Чтение онлайн

— Вы знакомы с концепцией шоу, раз подали заявку, — в её голосе появляются деловые нотки. — Мы ищем пары для нового сезона. Максимальный срок участия — шесть недель, но поскольку мы не знаем, сколько времени понадобится одному из супругов, чтобы подать на развод, мы не можем гарантировать точные сроки. Поэтому нам нужны люди с гибким графиком. Это проблема?

— Нет, нисколько. Я фрилансер, могу работать удалённо.

— Отлично. Вас не смущает круглосуточная съёмка?

— Ни капли.

— Прекрасно. Мне очень понравилась ваша видеовизитка, и я хочу пригласить вас на финальный кастинг. Мы оплачиваем перелёт в Москву и проживание. Вы будете в одной квартире с другими девушками, кастинг займёт два дня. По результатам сообщим сразу, если пройдёте, получите график съёмок.

— Хорошо. Спасибо вам огромное.

— Пожалуйста. Жду вас.

Я опускаю руку с телефоном и понимаю, что всё ещё стою посреди коридора, а мимо меня, недовольно цокая языками, проходят санитарки. И мне плевать. Мне абсолютно всё равно.

Я обычный человек. Не бедствую, но и не купаюсь в деньгах. Зарабатываю фрилансом на жизнь и на съёмную квартиру, которую не стыдно показать людям. Но медицинские счета, консультации, лекарства — это совсем другая история. Это та яма, из которой я не знала, как выбраться.

А теперь — вот он. Шанс.

«Брачный приговор». Двадцать пять миллионов рублей призовых. Если я выиграю — мама получит операцию. Настоящую операцию, а не просто «поддерживающую терапию» до конца. Она сможет жить.

Я сжимаю телефон в руке и чувствую, как к горлу подступает комок.

— Ты сможешь, Карина, — шепчу я себе под нос. — Ты просто обязана.

? ?+?+? ? ?+?+? ?

— Оля!

Я влетаю в кофейню, где уже два года «работаю» — то есть сижу с ноутбуком, и тайно наслаждаюсь тем, что вокруг меня кипит чужая жизнь. Я вообще-то интроверт, даже близко к затворничеству, но иногда так хочется побыть среди людей, чтобы никто к тебе не лез. В кофейне это работает идеально.

— Оля! Оля! Оля!

— Господи, Карина, ты чего орёшь? — подруга выглядывает из-за кофемашины. — Я думала, у тебя там что-то случилось. С мамой всё нормально?

— Всё нормально, — я подлетаю к стойке и хватаю её за руку. — Ты не поверишь, что произошло!

Олька вытирает руки о фартук и смотрит на меня с подозрением. Зелёные глаза прищурены, пухлые губы сжаты. Она красивая — та самая красота, от которой мужики теряют дар речи и способность связно мыслить. Каштановые волосы до середины спины, фигура, которая и в мешке будет заметна, и эта её привычка облизывать губы, когда на неё смотрят. Сейчас на неё как раз смотрит очередной клиент с чашкой раф-карамельного-чего-то-там, но Оля даже не поворачивается в его сторону.

— Ну? — она выгибает бровь, и в голосе проскальзывает нетерпение. — Говори уже, пока у меня перерыв не кончился.

— Помнишь тот вечер, когда мы нажрались винищем и отправили мою заявку на шоу «Брачный приговор»?

— О господи, — Амалия отшатывается и внимательно вглядывается мне в лицо. — Ты серьёзно?

— Мне только что звонили! Я прошла предварительный отбор и меня приглашают на финальный кастинг!

Она смотрит на меня секунду, потом бросает тряпку на стойку, вылетает из-за прилавка и хватает меня за плечи.

— Ты меня разыгрываешь?

— Нет. Час назад мне позвонила девушка и сообщила, что я прошла!

Олька делает глубокий вдох, и я знаю, что сейчас начнётся. Она никогда не умела сдерживать эмоции.

— Детка! — Её крик разлетается по всей кофейне, несколько мужчин поворачиваются в нашу сторону, но ей плевать. — Ты теперь сможешь сделать операцию маме!

— Я знаю!

— Ты бы могла уже давно попросить денег у отца, но мы же не ищем лёгких путей, да? — фыркает подруга. — Ладно, неважно. Когда ты уезжаешь?

Улыбка сползает с моего лица. Она знает, что я не возьму у отца ни копейки, даже если бы он предложил сам — а он не предлагал и не предложит. Я бы скорее сдохла, чем попросила у этого человека что-то для мамы. Он мог помочь двадцать лет назад, но не захотел. И катился бы он со всеми своими деньгами.

— Сегодня вечером. Кастинг займёт два дня, не больше.

— Ого, — Оля присвистывает. — И как ты думаешь, кто тебе достанется в мужья? Надеюсь, симпатичный. Тебе нужно, чтобы тебя как следует... ну ты поняла. Размяли, так сказать.

— Фу, Оля, — я морщусь и внутри всё переворачивается от одной мысли, что придется жить с незнакомцем. — Я даже пока не знаю этого человека.

— Он будет твоим мужем, Карина, — Олька наклоняется ближе, понижая голос до заговорщицкого шёпота. — Даже по твоим строгим меркам, это делает его законным кандидатом на место в твоей холодной постели!

Я не понимаю, почему мои принципы кажутся ей странными. Ну не сплю я с каждым встречным, есть у меня какие-то рамки. И что?

— Это игровое шоу, Оля. Мы должны бесить друг друга так, чтобы один подал на развод. Какая там романтика?

— Я про романтику вообще ни слова не говорила, — подруга ухмыляется и поднимает бровь. — Я про другое. Можно же иногда и от шоу отвлечься, расслабиться немного. Или ты забыла, как это делается?

— Боже, — я закрываю лицо руками, чувствуя, как щёки заливает краской. — Ты невыносима.

— Ага, — Оля довольно кивает. — Ладно, слушай. Раз уж ты решила идти на это шоу, то играй по-крупному, будь максимально невыносимой. Плюй ему в кофе, если он тебя достанет, зубную щётку в унитаз макай, слабительное в еду подсыпь. Ну или хотя бы ори на него постоянно, чтобы сбежал на второй день.

Я смотрю на неё с ужасом. Мне искренне жаль мужчину, который когда-нибудь свяжет с Олей свою жизнь.

— Есть разница между «бесить» и «быть отвратительной», — осторожно замечаю я, всё ещё не веря, что она предлагает это всерьёз.

— Нет, — подруга качает головой так уверенно, будто защищает докторскую диссертацию. — В любви и на войне все средства хороши. А у вас, считай, война. Разводная война.

Я смеюсь, несмотря на всю абсурдность ситуации. Может, она и права, может, именно это мне и нужно — перестать быть хорошей девочкой, которая всем всё должна, и начать делать то, что хочется.