Чтение онлайн

Джин хохотнул.

Но момент был нарушен лязгом двери, которую открыл надзиратель.

– Думаю, нам троим стоит встретиться неофициально, - вдруг объявил Джин, взволнованно потирая руки в предвкушении такой перспективы.
– Выпить вместе, может, выбраться на какой-нибудь мальчишник. Между нами сквозит настоящая химия.

МакКлинток медленно и непринужденно отвернулся от Сэма и шагнул в открытую дверь. Сэм вдруг обнаружил, что старается сдержать дыхание.

Джин подмигнул ему.
– Прекрасно, Сэмми. Мне понравилось, как ты выводишь из себя этого Джока. Не думал, что тебе это по плечу.

– Мне не нравится этот человек, - прошептал Сэм.

– Ну да, он же шотландец.

– Нет, он мне не нравится совсем не так, как он не нравится тебе, Шеф, в смысле... я имею в виду, он мне не нравится потому... потому что он...

Он попытался объяснить, но не смог бы этого сделать даже самому себе. Невозможно было облечь эти глубокие, бессознательные эмоции в слова.

Джин двинул его локтем.

– Ты слишком много думаешь, Сэм. Тебе не нужно анализировать все подряд. И знаешь что? Это нормально - ненавидеть шотландцев. Это хорошо. Это естественно. Это никакой не расизм, ничего такого. Патриотический долг, и все?

Он подтолкнул Сэма к дверям, чтобы он шел следом за МакКлинтоком. Они оказались снаружи, в огороженном со всех сторон дворике, под хмурым небом, готовым прорваться дождем. На одной стене во дворе огромными буквами было написано слово МОЛЧАНИЕ, на другой УВАЖЕНИЕ, и на третьей - ДОЛГ. В окружении этих лозунгов стояла металлическая рама с перекладиной в двух метрах от земли. На ней подтягивались двое заключенных в казенных штанах, будто бы пришедшие на тренировку в спортзал. Их лица были напряжены от боли и блестели от пота. Очевидно было, что они на самом пределе своей выносливости, но все же продолжают тянуться вверх, понукаемые рявканьем и воплями приглядывающего за ними надсмотрщика.

– Упражнения?
– спросил Джин.

– Наказание, - откликнулся МакКлинток.
– Эти два охламона учатся тому, что драки не допускаются ни мною, ни Системой.

Приглядывающий за мальчиками надзиратель рявкнул на них, будто инструктор по строевой подготовке: - Говорите! Что такое Система! Что такое Система, вы, маленькие засранцы!

И мальчики, подтягиваясь на перекладине, в унисон выдавили из себя: - Молчание.

Потом стали тянуться второй раз: - Уважение.

И в третий. Их лица были так искажены от мучительных усилий, что они могли только хрипеть.

– Что такое проклятая Система!
– взвизгнул надсмотрщик, голос у него сорвался. Он саданул по металлической раме дубинкой.
– Говорите!

– Долг, - у мальчиков получилось вымолвить и это слово.

– Правильно! Еще раз! С самого начала! Молчание, уважение, долг, давайте еще раз! Начали! Подняли свои ленивые задницы!

– Что это за кусочки коричневой ткани на их униформе?
– спросил Сэм.
– У паренька, который мыл пол в коридоре, тоже был такой.

МакКлинток кивнул.
– Все мальчики здесь носят их. Я на этом настаиваю. Я называю это "клеймом". Я заставляю их пришить эту метку на одежду в тот же день, как они поступают сюда.

– "Клеймо"?
– недоверчиво спросил Сэм.
– То есть, вы заставляете ребят носить этот знак, чтобы отметить их, как - что? Как испорченных? Как развращенных?

МакКлинток кивнул.

У Сэма отвисла челюсть.
– Мистер МакКлинток, здесь же исправительное учреждение, а не Бухенвальд.

Джин закатил глаза, в очередной раз запутавшись в словаре Сэма.

Сэм открыл рот, чтобы продолжить разговор, но его прервал крик. Один из мальчиков - поджарый, с узкими косящими глазами - не совладал с собой и в изнеможении свалился на землю.

Надсмотрщик тут же взорвался бранью: - Кэппс! Оторвал свою ленивую задницу от земли! Живо! Живо! Встал, грязный подонок!

Другой парень - высокий, рыжеволосый, с мощными плечами - все еще ухитрялся висеть на перекладине, глядя вниз.

– Не смотри на него, Прист!
– заорал надсмотрщик, ткнув его дубинкой под ребра.
– Продолжай подтягиваться! Что такое Система! Говори! Говори, черт бы тебя побрал!

Прист снова зажмурил глаза и мучительно попытался дотянуться подбородком до перекладины. Его лицо было пунцовым. Надсмотрщик ударил дубинкой по металлической раме, заставив ее зазвенеть.

– Нельзя так издеваться над мальчиками!
– возмутился Сэм.

– Они издеваются друг над другом куда хуже, - возразил МакКлинток.

– Для того-то здесь и находитесь вы и ваши надсмотрщики, чтобы подавать пример. У кого из этих парней были стоящие примеры для подражания?

– Мои надзиратели здесь для того, чтобы наказывать и исправлять, а не заменять отца толпе малолетних преступников.

– И это, значит, ваша "Система"? Муштровать их, отмечать, как испорченных, кричать на них весь день напролет, наказывать?

– Ну да, юный детектив-инспектор, что-то вроде того, - сказал МакКлинток, глядя свысока на Сэма.
– Очевидно, вы один из этих новоявленных благотворителей. Воскресные лагеря и раздача сладостей, такие у вас рекомендации?

– Выказать немного уважения, показать этим ребятам хороший пример для подражания, вот и все, - откликнулся Сэм.
– Ваша драгоценная Система не делает ничего, мистер МакКлинток, только лишь загоняет мальчишек в порочный круг из побоев и вражды.

– Если это хулиганье попадет в такой круг, то винить они смогут только себя, - сказал МакКлинток. Он высокомерно показал в их сторону.
– Вон тот парень, висящий на перекладине. Его зовут Прист, как священника, хотя вы не найдете никого менее святого, чем он, в этих стенах. Он пытался ослепить другого мальчика самодельным оружием. Отверткой, если быть точным, стянутой из столярной мастерской.

– Вот проказник, - заметил вскользь Джин.

– А второй парнишка, - продолжил МакКлинток.
– Кэппс - избил другого мальчика так сильно, что свернул ему челюсть. Подобная жестокость должна быть осознана с полной серьезностью.

Джин кивнул.
– Не хочу принимать сторону шотландцев, Тайлер, но малыш Джимми на этот раз прав.

Сэм помотал головой.
– Вежливость. Понимание. Немного милосердия, ради бога. Их бы стоило учить этим трем добродетелям.

В тени под сооружением для наказаний Кэппс пытался подняться на ноги, но силы его были истощены. Надзиратель, отвечающий за взыскания, набросился на него, ударив дубинкой по локтю.

– Я тебе руку нахрен сломаю, засранец ленивый! Полез быстро на эту чертову перекладину!

– Если мы сможем внушить этим негодяям страх перед законом, то, может, у нас получится сделать внешний мир чуть безопаснее, - сказал МакКлинток.

– Не могу с этим поспорить, - пробормотал Джин. Он обменялся взглядами с МакКлинтоком. Несмотря на свою глубокую взаимную неприязнь, они определенно сходились во мнениях, по крайней мере, на одну вещь.

– Более того - никто с этим не может поспорить, - сказал МакКлинток.
– Ни один человек не может спорить с Системой.