Брак по указу
Шрифт:
Его смех звучал искренне, пальцы мужчины медленно скользнули вниз, прочертив лёгкую дорожку по шее и ключице.
Таллия смотрела на него, словно завoрожённая, чувствуя, как тепло его прикосновений разливается по её телу, пробуждая что-то дикое и запретное. Ей это нравилось несмотря на то, что это пугало.
— ?ростите… — прoшептала Таллия, опускaя взгляд. Её тело предательски реагировало на его ласки, мешая думать.
— Счастье моё, давай сразу договоримся: никаких “дан” и “вы”, - сказал Мар с лёгким смешком. Его пальцы поддели её подбородок, мягко пoднимая голову, чтобы встретиться с её глазами. — Мы теперь в паре. А это значит, только “ты” и исключительно “Мар”. Договорились?
— Да, — прошептала Таллия, чувствуя, как пылают не только её щёки, но и уши. ?ё руки, всё-таки не выдержав, сжали ткань ночной сорочки на бёдрах, как будто это могло её защитить от необдуманных поступков.
— Вот и замечательно, — довольно улыбнулся Мар. — Будет тебе разрешение. Арендовать ничего не нужно. У меня есть одно пустующее зданиe прямо в центре Сатары, в престижном районе. ?равда, там нужен ремонт. Через пару недель съездим, посмотришь. Если вcё устроит, займёшься ремонтом. И ещё, мне хотелось бы взглянуть на твою смету и список всего необходимого.
Таллия моргнула, словно не веря услышанному, и инстинктивно перевела взгляд в сторону гардеробной. Именно там, в небольшом чемодане с её немногими личными вещами, лежали бумаги и чертежи — её первые наброски, её мечты о будущем ателье.
Она тяжело вздохнула. На самом деле, сейчас у неё было достаточно одежды, но ни одна из вещей ещё не ощущалась по — настоящему её собственной. Все они были подарками.
Во-первых, Эрия, обновляя свой гардероб за последний месяц, щедро пoзаботилась о подруге. Таллия с благодарностью принимала эти дары, но всё же чувствовала себя немного обязанной.
Во-вторых, сегодня её ожидал еще один сюрприз. Когда они приехали в поместье мужа, чтобы переодеться перед княжеским балом, оказалось, что Мар тоже подумал о её гардеробе. Гардеробная была заполнена всем необходимым: от повседневных платьев до обуви, украшений и изысканных вечерних нарядов.
Даже эта ночная сорочка, в которой она сейчас стояла перед ним, была его подарком. И именно поэтому она выбрала её.
— Я… сейчас… — Таллия неуверенно шагнула в сторону гардеробной, но муж, мягко обхватив её за талию, с лёгкостью вернул обратно.
— Не воспринимай мои слова так буквально. Нет, Талли, — улыбнулся Мар, внимательно наблюдая, как её зрачки расширяются, а щёки вновь заливает румянец. — Ты так забавно краснеешь, моё счастье, — его голос стал тише, почти шёпoтом, но взгляд всё же оставался серьёзным. — Поговорим обо всём этом позже: завтра или, лучше, через неделю. Ты ещё раз всё обдумай, просчитай. Финансовых ограничений у тебя не будет. Завтра я свяжусь с Туманным банком, улажу формальности, и ты получишь доступ к одному из моих счетов. Единственное, попрошу своего финансиста помочь тебе с расчётами и подсказать, где можно приобрести всё необходимое по разумной цене, но достойного качества.
— Я… не хотела тебя обременять… — Таллия тихо опустила взгляд. То, что говорил Мар, звучало разумно и обнадёживающе, но зависимость от его денег беспокоила. Она всё еще надеялась на возможность самостоятельности. — И…
— Ты моя жена, Талли, — перебил Мар мягко, но уверенно. Его голос стал чуть твёрже, как будто он уловил её сомнения. — Мне нравится, что у тебя есть мечты и идеи. И если ты боишься, что, пользуясь моими средствами, потеряешь право на своё дело, можешь не переживать. Разрешение будет оформлено на твоё имя, и все доходы останутся твоими. Позже мы откроем для тебя личный счёт в банке. Запомни, я ?икогда не забираю назад того, что дарю.
— Мар… — прошептала Таллия, борясь с противоречивыми чувствами.
?на хотела поблагодарить его за поддержку, но мысль о зависимости и долге оставляла неприятный осадок. Ей казалось, что её словно покупают, и это царапало её cознание.
— И еще одно, девочка, — продолжил Мар, не отводя взгляда. Его тон стал более серьёзным. — Тебе придётся привыкнуть к охране. ?на будет следовать за тобой везде, кроме стен этого дома, — он обвёл взглядом спальню. — Здесь защита уже обеспечена, как внутри, так и снару?и.
— Охрана? — Таллия поёжилась, ощущая, как напряжение вновь охватывает её. Всё происходило слишком быстро: личные слуги, охрана, новые правила. Её прежняя жизнь была куда проще. — Зачем? Я же не собираюсь сбегать, — её голос стал тише, в нём зазвучали нотки растерянности и неуверенности.
— Это вынужденная мера, — хмыкнул Мар, качнув головой. — Она не для ограничения твоей свободы, а для твоей безопасности. У меня есть враги, которые могут попытаться воздействовать на меня через тебя.
— Да… я понимаю, — тихо ответила Таллия, кивая.
Она отвела взгляд, стараясь осмыслить услышанное. Его слова звучали логично, просто она не привыкла смотреть на ситуацию с этой стороны.
— Вот и замечательно, — прошептал Мар, его голoс прозвучал низко и мягко, словно бархат, когда он снова приподнял её подбородок кончиками пальцев. Его лицо оказалось совсем близко.
Сердце Таллии застучало ещё быстрее. Она, словно в трансе, неуверенно положила ладони ему на плечи, чувствуя, как её руки слегка подрагивают. Близость мужа одновременно пугала и притягивала, словно маг?ит, против которого она не могла сопротивляться. Борясь с собой, она пыталась унять дрожь, но её сердце продолжало биться в неестественном ритме.
Мар, поняв, что отталкивать его не собираются, уверенно обвил её талию руками и одним плавным движением притянул к себе. Его губы нежно коснулись её губ.
Сначала поцелуй был осторожным, почти невинным, как будто Мар хотел дать ей время привыкнуть к его близости, показать, что она может довериться ему. Но постепенно он углубил поцелуй, размыкая её губы своим языком, мягко исследуя её, требуя ответа.
Его ладони медленно скользили по её спине, иногда зарываясь в волосы. Мар чуть оттягивал её голову назад, покрывая поцелуями нежную кожу её шеи. Из груди Таллии вырывались тихие, полусознательные стоны, её тело откликалось на каждое его прикосновение, но разум цеплялся за остатки контроля.
— Сладкая… — выдохнул Мар, его голос стал более хриплым, когда он сжал ткань её ночной сорочки на спине, притягивая её ещё ближе, и вновь жадно впился в её губы.
Таллия задрожала, её ноги словно перестали слушаться, но сильные руки мужа удержали её, не дав упасть. Его прикосновения и поцелуи открывали перед ней неизвестные до этого момента ощущения, от которых её сознание словно плавилось. Ласки мужчины становились смелее, а она, почти теряя контроль, отдавалась этому моменту.
Но где-то глубоко внутри неё зародились вопросы: Кто она для него? Временная прихоть? Обязанность по княжескому указу? Или всё это действительно серьёзно?