Чтение онлайн

Огромное тело шамана нависло над юношей.

— Ты знать слово? — грозно прошипел он.

Эдмунд на мгновение задумался.

— Он сказал мне — кармах. Кармах.

Бормоча что-то непонятное, вокруг сидящих людей стали собираться дхарги.

— Коро Урк’шахх надвин кармах ша’фф. Гор надвин. Кармах’гхаш.

Широко раскрытыми глазами они смотрели на кольцо в ладони Эдмунда и едва ли не с ужасом заглядывали ему в лицо. Один из них, протянув свою лапу, нерешительно ткнул юношу в плечо.

— Кармах… гилзуф кармах…

— Н’гор! —повелительно крикнул Гурх’хак и тот с виноватым видом отпрыгнул назад. Ярость в глазах шамана внезапно потухла.

— Урк’шаххсказать тебе? Ты — сын сынов?

— Лугдуш, господин, — медленно произнёс Миртен. Глаза дхарга устремились на него. — Он — Эервен. Эдмунд Даннидир, сын сынов Мередидда Уриена, герцога Эервен. Он пришёл не со злом.

Гурх’хак удовлетворённо кивнул.

— Урк’шахх олог ранх.Урк’шахх — Великий шаман. Он видеть кровь Эервен. Дети Дерева помогать вам.

— Не успеть. Корхи— очень медленные, — недовольно произнёс Гурх’хак.

После недолгого отдыха весь отряд двинулся дальше, завернув круто на восток. Людей поставили в середину, но уже после получасовой пробежки по лесной чащобе шаман сделал знак остановиться. Слишком медленно, качая головой, заявил он.

Гурх’хак принялся что-то втолковывать Миртену. Выслушав его, маг повернулся к своим друзьям.

— Мы не успеваем, — вздохнув, сказал он. — Дхарги — как волки. Могут бежать с такой же скоростью, и так же долго. А мы их задерживаем.

— Куда не успеваем? — спросил Гуго.

— Мы сейчас направлялись к хижине Яго. Гурх’хак хотел дойти до неё, забрать весь скарб и до ночи успеть в Бараш-Дур — это что-то вроде их города. Но, говорит, с нашей скоростью это невозможно. Он очень недоволен. У него осталось чуть больше двадцати солдат, а это мало. Прошлой ночью, кстати, их было около сотни. Говорит, что к ночи все моррхи— это по ихнему тени, будут около того места, где они последний раз учуяли Хронош, а потом пойдут по нашему запаху. Бараш-Дур — это укреплённое селение, а сквозь стены тени, слава богам, проходить не умеют. И даже если бы осталась жива вся сотня его воинов, он утверждает, что это капля по сравнению с океаном. В погоню за Хроношомринутся все моррхиЗастенья, а их — тысячи.

— Так, может быть, и нет надобности идти в хижину Яго? — задумчиво спросил Эдмунд. — Я так понимаю, сам Гурх’хак и все их шаманы знают про Бремя Власти, и смогут рассказать нам всё, что мы хотим знать? Может, мы сможем обойтись без этого дневника?

— Скорее всего, так, — кивнул Миртен, — но он говорит, что у Яго осталось много чего ценного. Трудно в это поверить, но шаманы давали ему читать свои тайные книги — Яго, похоже, выучил письмо дхаргов, — и к тому же там есть какие-то талисманы и артефакты, в том числе из этого волшебного зелёного стекла. Гурх’хак не хочет оставлять эти вещи без присмотра, особенно после того, как мы сообщили ему о смерти Яго. Он говорит, что гоблины растащат всё за пару ночей.

— Удивительно, как это он тут жил, — развёл руками Гуго. — Гоблины, дхарги, шныги, эти тенипроклятые, да ещё чёрт знает, какие твари. И, главное — зачем?

— Эх, юноша, юноша, — раздался укоризненный голос Ирмио, — по всей видимости, ты никогда этого не поймёшь. Стремление постичь истину иногда бывает сильнее страха.

— Отчего ж не понять, — фыркнул тот, — по-моему, мы именно этим сейчас и занимаемся. Залезли в самое пекло. И всё ради того, чтобы что-то узнать про этот мерзостный камень.

Миртен нетерпеливо взмахнул рукой.

— Хватит. Потом про это. Суть вот в чём: нас опять понесут…

— О, боги, — простонал Ирмио.

— Да нет, на спинах. Это всё же полегче. Мы прямиком отправляемся в Бараш-Дур. А в хижину Яго Гурх’хак отрядит пятерых солдат.

Посланные в хижину вернулись в Бараш-Дур уже после заката. Гурх’хак самолично принёс Эдмунду дневник — толстую тетрадь в потёртом кожаном переплёте. Наполовину пустую — Яго Маэрин, со вздохом заметил Миртен, наверное, надеялся прожить много дольше.

Мельком глянув на первые страницы, густо исписанные чёрными чернилами, маг Огня удалился. Это — твоё знание, сказал он юноше.

— Я прочитаю это позже, — добавил он, — но ты имеешь право узнать всё первым.

Устроившись за высоким деревянным столом, Эдмунд погрузился в чтение.

Стол поражал своими размерами — как и скамья, и всё то, что находилось в доме, в котором Гурх’хак разместил гостей. Всё под стать дхаргам, самый низкорослый из которых был на добрый локоть выше нормального взрослого мужчины. Столешницы располагались почти на уровне груди, а на лавки приходилось запрыгивать — и всё это толстое, крепкое и грубо сработанное.

Дом находился почти в центре Бараш-Дура, на большой площади, на противоположной стороне которой стояло жилище самого шамана.

Город дхаргов на вершине довольно высокой горы окружали два ряда стен с трёхэтажными смотровыми вышками через каждые полсотни шагов; всё пространство перед стенами на расстоянии четверти мили вырубили и очистили от леса.

Миновав высоченный частокол из толстых заострённых брёвен, в Бараш-Дур все четверо вошли в окружении солдат, которые немедленно образовали вокруг них что-то вроде каре.

Все строения здесь походили друг на друга и напоминали гигантские бревенчатые шалаши, двускатные крыши которых почти достигали земли. Стропила из деревянных балок толщиной в человеческую ногу тянулись вверх и, скрещиваясь, оканчивались резными мордами чудовищ — и среди них не нашлось бы двух одинаковых.

— Гилзуф Кармах! Урк’шахх надвин!— потрясая своими секирами, завывали дхарги, и через несколько мгновений их сопровождала уже целая толпа, кричащая, хрипящая и пританцовывающая от возбуждения. Взрослые дхарги-мужчины в расшитых набедренных повязках, женщины в каких-то рубищах до колен, и даже дети — и все с целыми связками бус и ожерелий. Вытаращив глаза, Гуго только диву давался, разглядывая беснующуюся толпу: в основном с волчьими мордами и свиными рылами, а нередко со змееподобными головами, покрытые даже не шерстью, а поблёскивавшей чешуёй.

— О, боги, — вдруг ошарашенно пробормотал он, — а это что?!

В огромные телеги, стоявшие перед некоторыми домами, были запряжены, или просто привязаны к толстым столбам странного вида животные, вызвавшие оторопь у всех четверых. Ящеры десяти футов высотой, с длинными могучими хвостами, стоя на мощных задних лапах — передние напоминали скорее никчемные отростки, — неторопливо обгладывали листья с веток деревьев.

— Глорхи, — прошептал Миртен с изумлением, — никогда не видел их вживую, и уж точно не предполагал, что их можно приручить…