей и слова.

— Собираешься сказать, чтоб я больше не маячил на горизонте? Свалил в закат и не бесил твою великолепную семерку, да?

— Ну зачем же так грубо? — Степка сдулась, плечи поникли. Неприятный разговор, особенно если учесть, что Лапа для нее сделал. А она гонит его, как плешивого кота, не дав шанса даже на возможную дружбу.

— Все нормально, красотка, я понимаю.

— Правда? Лапа, я очень благодарна тебе за помощь, честное слово. Прости, там, в лесу, была слишком напугана и забыла поблагодарить.

— Не стоит, — ответил он небрежно, глядя куда-то поверх ее головы, хотя она пыталась поймать его взгляд.

— Стоит. Если бы не ты…

— Не стоит! — повторил Лапа с нажимом, — ты верно заметила, мы квиты. Исчезнуть не обещаю, но создавать проблем не буду. Выводи давай и не забудь слова заветные сказать.

— Много ты знаешь, — пробурчала Степанида и бросила попытки поймать взгляд, — пойдемте.

«Женихи ваши-то родились, да киселем передавились»

Лапа ушел. Без слов прощаний и благодарностей. Кутаясь в куртку, в замерзающих на ходу джинсах, качаясь от слабости, уверенно зашагал прочь.

Горечь под ложечкой никуда не девалась, сколько бы Степка не сглатывала вязкую слюну. В месте, которое принято называть душой, поселилось гаденькое чувство. Не то разочарование, не то угрызение совести, не то сожаление.

— Почему он меня Нестером называл? — спросил Митя, когда фигура белого волка исчезла из видимости, растворившись в лунных сумерках.

У дуба они были одни. Так как управились раньше оговоренных двух часов, Антон с Петром еще не пришли их встречать.

— Ерунда, не бери в голову. Когда мы познакомились, он сказал, что парень свободный. А я в ответ пошутила, сказав, что меня это не интересует, ведь у меня кроме Нестера, еще шестеро. Поговорка такая. Услышала у охоронников.

— А, так значит он с самого начала на тебя глаз положил!

— Мить, не ревнуй, я тебя прошу, — прошептала Слагалица устало, — если и была симпатия с его стороны, то он все понял, когда увидел меня с тобой. Того и назвал Нестером, выделив среди остальных. На других женихов он как-то иначе реагировал, дерзил, хохмил.

— Думаешь, между нами все очевидно даже для посторонних?

— Похоже на то. И мальчики злятся, чувствуют, что ты главная угроза. Знаешь, что мне вчера сказал Славик, блин, неужели это было только вчера? Кажется неделя прошла, — она прислонилась спиной к дереву и прикрыла глаза, борясь с усталостью, накатывающей волнами.