Чтение онлайн

— Прогуляемся к океану, — предложила она.

— Неужели мне снова придется нести тебя на руках, — он рассмеялся.

— Я уже не такая тяжелая, — сказала Ари, намекая на отсутствие беременности.

— Неужели, после всего того, что ты сегодня так аппетитно слопала, — он расхохотался, за что получил кулаком в плечо.

— Негодяй, — рассмеялась она и пошла в сторону воды.

Он тут же догнал ее. Они шли молча, грусть начинала подбираться все ближе и ближе. Они оба нервничали, понимая, что это последняя ночь.

— Славий, — Арайя остановилась и посмотрела ему в глаза, — ты для меня самый дорогой мужчина в мире после моего мужа.

Его руки и скулы дрогнули.

— Прости, мне так жаль, но судьба решила за нас и у меня есть долг.

— У меня тоже есть долг, и ты можешь не сомневаться, что я его выполню достойно.

Его слова прозвучали резко, нарочито резко, словно они пытались скрыть невероятную внутреннюю боль. Она чувствовала это. И она не могла больше этого выносить. Она резко прильнула к нему, обняв за шею и заплакала. Ее рыдания усиливались, долго сдерживаемые чувства прорвались наружу, давимые неизбежными обстоятельствами. Славий стоял, словно деревянный, руки застыли в робком положении у нее на талии, он не имел права, он не мог. Ее истерика разрасталась, казалось требуя, чтобы на нее обратили внимание, она хотела получить хотя бы один глоток того желаемого, которое горело внутри, но которому суждено было быть насильно потушенным. И вдруг его блокаду прорвало. Что-то внутри рвануло, словно от этого зависела его жизнь, он схватил Арайю, резко прижал к себе, приподняв за талию, и впился в ее губы своими губами. Она хотела того же. Она ответила неизведанной для самой себя страстью, разрывая путы долга на куски. Его голова пошла кругом, он упал на песок и положил ее на себя. В страстном бреду она распахнула его рубашку и трогала его горячее тело руками. Его запах влек ее, сжигая остатки рассудка, все исчезло, был только он, тот, кто любил ее, кого она любила, тот, кого завтра оторвут от нее, словно кусок мяса от ее тела. Он сошел с ума от ее желания. Его трясло, он задрал ее платье и гладил нежные бархатные бедра. Океан волновался, и волны с силой ударяли о берег. Надвигалась буря, и пошел дождь. Он повернул ее и положил на землю, прикрывая своим телом.

— Арайя, девочка моя, мы не можем.

Она не слышала его, продолжая тянуть его к себе.

— Я не хочу, чтобы ты еще раз… — он осекся, — чтобы ты стала похоже на… прости, я не могу, ты моя королева, я не имею права причинять тебе вред, ведь я люблю тебя.

Вдруг она услышала его, она поняла, что он говорит. Она помедлила, успокаивая ритм сердца, затем уткнулась в его грудь лицом. Дождь заливал их водой, грохот океана был готов разорвать любого, кто приблизиться хотя бы чуть-чуть.

— Поверь мне, девочка, ты то, что я хотел бы больше всего в этой жизни, я бы отдал все, что у меня есть ради того, чтобы ты стала моей женой, а не его, но ты уже его жена, — он замолчал от того, что дождь смешался с его слезами. Через несколько секунд он продолжил: — я не имею права опорочить твою честь, моя королева, я отдам за тебя свою жизнь сию же секунду, если ты потребуешь того, ты еще ребенок, и ты не понимаешь, что ты делаешь сейчас со мной, но я мужчина, прости, что не смог сдержаться, прости, что оскорбил тебя своим поведением. Клянусь, этого больше никогда не повториться.

Он резко встал, поднял ее на руки и понес в дом. Она молчала, так как горячие слезы хлыстали ее по лицу. Она знала, что он был во всем прав, и любила его за это еще больше. Она вцепилась в него так, словно через несколько мгновений ее лишат жизни. На крыльце стояла Кайлима.

— Я приготовила для нее успокоительную ванну, — сказала она невозмутимо. Славий занес ее в комнату и посадил на кровать. Вошла Елена и начала раздевать Арайю. Каймила взяла Славия за руку и вывела в коридор. Достав из кармана какой-то порошок, она высыпала его в маленький стаканчик и протянула мужчине.

— Пей.

Ничего не понимая, он подчинился. Его сердце отупело от боли, и ему было абсолютно все равно, что происходило снаружи. Кайлима взяла его руку и потянула за собой. Они вошли в теплый зал, освещенные зажженным камином. Она посадила его на кресло, сняла с него рубашку и вытерла насухо полотенцем. Она подала ему халат и велела переодеться, в первую очередь снять мокрые штаны. Он подчинился. Он уселся напротив жрицы храма, какое-то странное чувство разливалось по всему его телу. Успокоение принесла трава, которую Кайми заранее подготовила. Она смотрела на него мудрыми всепонимающими глазами, он видел, что она все знала.

— Все проходит, сынок, и это тоже пройдет, — сказала она нежно. — Твоя судьба уже предопределена. Сейчас тебе трудно будет в это поверить, но скоро ты женишься, и твоя жизнь станет спокойной.

Он смотрел на нее, словно она сошла с ума. Жениться? Нет, он никогда не жениться, Арайя единственная женщина, которую он любил. Она, словно прочитав его мысли, продолжила.

— Любовь бывает разной, Славий, можно дышать человеком, а можно просто заботиться о ком-то. И то, и то благородно и заслуживает уважения. Арайя в твоем сердце навсегда, она там вечно, и ты это знал в ту секунду, когда ее увидел. Но ее судьба и предназначение в другом. Придет время, не сейчас, ни в этой жизни, но ваши души смогут быть счастливы вместе. Ты должен считать ее сестрой, так и называй ее теперь отныне. Фазар не должен знать, о чувствах ваших, вы не должны разрушить то, что Богом было скреплено.

— Клянусь, я никогда…

— Спокойно, воин, тише… Я все знаю. Я просто даю тебе совет, который выжить в царствие Фазара вам поможет.

— Благодарю, я сделаю так, как ты сказала, жрица, благодарю.

Он засыпал, то снадобье, которое ему дала Кайлима, обладало сонным действием. Когда он уснул прямо в кресле, он видел сон. Ари бежала к нему навстречу, но пробегала сквозь него, насквозь его пронзая. И лапы зверя черного ее хватали. Он бежал за ней, хватая меч в ее защиту. И вдруг увидел он, что это был не зверь. Что это юноша стоял, глаза его горели черным цветом. Но не было в них зла, они защитою ее стояли.

— Не нужен меч, — сказал молодой человек. — Войны не будет, она спасет всех вас…. Спасет, но враг не тот, кто думал ты доныне…. То враг другой….

И в тот момент увидел он Фазара. Его гордыня грудь фонтаном черным надувала. Он развращенный женщиной другой стоял, у ее коленей. Она с холодным взглядом держала ногу на его плече.

Славий проснулся весь в поту, вскочил, и было уже утро.

— Новый день, — подумалось ему. И на сердце у него почему-то стало легче.

Фазар с гордостью держал наследника в своих руках.

— Мой сын самый крепкий и чудесный малыш, он вырастит великим правителем, Ари!

Арайя смотрела на мужа, играющего с их сыном. Она не могла понять. Куда делся тот трепет, который вызывал этот мужчина ранее. Она смотрела на него, но не было ничего, кроме этих двух крошечных детей, чтобы связывало их. Нет, был еще долг, долг перед страной, перед их народом, и они должны были научиться жить вместе так, чтобы создать счастливую семью. И она собиралась сделать все, что было в ее силах, чтобы совершить революцию со своими чувствами. Она подошла к Фазару, держа дочурку на руках.

— А наша маленькая Фелина настоящая красавица.

— Да, как и ее мама, — Фазар наклонился и поцеловал Ари в щечку. — Ты уверена, что за ними здесь будет должный уход?

— Самый лучший, самое лучшее и безопасное место для них на первое время, пока они совсем еще младенцы.

— Да, пусть будет так, дорогая. Все, — он положил Леона в кроватку и поцеловал его в щечку, — нам пора ехать, иначе мы опоздаем к ужину, тебя хочет видеть весь двор.

Он поцеловал в щечку Фелину, развернулся и вышел из комнаты. Арайя старалась изо всех держаться, чтобы не расплакаться при расставании с детьми. Она уложила их в кроватки, поцеловала и погладила каждого, затем тихонько вышла, вытирая все-таки скатившиеся слезы.