Браслет
Шрифт:
– Ты всё правильно поняла, - я чмокнул её в щёку.
– Скоро буду!.. Сезам!
Верный "джинн" вылез из бутылки.
– Я тут вам пожевать приготовила, - кивнула Настя на стол, прикрытый салфеткой.
– А то ты вообще во времени потерялся: битый час моришь его своими баснями. Только не тяни с едой: тараканы мигом всё оприходуют. И сам не пропадай - жду!
– Она чмокнула меня в ответ и переступила кромку экрана.
Я вернулся к Саньке в комнату. Он по-своему понял наши с Настей переговоры:
– Я, наверное, всё же не вовремя?
– И поднялся.
– Успокойся, - я взял его за плечи и усадил обратно в кресло.
– Никому ты не мешаешь. Мы уже одни. Настя ушла.
– Ушла? Ведь я только что...
– Не верь ушам своим, - улыбнулся я.
– Домой я её отправил. Телепортировал.
Санька только головой покрутил. А я продолжил повествование о своих невероятных приключениях...
*****
– Так ты что, ему ничем и не отомстил?
– удивился Санька, когда я, окончательно выдохшись, захлопнул рот.
– Настя "вето" наложила, - пожал я плечами.
– Овчинка, говорит, выделки не стоит. Хотя, если откровенно, я так не считаю.
– Я тоже! Представляю, если б он с Нинкой такие фортели выписывал! Уж я бы...
– А мне казалось...
– Что я только был бы рад избавиться от неё?
– продолжил он невысказанную мною мысль.
– Поздно, батенька! Раньше надо было думать. А сейчас она мне не просто стерва-жена, а ещё и мать Юльке. А это - сам понимаешь - накладывает определённые обязательства. Хоть я и готов её иной раз послать... на Альфу Центавра!
– Ну ты тогда меня зови, - пошутил я, но он только криво усмехнулся. Я тут же поинтересовался: - О чём печаль твоя?
Он вздохнул и бросил на меня виноватый взгляд.
– А позволь мне угадать?
Он обречённо махнул: валяй, мол.
– Деньги назад принёс?
Он только головой покрутил:
– От тебя не скроешь...
– А тут и скрывать-то особенно нечего. Всё и так было ясно с самого начала. А насчёт денег... Есть два приемлемых варианта.
– Какие же?
– Не знаю, насколько придутся они тебе по душе, - засомневался я, - но слушай. Вариант первый: внушение. Обрабатываем Нинку, чтобы даже и разговоров не вела, что деньги не ваши...
Он усмехнулся:
– Её обработкой я занимаюсь уж сколько лет и всё безрезультатно, а ты надумал за один раз...
– "Товарищ не понимает"!
– вспомнилось мне излюбленное Пашкино.
– Неужели ты подумал, что я буду вести с нею душеспасительные беседы?
– А разве не так?
– Ради Бога! Вот эта штучка, - любовно погладил я браслет, - позволяет сделать это не отходя от кассы.
– Н-ну... а второй?
– деликатно перевёл Санька тему в несколько иную плоскость.
– Второй вариант проще, без всякого "волхования". Ты оставляешь деньги у меня, но пользуешься ими по своему усмотрению. Буду у тебя камерой хранения. Или сберкассой, если тебе так больше нравится. Ну? Выбирай!
– Наверное, второй....
– задумчиво потёр он щёку.
– Не подумай, что я не верю в твои чудесные возможности, но в первом варианте есть что-то такое... Не знаю, как и сказать...
– Давай без комплексов! Чего оправдываешься?
– Да нет, ты послушай... Ну, в общем, я привык к ней такой, как она есть. А если ты её... гм!.. подкорректируешь, то это будет уже не Нинка. Я просто не буду знать, чего от неё ожидать в этом новом исполнении. Так-то я приблизительно вычисляю наперёд все её реакции и, кстати, редко ошибаюсь. А в том, что предлагаешь ты... Ну, в общем, сам понимаешь.
– Делай, как тебе удобно!
– сказал я, а он вздохнул и опустил глаза.
– А будет мало - ещё нарисуем!
– Шутник! Мне бы с этим справиться...
– С нашими-то аппетитами? Что у тебя, что у меня?
– Тебе-то, я полагаю, деньги и не понадобятся. Смысла не вижу.
– Завидуешь?
– Если и есть, то самую малость. С миллионом-то в кармане?
– Не завидуй. Ведь у тебя есть я. Всё, что тебе потребуется - к твоим услугам! И в любое время.
– Угу, - он насмешливо фыркнул.
– Тебе только и будет дел, что меня обслуживать. Поселишься на какой-нибудь там Кассиопее и будешь к нам на грешную Землю заглядывать раз в столетие. Ради забавы. Ты теперь можешь такую прихоть себе позволить. Ищи тогда тебя!
– А что?
– подыграл я.
– Мысль неплохая! Хотя... Первый опыт общения с иными мирами тебе известен.
– Ну, здесь-то случай особый!
– возразил он.
– Ты с присущей тебе горячностью вступился за даму сердца.
– Он поднялся.
– Если не возражаешь, сделаем небольшой перерыв - курнуть надо.
– Давай. А я тут пока насчёт чайку соображу.
– Я бы на твоём месте только пальцами щёлкнул, - сказал он уже из коридора.
– Ну нет, в этом удовольствии я себе отказать не могу!
– А!
– он понимающе усмехнулся.
– Ритуал!
– Вот именно!
*****
Чайник ещё не закипел, а замок входной двери уже щёлкнул: Санька вернулся. Да не один: на улице его поймал Пашка.
– О!
– заорал я, увидев его физиономию.
– Какие люди в нашем доме!
– Да ты знаешь, - преодолевая смущение и переминаясь с ноги на ногу, Пашка скосил глаза в сторону Настиной шубки, всё так же висевшей на вешалке.
– Я это... Я на минутку... Можно тебя?
– И он стал возиться с замком двери, пытаясь его открыть и приглашая меня жестом на улицу.
– Дело есть.
– Да ты заходи!
– рассмеялся я, видя, как он старательно гримасничает, делая значительное лицо.
– Нет у меня, кроме Саньки, никого!