Чтение онлайн

– Прямо бизнес какой-то, - все еще не веря в увиденное, Майгатов сложил доллары в тоненькую стопочку, не считая сунул в боковой карман. Раньше проще было: "бонами" давали...

– Раньше все было проще, - поддержал его Анфимов.
– Ты зайди к финансисту, купоны за все месяцы получи. Там, если в доллары перевести, ерунда, конечно, но все-таки...
– Помолчав, посмотрев через иллюминатор на берег, начал ковыряться в сейфе.
– Бурыга - чего? Из-за секретки вызывал?

Майгатов кивнул, но Анфимов, сосредоточившийся на закрывании сейфа, даже не поднял головы.

– Отговаривал я его. Ты ж еще так слаб. А он - одно: у него алиби, пусть он и занимается. Угораздило ж меня тогда подать твою фамилию в приказ по бригаде!
– сокрушенно мотнул огненно-рыжим шаром головы.
– Надо было Кравчука или того же Кима...

Каютная духота тяжелила веки, клонила ко сну, и только вопросы, которые он еще не задал командиру, удерживали от дремы.

– Ты же, кажется, как дознаватель, еще дел не вел?
– никак не мог справиться с замком Анфимов и оттого по-стариковски кряхтел над сейфом.

– Нет, не вел.

– Тогда вон, - показал острым подбородком на полочку.
– Поищи, там приказ министра. Брошюрка такая белая, на скрепках.

Майгатов поднялся, безразлично пораздвигал пальцами бумажные заросли и, найдя нужный приказ с длинным-предлинным названием, достал его с полки.

– Чушь какая-то: приемник украли. Тот матрос, что его свистнул, уже, наверное, давно выручку пропил, - скептически поразмышлял вслух Майгатов. Только от того и суета, что секретка, а не строевая часть.

– Да-а. Раньше бы особисты всю бригаду на уши поставили. Шпионов бы искали. А теперь...

– Нет, точно: пустяшное дело. И Бурыга сказал: хоть бумажки для вида собери.

Ключ, наконец, повернулся. Анфимов с удовольствием толкнул от себя ящик и тот с грохотом вошел на штатное место.

– Может, пустяшное, а может, и нет. Я вон тоже думал, что сразу замок открою, да не вышло. Бородка, что ли, стесалась?
– повернув на свет, к иллюминатору, рассмотрел тяжелый сейфовый ключ.

– А что у нас нового?
– опять попытался вопросом отмахнуться от дремы Майгатов.

– Нового?
– поискал глазами под льдистым плексигласом список офицеров и по нему, как по шпаргалке, начал перечислять: - Кравчуку вот и Клепинину дали капитанов третьего ранга...

– А разве им положено?
– вот теперь уж точно отогнало этой новостью, как ветром, сонливость.
– По штату же...

– Теперь - можно. Там какие-то есть приказы по тем, кто уже два срока отходил... Та-ак. Абунину... посмертно... орден.

Майгатов молча покачал головой, словно не хотел верить в жуткое слово "посмертно".

– Штурман ушел на повышение, в другую часть. А вместо него...

Пауза не понравилась Майгатову.

– Что: вместо?

– Да сплавили к нам, понимаешь, химика одного...

– Химика - штурманом?

– А чего ты удивляешься? Мы теперь раньше, чем через год, в моря не потопаем. В машинах все менять надо. Все, Юра, на мертвый якорь встали мы...

– А почему - химик?

Анфимов рывком встал, захлопнул дюралюминиевую дверь каюты и все-таки шепотом пояснил:

– Пьяница он. Ему год до пенсии. Решили у нас додержать.

– Да-а, с таким соседом...

– Бурыга тоже... Орден отхватил. Хотел еще и звание, но срок не выходит, и возраст к тому же...

– А вас-то как?
– беззаботно спросил Майгатов.

Анфимов почему-то обернулся к полке, подравнял строй тощих книжек и с излишней озабоченностью поинтересовался:

– Ты приказ-то нашел?

– Да вот же он!
– показал Майгатов.

– Это хороший приказ. Там все разжевано... О-о, а у тебя глаза совсем поплыли! Знаешь что: иди-ка ты подреми с часок...

– Так вам что: ничего?
– удивился Майгатов.

Спросил и вдруг понял, что зря. Наверно, дрема, эта липкая, неотвязчивая дрема притупила чувства. И он сам, спасая ситуацию, перевел разговор в другое русло:

– А в бригаде что нового?

Анфимов встрепенулся, сразу как-то весь подобрался и, обрадовавшись вопросу, затараторил:

– Что в бригаде? Да завал на завале. Для дежурств еле на один корабль матросов наскребают. Стрельбы все отменили. Половину выходов - тоже. К тому же соляр, который должна была получать бригада, куда-то пропал. Тут уже пару комиссий работало. Концов так и не нашли.

– Соляр?
– задумчиво повторил Майгатов.
– При мне Бурыге про какой-то соляр звонили.

– Во-во! До сих пор еще тыловики цепляются. Ушел соляр. В неизвестном направлении... Ну и теперь вот еще эта секретка... О-о, ну ты, Юр, совсем готов!..

Поплывшую вниз голову Майгатов рывком рванул вверх, осоловело поморгал и начал вставать.

– Пойду я. И вправду, что-то в сон клонит, а дел еще...

2

Даже после третьего прочтения он ничего не понял, кроме одного - что ему на эту самую "досудебную подготовку" дано десять суток.

Он лежал на потертом зеленом одеяле в своей каюте, и мелкие буквы приказа то наплывали на него, увеличиваясь до мути, то отодвигались вдаль, превращаясь в такую же муть. Наконец, руки не выдержали, будто удерживали пудовый фолиант, а не брошюру в восемнадцать страниц, и положили ее на грудь, обложкой наверх.

Перед закрытыми глазами постояла последняя из прочитанных страниц со строчкой "тайное похищение личного имущества граждан (кража) - ч.1 ст.144 УК РФ" и, почернев, отпустила Майгатова в тьму, в забытье. Он, не сопротивляясь отдался этому падению, но тут сбоку, у головы, что-то грохнуло, толкнуло его в плечо, и Майгатов, подняв тяжелые, склеивающиеся веки, увидел в своей каюте незнакомого офицера.

На его высокой, сутулящейся фигуре ведром - так, что под него еще одного такого же засунуть можно - висел потертый китель с изжевано-мятыми капитан-лейтенантскими погонами, а когда-то красивое, с маленьким ровным носиком, с яркими выразительными глазами и по-девичьи пухлыми губами, лицо было навек испорчено землисто-бурым цветом кожи и большими, совсем не идущими под маленькие звездочки погон, мешками на подглазьях.

– Сачкуешь, помоха?
– беспардонно спросил он таким тоном, словно они были знакомы сто лет.
– А комбриг наверху, у секретки, разоряется, что дознание не ведется. Дуй обходным путем туда, а то он об тебя ноги вытрет. И не поскользнется.