Чтение онлайн

Думаешь, я не знаю, что ты моя?

Я делаю еще несколько глубоких вдохов, выхожу из ванной и смотрю на свое отражение в зеркале в полный рост, прислоненном к темному коридору. Я начинаю задаваться вопросом, почему я решила, что розовый блеск для губ — хорошая идея. Почему я надела узкую юбку. Почему я приложила все усилия, чтобы выпрямить волосы, чтобы они ниспадали до талии толстыми прямыми линиями.

Почему я делаю все это ради него?

Брак - это компромисс, но в последнее время кажется, что я делаю чертовски много компромиссов. И все же, когда один человек разговаривает со мной, причем уважительно, я могу добавить, Майлз начинает ревновать?

Выйдя из туалета, я медленно возвращаюсь к столику. Мой взгляд задерживается на официанте, и я бросаю взгляд на наш столик, чтобы увидеть, что Майлз наблюдает за мной. Ухмыляясь, я меняю направление и направляюсь к официанту. Он отходит от столика, и я бегу трусцой, чтобы догнать его.

— Привет, — говорю я, похлопывая его по плечу.

Он поворачивается ко мне, смотрит настороженно. —. Прошу прощения за то что произошло ранее. Я не хотел создавать проблемы.

— Нет, тебе не нужно извиняться. Мой муж, он… — я замолкаю. — В любом случае, мне очень жаль. Он не должен был тебе угрожать.

Официант тепло улыбается мне, взмахивая своими светлыми волосами. — Спасибо. Кажется, он очень любит тебя.

Я усмехаюсь. — Да, хорошо… спасибо за понимание. Спокойной ночи, хорошо?

Он дарит мне теплую улыбку.

— Тебе тоже. Если когда-нибудь захочешь поесть в нормальном кафе, приходи в любое время. — Он оглядывается через плечо. — Как друг, — уточняет он. — Может быть, ты захочешь сказать об этом своему ревнивому мужу?

Не говоря больше ни слова, он поворачивается и уходит.

Я кручусь на месте, широко ухмыляясь. Ха, получи, ревнивый засранец. Мой взгляд мгновенно останавливается на Майлзе. На его лице мелькает мрачный взгляд - как будто ему больно. Я замираю, и улыбка сходит с моего лица, когда он встречается со мной взглядом - и не потому, что он сердится, как я ожидала.

Нет, меня заставило остановиться неловкое выражение его лица.

ТРИНАДЦАТАЯ ГЛАВА

ВОПЛОЩЕНИЕ

Майлз

Я потягиваю пиво, пока Эстель смеется вместе с Чейзом и Джульеттой. Я хочу присоединиться, но все, о чем я могу думать, это то, что она сказала чертовому официанту . Я отказался спрашивать, внутренне сославшись на свою гордость. Они говорили недолго, но я не могу остановить возможности, проносящиеся у меня в голове. Он англичанин, так что очевидно, что у нее с ним есть что-то общее. Он молод, как и она. Несмотря на то, что она всего на восемь лет моложе меня, это все же достаточно важно для меня, чтобы задаться вопросом, будет ли у нее больше общего с кем-то более близким к ее возрасту.

И, в отличие от меня, он не выглядел израненным до неузнаваемости.

Возможно, Эстель заслуживает того, чтобы быть с кем-то более похожим на нее. Дружелюбный официант в пабе вместо поврежденного генерального директора. Кто-то, кто поймет ее проклятую одержимость печеньем и чаем. Кто-то, кто не работает по восемнадцать часов в день.

Тот, кто не запирается в своем офисе, чтобы избежать ее.

И, самое главное, тот, кто ей не врет.

— Майлз.

Я поднимаю голову, а Джульетта с беспокойством наблюдает за мной.

— Прости, — говорю я ей. — Долгий день в офисе.

Мой взгляд метнулся к Чейзу. Он смотрит на меня прищуренными глазами, но ничего не говорит.

— Я не знаю никого, кто работал бы так много, как ты, — вмешивается Эстель, потягивая сидр.

— Раньше Чейз был таким, — говорит ей Джульетта. — Но я заставила его начать работать в обычное время. Это по-прежнему шестьдесят часов в неделю, — добавляет она, ухмыляясь.

— В чем секрет? — спрашивает Эстель, подмигивая мне. — Мне бы хотелось чаще видеться с мужем.

Я не заслуживаю ее.

— Клянусь, он должен ночевать в своем кабинете несколько ночей, — добавляет она, дразняще похлопывая меня по бедру.

— Я бы не удивился, — добавляет Чейз, глядя на меня, изогнув бровь.

— Хотя я не уверена, зачем ему это, когда у него есть прекрасное оранжевое одеяло, в котором он может свернуться калачиком.

Эстель хихикает.

Я люблю, когда она так смеется.

Я не могу не улыбнуться шутке Чейза.

— Да, ну, некоторые из нас предпочитают холодную жесткую кожу полиэстеру, — возражаю я, втягивая щеки и глядя на свою жену. — Тем не менее, это чувство очень ценно, — добавляю я ради нее.

— Хорошо, теперь я должна посмотреть, из-за чего вся эта суета, — отвечает Джульетта. — Чейз сказал мне, что Стелла немного оживила это место, но у меня не было возможности осмотреться со дня вашей свадьбы.

— Ты имеешь в виду день своей свадьбы? — спрашиваю я, и она, смеясь, запрокидывает голову. Я поворачиваюсь к Эстель. — Они сказали тебе об этом?

Эстель кивает. — Да.

Что-то грустное пересекает ее черты.

— Им будет весело вспомнить, когда они будут отмечать свою годовщину.

Их.

Не нашу.

Потому что она не видит, чтобы мы отмечали какие-либо годовщины.

Я делаю еще один глоток пива, пока они втроем возвращаются к своему разговору, не обращая внимания на мой внутренний монолог о самобичевании. Чейз и Джульетта рассказывают о своем предстоящем медовом месяце, когда я краем глаза замечаю, что Эстель смотрит на меня.

Она сидит рядом со мной, почти бедро к бедру. Откинувшись назад, я обхватил рукой спинку кабинки, и, к моему удивлению, она придвинулась ко мне чуть ближе. Я чувствую запах ее духов, и мне приходится ненадолго закрыть глаза, чтобы не начать активно нюхать ее кожу головы. Ее теплое тело прижимается ко мне, пока Джульетта и Чейз продолжают говорить о Мальдивах. Я не обращаю внимания. Все, о чем я могу думать, это о том, как идеально прижимается ко мне моя жена. Как мягко ее бедра прижимаются к моим, даже через толстую ткань брюк.