Браслет
Шрифт:
Честно говоря, опять не вовремя. Но что тут поделаешь с бестолковым? Я пожал плечами и пошёл открывать.
Настя не угадала: не Пашка это был. За порогом стоял какой-то незнакомый небритый мужик. Он недовольно сощурился из темноты коридора и грубо осведомился:
– Эт' какой квартира?
– Его акцент заставил меня непроизвольно напрячься.
– Четырнадцатая...
Свет от окна за моей спиной мешал ему разглядеть меня, и лицо его страдальчески кривилось.
– Телеграмма, - буркнул он и сунул мне под нос вчетверо сложенную бумажку.
– Распишись.
Когда за ним захлопнулась дверь, Настю передёрнуло:
– Ну и типус!.. Ни здрасьте, ни досвидания... Где их только делают?
Я хмыкнул, развернул телеграмму и прочитал:
– "Есть интересная работа тчк если можешь приезжай тчк твоя нат тер".
– Что ещё за Нат Тер?
– нахмурилась Настя. Ей явно не понравилось слово "твоя".
– Тётка, - развеял я её подозрения.
– Из Белоруссии. Наталья Терентьевна.
– А-а, - протянула Настя и взгляд её потеплел.
– Вообще-то я знаю, что там у тебя родственники, но имена их мне не известны. Ты же всё "тётка" да "дядька". И ещё, по-моему, Санька?
– Брат. И Ольга - сестра. Двоюродные. Только что-то не припоминаю, когда это я тебе о них рассказывал?
– Ты рассказывал не мне.
– Ага!
– хлопнул я её по носу телеграммой.
– Подслушивала!
– Гм-гм... Ну, был грех...
Я задумчиво потёр щёку, потом щёлкнул по телеграмме:
– Ну и что ты об этом думаешь?
– А в чём проблема-то?
– повела она плечиком и мило улыбнулась: - Куда иголка, туда и нитка!
– А работа? Это ведь не на полчаса. Соскучишься.
– Не соскучусь. Ты же рядом будешь. И я тут же, под крылышком!
– Она игриво прижалась ко мне.
Я обнял её и повёл на кухню:
– Продолжим. Да и Глашке надо сказать, чтоб посуду помыла.
– Я те дам "Глашку"!
– шлёпнула она меня по заднице.
– Кто в доме хозяин?
– Тараканы.
– Балбесы! Такие, как ты. Сама справлюсь без твоей Глашки! Изобретатель!
– Она гневно загремела посудой, потом сквозь шум воды донеслось: - Надо хоть тётку в известность поставить: едем, мол! А то заявимся, как снег на голову!
– Чего её ставить? Сама же звала! Значит, ждёт уже.
– Не доходит?
– Настя фыкнула, пытаясь убрать свисавшую на глаза прядь волос.
– Туда ехать дня два, наверное? Если не больше?
– Ну?
– Что "ну"? Телеграмму-то она сегодня давала, а мы тут же, сегодня же, и выскочим, как чёртик из коробки!
– Тётка - свой человек, поймёт.
– Чего "поймёт"? Что ты летать научился? Или за порогом притаился, приглашения ожидаючи?
– Нет. Что я отзывчивый такой. И вообще, - улыбнулся я.
– Тебя показать надо! Невеста, мол. Женимся. У меня ведь из родни ближе никого и не осталось. Она со мной ещё с детского сада нянчилась.
На это Настя ничего не ответила, только бросила мимолётный благодарный взгляд и чуть покраснела.
– Только вот проблема!
– Я скроил озабоченную физиономию.
– С билетами-то сейчас напряжёнка: на чём ехать-то будем?
– Уж и не знаю!
– подыграла Настя.
– И денег у нас негусто!
– Занимать придётся. Чем отдавать будем?
– Отработаем в поте лица!
– поддакнула она и вдруг серьёзно спросила: - Кстати, о работе. Как думаешь с ней быть?
– Не понял!
– вытаращился я.
– На кой ляд мне теперь ихняя работа? Жить, что ли, не на что?
– Шарик! Ты балбес!
– постучала она кулачком мне по лбу.
– Согласен. А если подробнее?
– Ты ведь на заводе ещё числишься... этим... фрезеровщиком, если не ошибаюсь?
– Ну!
– Опять "ну"! Уволиться надо официально, коли работать не собираешься.
– Не врублюсь: на кой?
– Чтобы власти не докучали.
– Ох уж мне те власти!
– отмахнулся я и изобразил: - "А на какие шиши живёте, мил человек?" Понял я, понял. Так я просто прогульщик, а тогда превращусь в тунеядца, что, по их понятиям, тоже не сахар. Фигня всё это в нашем теперешнем положении!
– Я запустил ей руку под халатик .
– Пусть тебя волнует теперь только вот это...
Она взвизгнула и шлёпнула меня по руке:
– Иди! Власти явились! Легки на помине.
За шумом воды я и не расслышал, что к нам опять кто-то ломится.
– Так быстро?
– вздохнул я разочарованно и пошёл открывать.
*****
Из темноты коридора на меня смотрел Санька.
– Можно? Не помешаю?
– Да ну, что ты!
– моментально обрадовался я.
– Заходи! Только почему стучишь? Звонок ведь есть.
– Да?..
– рассеянно оглянулся он на кнопку каркающего устройства.
– Тут у вас такая темень! Я дверь-то едва нащупал...
– Он переступил через порог и, поставив на пол сумку с выглядывавшим из неё термосом, протянул руку: - Приветствую вас, господа. Новости слышали?
– Какие?
– в один голос спросили мы с Настей. Она успела накинуть на себя что-то пёстрое, скрывающее подробности рельефа, и дышала мне в затылок.
Понимающая усмешка скользнула по его лицу:
– Сказано: "Счастливые часов не наблюдают"! Вы позволите?
– он снял шапку и вопросительно посмотрел на меня.
– Само собой!
– засуетился я, помогая ему разоблачаться.
– Благодарю, - он мельком глянул на себя в зеркало и сказал: - Самолёт разбился вчера. Тут, неподалёку. От вас в двух шагах. Весь город уже на ушах!