ЖАНРЫ

Брежатые. Тайна пшеничных лабиринтов
Шрифт:

– Да понял я, понял, – развёл руками Краб, рисуясь, бросив руль. – Куда идёшь? – не отвязывался тот. – Могу с тобой. Мне всё равно заняться нечем.

Мишка ничего не ответил, взглянул на часы. По плану в восемь часов вечера он должен был быть уже в Хмаровке. Вечерний сумрак – подходящее время. Можно залезть в старый дом, не зажигая фонарь и не привлекая бродячих псов. Стрелки показывали уже половину девятого, а он даже ещё не зашёл в деревню. Мишка взглянул на Краба исподлобья, потом скосился на велик.

– Садись! – кивнул геймер на багажник.

По дороге Кравцов изложил план поиска скорняжной избушки. Через пять минут они съехали с проезжей части к лесопосадке. Жаркое южное солнце медленно стекало за горизонт, остывая там и тая, словно горячее мороженое на плоском блюде. Быстро наползала чернота. В темных окнах домов за рекой Глубокой зажигался свет. Лесопосадка резко прервалась диким полем – ещё зелёный, колосистый овёс часто перемежался с пахучим разнотравьем.

– И где же твоя Хмаровка? – тихо спросил Антон, будто его кто-то подслушивал и остановил велик.

– Отсюда не видно, – задумчиво произнёс Мишка. – К деревне только через поле можно пройти, напрямки. – Если хочешь, езжай обратно.

– Нет уж, – оглянулся назад Антон, – я с тобой. Любопытно же, что там за изба такая. Дома всё одно и то же! А что это ты сегодня один, без напарника? – поинтересовался Антон, озабоченно озираясь по сторонам.

Внезапно, чуть не из-под ног Краба, выпорхнула крупная птица.

Хищный тювик пронзительно вскрикнул, и взметнулся ввысь.

– Да так, – нехотя ответил Мишка, топая впереди, – у Никитоса не срослось что-то. Чабров в деревню мотанул.

Антон, непривычный к вечерним походам, беспрестанно вертел головой и озирался.

– Смотри! – указал Краб в сторону, – что это там? Проход какой-то?

– Где?

– Ну, вон там, – ткнул он влево и присел, видишь? – Там полоса, посреди поля.

Действительно, немного левее в сумраке наметились очертания стройного травяного коридора.

– Какая-то чертовщина, – произнес Мишка, вступая в ровный степной покос.

– Это дааа, – растерянно протянул Антон.

С каждым шагом их взглядам открывались новые стройные входы, коридоры расходились, уходя влево и вправо. Трава становилась всё выше и гуще и уже через пару шагов укрыла искателей с головой. Мишка включил фонарь.

– И куда нам дальше? – заметно нервничая, спросил Антон. – В деревню или обратно?

– Похоже, придётся вернуться. Мы заблудились. Наверное, это не то поле. Выйдем по этому же коридору, – ответил Мишка, – и повернулся с фонарём в руках назад.

– Ух ты, ма- гист-ра-тура! – подскочил Краб и тут же попятился, потому что выхода позади как не бывало. Густой и корявый чертополох торчал крючковатыми ветками на два метра кверху, растопырив свои широкие и колючие лапы.

– Неплохое начало, – проговорил опешивший Мишка. – Сдаётся мне, что в нашем районе действительно аномальная зона.

– Начало?! – вдруг заорал Краб. – Давай скорей, пошли отсюда! Не собираюсь пропадать без вести молодым! У меня были, знаешь, другие планы!

– Не ори! – осадил Мишка геймера. – И успокойся. Ничего с нами здесь не случится. До города, рукой подать. Тем более у нас телефоны, – пресёк он истерику Краба и пошарил в карманах шорт.

«Длинькь–длинькь», – тонко просигналил Мишкин мобильный, и экран вдруг потух.

– Ну вот, позвонил!

– Сейчас. Мой то, ещё не разрядился. Включим навигацию и вперёд! – сказал Краб и нырнул в барсетку за айфоном.

Геймер провёл по экрану пальцем, вводя графический ключ. Но тот не совпадал.

– Что за чёрт! – взбесился Антон. – Этого быть не может! – нервничал он, пытаясь в очередной раз войти в меню.

– Ладно, успокойся. Ну, бывает, забыл.

– Ничего я не забыл! Это бред какой-то! Мы пропали! – схватился он за голову. – Я так и думал. Вот свяжись с вами искателями. Сидел бы лучше дома, в приставку играл!

– Так я тебя и не заставлял! Ты сам привязался! – парировал Мишка.

Внезапно, совсем неподалёку завиднелись блуждающие огни. Мишка и Антон переглянулись и, не сговариваясь, побежали вперёд.

– Это, наверное, нас ищут, – предположил Краб, влача за собой велосипед.

– Сомневаюсь, что так быстро. Думаю, там жилая деревня, а мы вышли с другой стороны.

Странное поле сменилось просёлочной дорогой. Огни пропали из виду, но под ногами угадывался путь с аккуратно притоптанной травой. Вскоре, вблизи очертился покосившийся дом.

– Ну что, здесь и переночуем, – пошутил Мишка, настороженно приближаясь к старой избушке. – Согласен? Это лучше же, чем блуждать по окрестностям в темноте. Наткнёмся ещё на бродячих псов.

– Нет уж! Я на это не подписывался. Я собирался до Хмаровки! А ты, куда меня привёл?!

– Так и иди обратно! – не сдержался Мишка. – Кто ж тебя держит?! И вообще, какие ещё предложения?! – недоумевал Кравцов.

Крабров недовольно выдохнул, и положил, велик на землю.

Избёнка встретила их тягучим и жалобным скрипом полуоткрытой двери. Ржавый болтающийся на дужке замок, глухо бился об доски.

– Похоже, что это и есть избушка Ерофеича, – сказал Мишка, проходя под свисающей с одного края притолокой.

– Да, можно сказать, что мы в древнем храме, – съязвил Антон.

– Слушай, какой ты вредный! – ответил Мишка, освещая сплошь побитую шашелем избу.

Посредине комнаты стоял длинный дощатый стол, в углу перевёрнутая вверх дном бочка. Окна выбиты, лишь лохмотья обветшалой серой шторки телепались внизу. Легкий ветер возился с клочьями чей-то шерсти, разбрасывая их по углам захудалой избёнки, наполненной таинственным шорохом и смрадным запахом.

– Уже стемнело. Всё равно ничего не найти, – расстроился Мишка, оглядывая дом. – И он осветил фонарём стену, утыканную гвоздями – кое-где на них висели ржавые скорняжьи инструменты: обрубки железных кос, гнутые концами вниз чёски, пинцеты, покорёженные щипцы для вытяжки шкур. – У меня в рюкзаке есть палатка.

– Я здесь не засну, – мрачным голосом произнёс Крабров. – Давай домой пойдём…

– А я не рискну блуждать по полю. Исчезнем ещё, как Егора мама, – ответил Мишка.

Внезапно в окно с писком ворвалась летучая мышь. Искатели шмякнулись на пол, а вампирёныш на мгновенье застыл, но вскоре бесшумно вылетел в окно.

– Наверное, они здесь ночуют, – сказал Мишка и осветил фонарём потолок.

– У-у-у-! – простонал Краб.

Под потолком гнездилась целая колония рукокрылых, вперив мелкие чёрные глазницы в непрошеных путников.

Поделиться с друзьями: